Реален ли наш мир и откуда он взялся? (2 фото)

Чтобы понять, о чем пойдет речь, давайте подумаем: а что же мы вкладываем в понятие “реальный”.
Если “реальный” - это то, что можно потрогать, увидеть (бытовой подход), то мир, конечно же, реален.
Если это то, что можно обнаружить/измерить приборами (научный подход), то ответ опять-таки: мир реален.
Но если он реален, то откуда он взялся? Ведь для создания чего-то реального нужен какой-то реальный создатель, для создания создателя еще какой-то создатель и так далее по цепочке. Либо нужен создатель идеальный, но тогда встает вопрос, как идеальное создает реальное?
Какие существуют объяснения происхождения нашего мира?
Религия считает, что мир был сотворен богом, но не объясняет, откуда взялся сам бог.
Ученые считают, что мир образовался в результате Большого взрыва, но тут же добавляют, что их теории не распространяются на сингулярность, которая существовала в момент Большого взрыва и до него (если вообще тут применимо понятие “до него”).
Трансгуманисты предполагают, что именно наша задача (или какой либо другой мыслящей материи) развиться настолько, чтобы стать богом и создать этот мир. Как в анекдоте:

Разговор атеиста с трансгуманистом
Атеист: бога нет.
Трансгуманист: пока еще нет.
Но даже если и появится кто-то, кто создаст наш мир, со стороны это будет напоминать свернутую в кольцо змею, изо рта которой вылезает ее же собственный хвост, опять таки без объяснения, откуда взялась сама змея.
А можно ли построить такую картину мира, в которой создатель не требовался бы вообще? Можно. И ниже я покажу как.
Самый простой вариант - предположить, что мира нет. А раз его нет, то не нужен и создатель. Этот вариант отвечает принципу Оккама, согласно которому для объяснения чего-либо не надо без нужды добавлять новых сущностей, но противоречит тому факту, что мы есть, и мы наблюдаем этот мир.
Тогда другой вариант: наш мир представляет собой математическую абстракцию, т.е. формулу/уравнение/алгоритм/идею или что-то еще в этом роде. Ему не требуется ни создатель, ни материальный носитель.
Рассмотрим несложный пример математической абстракции.
В 1975 исследователь IBM Бенуа Мандельброт с помощью компьютера нарисовал множество, впоследствии названное его именем. Это множество примечательно тем, что описывается с помощью довольно простого итерационного алгоритма преобразования точек на комплексной плоскости (текст программы умещается на одной странице), но при всей простоте описания соответствующий ему объект имеет бесконечно сложную структуру. Подобных формул и алгоритмов открыто очень много, и они не все строятся на плоскости. К плоскости можно добавить еще пару координат, и получить нечто похожее на наше пространство-время (кстати, с математической точки зрения, время описывается как мнимое пространство).
Давайте на минутку представим, что наш мир представляет собой лишь математическую абстракцию. Скорее всего, формула, или что бы то ни было, описывающее наш мир, будет посложнее, чем описание множества Мандельброта (возьмите хотя бы уравнение Шрёдингера, описывающее поведение всего лишь одной квантовой частицы). Мы пока не открыли эту формулу, но научные исследования доказывают, что наш мир живет по определенным законам, причем эти законы довольно строго соблюдаются. Это важное обстоятельство. Во-первых, оно говорит в пользу того, что наш мир действительно может быть математической абстракцией, во-вторых, именно благодаря действию законов, в нем существуем мы. При отсутствии законов, в хаосе, не могут появиться разумные существа, поскольку основное свойство разумных существ, как говорят специалисты по искусственному интеллекту, - открывать в мире закономерности и использовать их в своей жизнедеятельности. В отсутствии законов невозможно обучение, бесполезна память, да и, собственно, попытки образования хоть каких-то структур, не говоря уже о высокоорганизованных, не увенчаются успехом, т.к. нет никаких законов, благодаря которым они могли бы появиться.
Так вот, предположим, что некая функция описывает пространство-время и некие объекты в нем, которые с течением времени умеют передвигаться по этому пространству, образовывать структуры на всех уровнях организации, как пассивные, так и активные (способные собирать информацию о мире и использовать ее, чтобы улучшать свою способность к выживанию). Предположим, что это всего лишь функция, которая не воплощена ни на каком материальном носителе, но которая, тем не менее, описывает вполне “реальные” вещи. Далее, если такая функция существует, зададимся вопросом, а кто ее создал?
