Высушенные человеческие головы (12 фото)

Действительность же, как водится, еще более неприглядна: большую часть спроса на высушенные человеческие головы создали как раз белые люди, активно лоббировавшие этот рынок на посвященном Западе.

В живописной местности на берегах Пастасы, вдоль гор Кордильеры-де-Кутуку, недалеко от границы с Перу, издревле проживает немногочисленное племя, получившее название шуар. Близки к ним по традициям и по национальным признакам ачуары и шивиары. Эти этнические группы и сегодня свято хранят традиции предков. Одна из них – изготовление амулетов из человеческих голов.

Область, известную как Транскутука, некогда населяли племена, родственные по культуре хиваро. Сегодня народности, облюбовавшие эти земли, самые многочисленные. Шуар изначально селились в провинции Самора-Чинчипе. Но постепенно они расширяли свои территории. Во многом это объяснялось тем, что с запада шуар начали теснить инки и испанцы-конкистадоры.

Несмотря на то, что по своей натуре жители Амазонии всегда были дики и безжалостны, территория четко распределяется между разными племенами. Вплоть до середины двадцатого века шуар были воинственным народом. Колонисты называли их «хиваро», что означало «дикари». Нередко они отрезали головы своим врагам и высушивали их.

«Головы они режут до сих пор, хотя и скрывают это. Далеко в джунглях. И сушат, уменьшают до размера кулака. А проделывают все это настолько искусно, что голова сохраняет черты лица своего некогда живого хозяина. И вот такую “куклу” называют тсантса. Изготовить ее – целое искусство, которое некогда практиковали индейцы шуар, слывшие самыми известными охотниками за головами в Эквадоре и Перу. Сегодня же, когда шуар сделались «цивилизованными», древние традиции сохраняют близкие им по языку и обычаям ачуар и шивиар – их заклятые враги. И – не менее заклятые враги между собой. В наши дни былая вражда никуда не исчезла. Просто она завуалирована…», - таковы свидетельства очевидцев.

В давние времена европейцы испытывали патологический страх перед безжалостными племенами Амазонии. Сегодня белые свободно разгуливают по территориям грозных шуар, те же только с подозрением поглядывают на бледнолицых.

Известно, что головы, продающиеся в лавках Эквадора – подделки. Настоящие тсантса стоят довольно дорого и пользуются невероятным спросом у истинных коллекционеров. Поэтому нередко европейцы специально приезжают в сельву, дабы приобрести настоящую человеческую голову размером с кулак. На этом ведь можно довольно неплохо заработать.

Прежде за каждое убийство отвечали убийством. Кровная месть процветала. Так что любой воин, убивший неприятеля, точно знал, что родственники последнего будут мстить ему.

Фактически до середины двадцатого века, а в отдаленных районах и позже, хибаро жили в условиях постоянного вялотекущего военного конфликта. А их дома были закрыты стенами из расщепленных стволов пальмы уви: так делают, когда ожидают нападения. Однако в наши дни человек, добывший голову, часто может откупиться, не рискуя потерять собственную.

Откупаются скотом. Коровами, которых завезли в джунгли миссионеры и колонисты-метисы. Цена варьирует от восьми до десяти коров, при цене каждой восемь сотен долларов. О существовании подобной практики знают все в лесах, где живут ачуар, однако афишировать ее не принято. Таким образом, заказчик-белый, заплатив воину откупные, плюс деньги за работу, может получить вожделенную тсантса, которую либо оставит себе, либо перепродаст на черном рынке с огромной выгодой для себя. Это нелегальный, рискованный, очень специфичный бизнес, и кому-то он может показаться грязным. Однако он существует на протяжении, по меньшей мере, последних полутора сотен лет. Только цена голов в разные времена была различной. И, по крайней мере, в его основе – древние военные традиции.

Каким же образом голова уменьшается? Безусловно, что череп изменить свой размер не может. По крайней мере, сегодня мастера племени ачуар на это не способны, однако, людская молва утверждает, что некогда их мастерство было так велико, что возможно было сотворить и такое. Вообще же процесс изготовления тсантса довольно сложен и трудоемок.

