Made in Russia: Т-90 основной боевой танк (16 фото + 2 видео)

История Т-90 началась еще при СССР — в середине 80-х годов. Тогда в Министерстве обороны (МО) и в Министерстве оборонной промышленности (МОП) СССР возобладала вполне здравая мысль о необходимости разработки единого для всей Советской Армии перспективного основного танка. С принятием его на вооружение должен был завершиться чрезвычайно самобытный период советского танкостроения, когда заводы вели параллельный выпуск двух-трех типов основных танков— Т-64, Т-72 и Т-80. Они были близки по боевым характеристикам, но существенно различались по конструкции, что крайне осложняло процесс их эксплуатации е войсках из-за разунификации танкового парка. В соответствии с вышедшим 7 февраля 1986 года Правительственным постановлением «О мерах по созданию нового танка», базой для него должен был послужить харьковский Т-80УД. Это была усовершенствованная «восьмидесятка» с компактным двухтактным дизельным двигателем 6ТД вместо дорогого и прожорливого газотурбинного ГТД-1000. Постепенно Т-80УД вытеснил бы в войсках танки других типов.

Предполагалось, что «изюминкой» перспективной машины будет только входившая тогда в моду компьютеризированная система управления частями и подразделениями, доведенная вплоть до отдельного танка. Однако, пока перспективный танк являлся всего лишь «журавлем в небе», встал вопрос о том, что же делать с «синицами в руках» — многочисленными имеющимися в войсках основными танками, боевые характеристики которых уже не соответствовали требованиям времени. В первую очередь это относилось к Т-72 ранних модификаций. Не секрет, что данный танк представлял собой вариант боевой машины на мобилизационный период, и его конструкция была максимально упрощена для массового производства и эксплуатации слабо подготовленным личным составом.

Отчасти поэтому «семьдесятдвойки» широко поставлялись за рубеж в ближневосточные и африканские страны, а лицензии на их производство были проданы союзникам по Варшавскому Договору — Польше и Чехословакии, Основным недостатком Т-72 считался его примитивный, хотя и надежный прицельный комплекс 1А40, который уже не обеспечивал ведение эффективного огня, требовавшегося от современных танков. Дело в том, что комплекс 1А40 хотя и измерял дальность до цели и определял углы бокового упреждения (для движущейся цели), однако введение поправок в угол прицеливания на: отклонение температуры окружающего воздуха, температуры заряда, атмосферного давления от нормальных, а также на падение начальной скорости снаряда в результате износа канала ствола пушки нужно было вводить только вручную перед началом ведения огня. В инструкции ввод поправок описывался так: «Командир танка при наличии информации (!) определяет поправки по номограммам, расположенным справа на щитке пушки, и передает результирующее значение наводчику». Т.е. практически «от руки на глаз».

Требовалось «подтянуть» характеристики «семьдесятдвоек» до уровня не ниже Т-80У и, в первую очередь, повысить огневую мощь. Надо сказать, что подобные мероприятия советской оборонной промышленностью уже проводились. В начале 80-х годов похожая программа по повышению эффективности ведения огня и защищенности была реализована для средних танков Т-55. В результате появилась модификация Т-55АМ, боевая эффективность которой соответствовала уровню ранних Т-64 и Т-72. Для этого на Т-55АМ устанавливали новый прицел, лазерный дальномер, баллистический вычислитель, часть машин получала комплекс управляемого вооружения «Бастион». 19 июля 1986 года вышло Постановление Совета Министров СССР, которым Уральское КБ транспортного машиностроения (УКБТМ) поручались работы по теме «Совершенствование Т-72Б», а проще говоря — доведение его до уровня более совершенных советских танков Т-80У и Т-80УД.

Начало работ по этому постановлению совпало со сменой руководства УКБТМ — главный конструктор В.Н. Венедиктов, почти два десятка лет возглавлявший КБ после Л.Н. Карцева, ушел на пенсию, а на его место Был назначен В.И. Поткин. Для увеличения огневой мощи Т-72Б необходимо было оснастить его современной, эффективной системой управления огнем (СУО). Для ускорения работ, сокращения стоимости модернизации и повышения степени унификации отечественных танков конструкторы УКБТМ решили использовать для модернизированной «семьдесятдвойки» комплекс управления огнем 1А45 «Иртыш», уже отработанный на танках Т-80У и Т-80УД. Его доработали для функционирования совместно с автоматом заряжания танка Т-72 (механизм заряжания Т-80 существенно отличался от автомата заряжания Т-72, в первом снаряды располагались горизонтально, а заряды вертикально, во втором — и тот и другой — горизонтально). Доработанный комплекс управления огнем получил обозначение 1А45Т.