А кто создал множество Мандельброта? В 1975 году его построил с помощью компьютера Бенуа Мандельброт. Но до этого в 1905 году его формулу описал Пьер Фату. А что было до этого? До этого о нем никто ничего не знал и даже не догадывался. Но это не означает, что его не было совсем. Как идея, оно существовало всегда, а идея нематериальна. Как нематериальна и вся математика, родившаяся из наблюдений за окружающим миром. Таким образом, вопрос о создателе формулы отпадает сам собой: для подобных вещей создатель не требуется. Тут может быть только открыватель, который сам является частью мира, описываемого этой формулой.
Математики уже пытались создать математические абстракции, описывающие проявления, похожие на проявления нашего мира. Например, А.Заславский в своей работе “Собственные миры динамических систем” рассматривая общую динамическую систему как цепь абстрактных событий, показывает, что она обладает в собственном мире всеми атрибутами материи: веществом и полем.
Если мы принимаем, что наш мир всего лишь математическая абстракция, давайте посмотрим, как можно ответить на несколько вопросов.
Означает ли вышесказанное, что наш мир есть матрица, в том смысле, как в одноименном фильме? То есть, представляет ли он собой виртуальную реальность, у которой есть реальный носитель, например, суперкомпьютер, или огромная масса компьютеров, объединенных в сеть?
Вполне возможно. При условии, что существует какая-то внешняя реальность, недоступная нашему восприятию. Но тогда мы можем задать вопрос: а та, внешняя реальность, насколько реальна? Если же мы живем в самой внешней реальности, тогда ответ будет: нет, наш мир - это не матрица. Матрице нужен материальный носитель, а математической абстракции он не нужен вообще! А если внутри мира существует виртуальная реальность, то это всего лишь его составная часть, которая содержит либо часть информации о реальном мире, либо информацию о мире вымышленном. Та виртуальная реальность, которую на сегодняшний момент мы научились создавать в компьютере, имеет одну важную особенность: в количественном измерении (например, объем памяти, быстродействие, число моделируемых объектов) она конечна. Математический же объект может быть как конечен, так и бесконечен. Например, множество Мандельброта, как математический объект, бесконечно. Какую бы его часть мы ни взяли, при увеличении ее мы обнаружим все более мелкие детали. Но оно может быть воссоздано и в виртуальной реальности, и на материальном носителе. На компьютере оно превратиться в конечное множество, ограниченное количеством пикселей на экране, или количеством ячеек памяти, в которых хранится его образ. Строго говоря, это уже будет модель множества Мандельброта, а не оно само. Можно нарисовать его на бумаге. И хотя бумага и чернила имеют более тонкую структуру, чем размер пикселей на экране, или ячейки памяти компьютера, даже при небольшом увеличении рисунка мы увидим, что картинка отличается от математического объекта, а при еще большем увеличении увидим, что она вообще не имеет с ним ничего общего. И это тоже модель. Причем некачественная, обратите внимание, хотя и имеет материальный носитель, в отличие от идеально качественного математического множества Мандельброта, материального носителя не имеющего!
В скольких экземплярах существует наш мир?
Если мы живем во вложенном мире, вполне возможно существование более чем одного экземпляра. Если же мы живем во внешнем мире, этот вопрос бессмыслен. Посмотрите на множество Мандельброта. Его изображений на компьютере или рисунков на бумаге может быть сколько угодно, но это всего лишь модели, а не настоящий математический объект. В этом смысле мы (или кто-то другой) можем создать сколько угодно виртуальных реальностей, отражающих наш мир, но это будут лишь его неполные модели. Проводя аналогию, настоящее множество Мандельброта, о котором мир узнал в 1975 году, как абстракция существовало всегда, даже когда о нем никто не догадывался. Где оно существовало и в каком количестве? Нигде и ни в каком. Ну, может быть о нем, как о формуле, можно сказать, что оно существует в одном экземпляре (подразумевая, что если еще кто-то открыл/написал эту же формулу, все равно это та же самая формула, и количество от этого факта не удвоится).