На отрезанной голове поверженного противника с обратной стороны делается длинный надрез, идущий от темени до шеи вниз, после чего кожа аккуратно стягивается с черепа вместе с волосами. Это похоже на то, как обдирают шкуры с животных, чтобы впоследствии выделать их или набить чучело. Самое ответственное и трудное на данном этапе – осторожно снять кожу с лица, так как здесь она крепко соединяется с мышцами, которые воин подрезает хорошо наточенным ножом. После этого череп с остатками мышц выбрасывается как можно дальше – он не представляет никакой ценности, – а индеец приступает к дальнейшей обработке и изготовлению тсантса.

Для этого связанную лианой человеческую кожу на некоторое время опускают в горшок с кипящей водой. Кипяток убивает микробов и бактерий, а сама кожа немного усаживается и сжимается. Затем ее вытаскивают и насаживают на острие воткнутого в землю кола для того, чтобы она остыла. Из лианы капи делается кольцо того же диаметра, что и будущая, готовая тсантса и привязывается к шее. При помощи иголки и нити из волокна пальмы матау, воин зашивает разрез на голове, который он сделал, когда сдирал кожу.

Индейцы ачуар начинают уменьшать голову в тот же день, не откладывая. На берегу реки воин находит три округлых камешка и накаляет их в костре. После этого один из камней он засовывает через отверстие в шее внутрь будущей тсантса и катает его внутри так, чтобы тот сжигал приставшие волокна плоти и прижигал кожу изнутри. Затем камень извлекается и снова кладется в костер, а вместо него в голову засовывают следующий.

Непосредственное же уменьшение головы воин производит раскаленным песком. Его берут с берега реки, насыпают в разбитый глиняный горшок и греют на огне. А затем высыпают внутрь «головы», наполнив ее чуть более чем на половину. Наполненную песком тсантса постоянно переворачивают для того, чтобы песок, перемещаясь внутри нее, словно наждачная бумага стер приставшие кусочки мяса и сухожилий, а также истончил кожу: ее потом легче уменьшить. Действие это повторяется много раз подряд, прежде чем результат окажется удовлетворительным.

Остывший песок высыпается, вновь раскаляется на огне и снова насыпается внутрь головы. В перерывах воин начисто выскребает внутреннюю поверхность тсантса ножом. Пока кожа с головы убитого противника сушится подобным образом, она непрерывно усаживается и вскоре начинает напоминать голову карлика. Все это время воин руками подправляет искаженные черты лица: важно, чтобы тсантса сохраняла облик поверженного врага. Этот процесс может продолжаться несколько дней и даже недель. В конце кожа головы усаживается до одной четвертой своей нормальной величины, делается абсолютно сухой и жесткой на ощупь.

В губы вставляются три пятисантиметровые палочки из прочной древесины пальмы уви, одна параллельно другой, которые выкрашены в красный цвет краской из семян кустарника ипьяк. Вокруг обвязывается хлопковая полоска, также выкрашенная в красный цвет. После чего вся тсантса, включая лицо, чернится углем.

Естественно, в процессе сушки кожа с головы ужимается. Но длина-то волос остается неизменной! Вот почему шевелюры на тсантса кажутся непропорционально длинными по отношению к размерам головы. Бывает, что их длина достигает одного метра, однако это не означает, что тсантса была сделана из головы женщины: среди ачуар до сих пор многие мужчины носят более длинные волосы, нежели женщины. Впрочем, хоть и не так часто, попадаются и уменьшенные женские головы.

Мало кому известен тот факт, что шуары в прежние времена на «охоту за головами» отправляли и женщин. Это было своеобразное равноправие полов. Кроме того, женщины могли участвовать и в многочисленных набегах.

В конце 19-го века охотники за головами пережили свой ренессанс: тсантса пользовались огромным спросом и в Европе, и в Америке. Простейшим способом добыть сушеные головы были рейды по туземным деревням — и с каждым месяцем их проводилось все больше.

Европейские поселенцы в то время как раз начинали двигаться к низинам Амазонки. Люди приезжали в эту дикую местность за быстрыми деньгами: здесь добывали каучук и кору хинного дерева. Кора оставалась основным ингредиентом хинина — препарата, столетиями использующимся для лечения малярии. Миссионеры вступили в контакт с племенами, населяющими джунгли, и наладили минимальные торговые отношения.