В январе 1989 года опытный вариант модернизированного Т-72, получивший внутренний индекс «Объект 188», вышел на этап государственных испытаний. В различных же официальных документах и внешней переписке машина упоминалась сначала как Т-72БМ (модернизированный), а позже как Т-72БУ (усовершенствованный) — по всей вероятности, слово «модернизированный» звучало для руководства УВЗ слишком просто. В СССР к испытаниям новой боевой техники подходили очень серьезно. Так, в 70-х годах для испытаний различных типов танков устраивались пробеги протяженностью до 10 тыс. км по различным регионам СССР. Танкисты и конструкторы шутливо называли их «звездные пробеги». Подобного широкомасштабного мероприятия во времена горбачевской перестройки устроить было уже невозможно, но тем не менее четыре опытных образца «Объект 188» испытывались около года в различных климатических условиях, в том числе на полигонах Уралвагонзавода в Сибири, а также в Московской, Кемеровской и Джамбульской областях. Доработанные по результатам испытаний машины еще раз прогнали по полигонам, а в конце, для определения уровня защищенности, одна машина была расстреляна.

По воспоминаниям участника этих испытаний А.Бахметова, сначала под одну из гусениц был заложен фугас, соответствующий наиболее мощным противотанковым минам иностранных государств, но после взрыва машину удалось привести в работоспособное состояние силами экипажа за нормативное время, затем танк был подвергнут жестокому снарядному обстрелу по «слабым» местам. Танк успешно прошел испытания, и 27 марта 1991 года, совместным решением МО и МОП СССР «Объект 188» был рекомендован к принятию на вооружение Советской Армии. Однако спустя всего полгода не стало ни Советской Армии, ни самого Советского Союза, и перспективы серийного производства усовершенствованною Т-72Б стали весьма туманными. Тем не менее, несмотря на тяжелейшее положение в экономике, руководству Уралвагонзавода и УКБТМ удалось пробить решение о принятии усовершенствованного Т-72 на вооружение уже Российской Армии. В ходе этой борьбы за производство, чтобы подчеркнуть «российское» происхождение танка и отмежеваться от эпохи «застойного» СССР, возникла мысль изменить наименование танка с тривиального улучшенно-модернизационного Т-72БУ на что-то более звучное и оригинальное. Первоначально было предложено наименование Т-88 (очевидно, по аналогии с объектовым индексом 188). Но судьба распорядилась иначе.

5 октября 1992 года Постановлением Правительства РФ № 759-58 «Объект 188» был принят на вооружение Российской Армии, но уже под наименованием — Т-90. По одной из версий, присвоить танку такое наименование распорядился лично Президент России. Этим же постановлением разрешалась и продажа за рубеж экспортной модификации Т-90С. Рабочее место командира Т-90МС: 1 — видеосмотровое устройство; 2 — панель многофункциональная; 3 — призмы кругового обзора; 4 — аппаратура внутренней связи и коммутации; 5 — органы управления и индикации для согласования прицела командира с призменными приборами; 6 — пульт управления прицелом командира; 7 — пульт управления прицелом-дублером; 8 — пульт командира; 9 — блок охлаждения кондиционера; 10 — пульт загрузки автомата заряжания Серийное производство Т-90 началось на «Уралвагонзаводе» в ноябре того же года, но, в отличие от советских времен, когда танки производились сотнями, годовые объемы выпуска Т-90 исчислялись всего десятками. Т-90 стал первым российским танком в технологическом плане. На нем пришлось восстанавливать производственную кооперацию, разрушенную после распада СССР, уже в рамках только российского ОПК. Всего с 1992 по 1998 годы (когда выпуск Т-90 был приостановлен) построили около 120 машин. И дело здесь не в том, что «Уралвагонзавод» был не в состоянии развернуть крупносерийное производство, а в том, что российские военные не имели достаточно средств для закупки вооружения в эти смутные времена. Первые Т-90 отправили в соединение, дислоцированное поближе к заводу-изготовителю, — 821-ю Таганрогскую Краснознаменную ордена Суворова мотострелковую дивизию Сибирского ВО, где из них сформировали танковый полк. Позже Т-90 попали и в 5-ю Гвардейскую Донскую танковую дивизию в Бурятии (до батальона).