Есть ли другие миры?
Как математические объекты, конечно есть. Потому что формул существует сколь угодно много. Но они никак не связаны с нашим миром, и к ним бессмысленно применять вопросы, где они находятся.
Может ли наш мир пересечься с другим? Можно ли из нашего мира попасть в другой?
Нет. Если бы это было возможно, то формула, описывающая наш мир, должна включать в себя и тот, другой мир, а если она его включает, то другой мир уже не другой, а часть нашего (или наш - часть другого)
Так в каком мы все-таки живем мире? Реальном или мы всего лишь математическая абстракция?
К сожалению, в силу теоремы Гёделя о неполноте ответ на этот вопрос не может быть получен. Но реальный мир требует объяснения, откуда он взялся, а математическая абстракция самодостаточна, и поэтому более правдоподобна.
Живем ли мы в виртуальной реальности?
Для нас, людей, с ограниченным количеством нейронов в головном мозге, и с ограниченной возможностью восприятия, даже искусственно созданная виртуальная реальность, при условии ее достаточно качественной реализации, может оказаться неотличимой от реального мира. Что же говорить о мире, частью которого мы являемся и который, по нашему знанию о нем, довольно тонко устроен? Проводя физические эксперименты, мы проникаем все дальше в глубины строения материи, и уже сейчас ученые предполагают, что на маленьких расстояниях и коротких промежутках времени пространство и время квантуются. Это может быть доводом в пользу матрицы и вложенности нашего мира во внешний мир, но это может говорить и о том, что математическая абстракция, описывающая наш мир, дискретна.
Математическая абстракция – это информационное понятие. Как быть с тем фактом, что наблюдаемые в нашем мире информационные взаимодействия происходят не без участия материальных носителей?
То что мы наблюдаем, есть “вторичная” информация, которая закодирована в свойствах объектов, и в их взаимном расположении в пространстве-времени. Информационное взаимодействие объектов происходит благодаря тому, что одни объекты кодируют другие, а третьи считывают эту информацию. Для подобного процесса требуется наличие хотя бы двух взаимодействующих между собой объектов, которые “договорились”, каким образом информация будет закодирована и как она должна интерпретироваться. Без соблюдения этих двух условий взаимодействие перестает быть информационным, и вырождается в просто взаимодействие. Далее, если сами объекты, их взаимодействие между собой, а также и само пространство-время являются результатом некоей функции, то мы придем к выводу, что есть еще и “первичная” информация, существующая вне пространства-времени, а значит, не имеющая материального носителя. В нашем мире она проявляется, например, в виде мировых констант, но кто знает, может существуют миры, в которых информационного взаимодействия нет вообще, где царит хаос. Аналогично можно говорить о “третичной” информации. Например, для геймера персонажи в компьютерной игре будут информационно взаимодействовать между собой, хотя любой программист скажет, что это взаимодействие кажущееся, а реально происходят совсем другие процессы на уровне сигналов в компьютере.
Не бред ли это – считать наш мир математической абстракцией? Попробуйте сесть на кнопку, лежащую на стуле, и сразу ощутите реальность.
В бытовом смысле мы именно так и воспринимаем реальность. Но давайте подумаем, ощутит ли виртуальную кнопку виртуальный персонаж в виртуальной реальности? При условии, что эта виртуальная реальность будет должным образом запрограммирована, и виртуальный персонаж будет обладать такой же сложной организацией, как реальный человек? Если смоделировать деятельность нервных клеток с точностью до отдельных молекул-нейромедиаторов, очевидно, он испытает те же самые ощущения, что и реальный человек, причем ощущения для него будут столь же реальны несмотря на его нереальную природу. В силу теоремы Гёделя о неполноте, виртуальный персонаж не сможет доказать, что его реальность виртуальна. Даже если мы подскажем ответ, у него нет способов определить истинность или ложность этой информации.
Как и у нас. Но независимо от того, реален окажется наш мир или нет, он все равно останется таким как есть, с теми же законами, что действовали и раньше и с теми же существами (нами), которые его населяют и являются его составными частями. Возможно лишь, у нас поменяется представление о нем, или, по крайней мере, мы больше станем задумываться о том, как он устроен.

Автор: Шишкин Сергей