По началу европейцы практически не обменивали свое огнестрельное оружие, справедливо опасаясь вооружать полуголых дикарей, у которых есть обычай отрубать вражеские головы. Но тсантса поселенцев и рабочих околдовали: предприимчивые европейские торговцы стали предлагать индейцам современное вооружение в обмен на диковинный сувенир. Тут же в округе вспыхнули межплеменные войны, которые, впрочем, тоже были европейцам на руку.

Для того, чтобы удовлетворить постоянно растущие аппетиты рынка, а заодно и заработать легких денег, отдельные хитрецы шли на производство дешевых подделок. Из моргов выкупались головы трупов, в ход шли даже части тела ленивцев. Бизнес подделок оказался настолько прост и приносил такие доходы, что заниматься им начинали толпы людей. Европу наводнили фальшивки — собственно, специалисты утверждают: 80% тсанса существующих в мире являются подделкой.

В Европе и Северной Америке головы ценились очень высоко. Богатеи собирали на стенах своих гостиных целые частные коллекции тсанса, музеи же соревновались между собой за самую одиозную покупку. Никто и не принимал во внимание, что речь идет о коллекционировании сушеных человеческих голов — все как-то не до того было.

Хотя тсанса и остаются уникальной культурной особенностью индейских племен Амазонки, другие народности также имели свои собственные вариации приготовления сушеной головы. У маори они назывались тои моко — приступ интереса к этим черепам европеец испытал еще в 1800 годах. Особенной популярностью пользовались у торговцев татуированные головы вождей; маори же, прознав о том, принялись массово татуировать и убивать рабов, выдавая их за своих правителей. Предприимчивые маори попробовали даже расширить ассортимент: пристукнув десяток-другой миссионеров и наделав из их голов тои моко, индейцы явились на очередное торжище. Говорят, европейцы с удовольствием раскупили головы своих собратьев.

В Новой Зеландии случилось то же самое, что и на Амазонке. Племена, располагавшие современным оружием, кинулись резать друг друга — все для удовлетворения спроса на сушеные головы. В 1831 году губернатор Нового Южного Уэльса, Ральф Дарлинг, наложил вето на торговлю тои моко. С начала века двадцатого большинство стран признали охоту за сушеными головами вне закона.

Хиваро тщательно оберегают технологию изготовления цанцы, однако утечка информации все-таки произошла. Об этом говорит тот факт, что в одно время на черных рынках начали продаваться негроидные «сушеные головы», изготовленные в Африке. Причем налажен канал, по которому из Африки эти талисманы поступают в Лондон, а оттуда - во все страны Европы. Коллекционеры разных стран соперничают друг с другом за право обладать очередной страшной тсантсу.

Причем тсантсы делают не в африканских племенах, а на крупных охраняемых виллах. В конце прошлого века в столице Центральной Африканской Республики были пойманы члены группировки, которые поставили процесс варки тсантсы на конвейер. На виллу, находящуюся на окраине города, со всех уголков страны поставлялись тысячи трупов, причем не только негров, но и европейцев; очень ценились женские головы. Однако, все же члены группировки знали лишь приблизительный рецепт изготовления тсантсы, так как проданные ими головы через некоторое время стали гнить и пропали (лишь несколько сохранилось).

Интерес Запада к экзотичным сушеным головам спадал на протяжение десятилетий, но никогда не исчезал полностью. К примеру, объявления о продаже тсантса были нормальным явлением в лондонской газете 1950 года.

Между тем сегодня эти племена Амазонии подвергаются массовым уничтожениям. В 60-х годах путем сейсморазведки ученые обнаружили на этих территориях богатые залежи нефти. Леса начали массово вырубаться, прокладывались нефтепроводы для транспортировки нефти, исчезали многие виды животных. Беспощадно убивали и тех, кто пытался сопротивляться могущественным бледнолицым. Однако ачуары, шуары, шивиары продолжают постоянную борьбу с нефтегазовыми компаниями. Нередко, представители племен повторяют: «Если вы пришли сюда, чтобы помогать нам, то не стоит тратить время. Если же вас привела вера в то, что ваша свобода и наша свобода взаимосвязаны, то давайте работать вместе». Однако мало кто изъявляет желание помочь туземцам.