Что же представлял собой Т-90 образца 1992 года? Танк сохранил классическую компоновку Т-72Б с размещением: отделения управления в лобовой части, боевого отделения — посередине и моторно-трансмиссионного отделения — в кормовой части. По сравнению с Т-72Б была усилена защита и установлен автоматизированный комплекс управления огнем, корпус и башня были приспособлены для установки новой встроенной динамической защиты (ВДЗ). Благодаря использованию автомата заряжания орудия (A3), экипаж Т-90 состоял из трех человек — механика-водителя, наводчика и командира. Корпуса Т-90 и Т-72Б были практически идентичны. Но верхняя лобовая деталь Т-90 получипа встроенную динамическую защиту. Башня осталась литой с комбинированной броней в лобовой части (на курсовых углах до 35 град.). Она также имела динамическую защиту (ДЗ) — в лобовой части установлено семь блоков и один контейнер, кроме того, 20 блоков — на крыше башни. Точные данные об эффективности бронирования Т-90 остаются засекреченными. Тем не менее, в открытом доступе можно найти многочисленные оценки как отечественных, так и иностранных специалистов. Стойкость бронирования лобовой проекции корпуса и башни против обстрела бронебойными оперенными подкалиберными снарядами (БОПС) оценивается в целом, с учетом встроенной динамической защиты, как эквивалентная 900-950 мм катаной броневой стали (без учета встроенной ДЗ: башня 700 мм; корпус— 650 мм).

Бронестойкость корпуса и башни против обстрела кумулятивными снарядами (КС) с учетом динамической защиты оценивается в 1350-1450 мм (без учета встроенной ДЗ: башня — 850 мм; корпус —750 мм). Дополнительную защиту от поражения противотанковыми управляемыми ракетами Т-90 обеспечивает комплекс оптико-электронного подавления «Штора-1». Т-90 стал первым серийным танком, на котором он устанавливался. Комплекс «Штора-1» включает станцию оптико-электронного подавления (СОЭП) и систему постановки завес (СПЗ).

Дополнительную защиту от поражения противотанковыми управляемыми ракетами Т-90 обеспечивает комплекс оптико-электронного подавления «Штора-1». Т-90 стал первым серийным танком, на котором он устанавливался. Комплекс «Штора-1» включает станцию оптико-электронного подавления (СОЭП) и систему постановки завес (СПЗ). Основная идея работы комплекса состоит в выработке СОЭП сигнала, аналогичного сигналу трассеров западных ПТУР, что влечет за собой срыв их наведения, а также снижается и вероятность попадания в цель оружия, использующего лазерную подсветку цели. Система постановки завес добивается того же результата путем постановки дымовой завесы.

При обнаружении облучения танка лазерным излучением, система постановки завес определяет направлене облучения и оповещает экипаж, после чего автоматически или по указанию командира танка производится отстрел аэрозольной гранаты, при разрыве создающей аэрозольное облако, ослабляющее и частично отражающее лазерное излучение, чем нарушается работа систем наведения ракеты. Помимо этого, аэрозольное облако выполняет функции дымовой завесы, маскируя танк. Надо отметить, что некоторые специалисты считают, что схема установки прожекторов-постановщиков помех комплекса «Штора-1» на Т-90 реализована крайне неудачно — из-за них большой участок проекции башни в наиболее угрожающих секторах обстрела остался без блоков динамической защиты.

Основное вооружение Т-90 — это 125-мм гладкоствольная пушка 2А46М-2, являющаяся модификацией пушки 2А46М-1 (устанавливалась на Т-80У) под автомат заряжания Т-72. В боекомплект пушки, кроме бронебойно-подкалиберных, кумулятивных и осколочно-фугасных снарядов (ОФС), входят и управляемые ракеты 9М119. Благодаря электромеханическому автомату заряжания, боевая скорострельность Т-90 составляет 6-8 выстр./мин. В механизированную укладку кругового вращения входят 22 выстрела раздельного заряжания: снаряды размещены горизонтально на днище боевого отделения, под пороховыми зарядами. Минимальный цикл заряжания — 6,5-7 секунд, максимальный — 15 секунд. Автомат заряжания пополняется силами экипажа за 15-20 минут.

Комплекс управления огнем 1А45Т «Иртыш» включает систему управления огнем (СУО) 1А42 и комплекс управляемого вооружения (КУВ) 9К119 «Рефлекс», ночной прицел наводчика ТПН-4-4Э «Буран-ПА» и прицельно-наблюдательный комплекс командира ПНК-4С с дневным/ночным прицелом ТКН-4С «Агат-С». Система управления огнем 1А42 включает прицел-дальномер 1Г46, электронный баллистический вычислитель 1В528-1 и стабилизатор 2Э42-4. Имеющаяся на Т-90 СУО позволяет вводить поправки в параметры стрельбы, учитывающие скорость танка, дальность и угловую скорость цели, температуру, давление воздуха и скорость ветра (определяется датчиком ДВЕ-БС), температуру заряда, угол наклона цапф орудия и износ канала ствола, Дневной прицел наводчика 1Г46 имеет стабилизированную в двух плоскостях линию визирования, встроенный лазерный дальномер и канал управления управляемой ракетой. Баллистический вычислитель 1В528-1 автоматически учитывает сигналы, поступающие со следующих датчиков: скорости танка, угловой скорости цели, угла крена оси цапф пушки, поперечной составляющей скорости ветра, дальности до цели, курсового угла. Дополнительно для расчета вручную вводятся следующие параметры: температура окружающего воздуха, температура заряда, износ канала ствола, давление окружающего воздуха и др. В отличие от СУО всех советских танков, на Т-90 баллистический вычислитель выполняет функции блока разрешения стрельбы, т.е., при отклонении оси канала ствола от заданного ей направления больше порогового, выстрела не происходит.

Прицельно-наблюдательный комплекс командира ПНК-4С состоит из комбинированного прицела командира ТКН-4С и датчика положения пушки. Комбинированный дневной-ночной прицеп командира ТКН-4С стабилизирован в вертикальной плоскости и имеет три канала: дневной однократный канал, дневной многократный канал с кратностью увеличения 8х и ночной канал с кратностью 5,4х. Комплекс управляемого вооружения 9К119 «Рефлекс» обеспечивает стрельбу по неподвижным и движущимся со скоростью до 70 км/ч целям (по информации производителя — даже по вертолетам) на дальностях до 5000 м, при скорости движения танка до 30 км/час, в то время как стрельбу из КУВ 9К120, устанавливавшегося на Т-72Б, можно было вести только с места. Вообще наличие управляемого вооружения обеспечивает Т-90 большую эффективную дальность поражения цели, чем у танков, оснащенных только артиллерийским вооружением, для которых даже при наиболее современных прицельных средствах эффективная стрельба по целям типа «танк» на дистанции более 2500 м уже серьезно затруднена.

Ночной прицел наводчика ТПН-4-49 «Буран-ПА» при естественной ночной освещенности 0,0005 лк и выше действует в пассивном режиме, при этом его электронно-оптический преобразователь усиливает отраженный свет звезд и луны. При освещенности менее 0,0005 лк прицел работает в активном режиме, т.е. при подсветке местности инфракрасными лучами. В качестве инфракрасного осветителя на Т-90 используются инфракрасные излучатели системы оптико-электронного подавления «Штора-1». На Т-90 установлена закрытая зенитно-пулеметная установка (ЗПУ) с дистанционным электромеханическим управлением, для ведения огня из которой командиру нет необходимости покидать машину. Подобные ЗПУ с дистанционным управлением еще с 70-х годов устанавливались на Т-64, а позднее на Т-80, но все ранее выпускавшиеся модификации Т-72 имели открытую ЗПУ с ручным управлением, для стрельбы из которой командиру приходилось по пояс высовываться из своего люка. На Т-90 образца 1992 года устанавливался многотопливный дизельный двигатель В-84МС мощностью 840 л.с, разработанный Челябинским СКБ «Трансдизель».

У предыдущего варианта В-84, устанавливавшегося на Т-72Б, в процессе эксплуатации выявился недостаток — перегрев и прогар выпускных коллекторов. Поэтому на выпускных коллекторах В-84МС были установлены сильфоны, смешивающие выхлопные газы с атмосферным воздухом, что улучшило тепловой режим работы коллекторов и, кроме того, уменьшило заметность танка в инфракрасном диапазоне. К недостаткам двигателя можно отнести значительные затраты времени на его замену — бригаде квалифицированных техников требуется на это 6 часов (по другим данным требуется еще большее время), тогда как на американском М1А1 «Абрамс» на это уходит всего 2 часа.

С двигателем В-84МС удельная мощность Т-90 составляет 18 л.с./т, что по современным меркам считается недостаточным, еще в советские времена было озвучено требование к ее минимальному значению — не менее 20 л.с./т. Механическая планетарная трансмиссия осталась почти такой же, как на Т-72Б, она обеспечивает 7 передач вперед и одну назад. Поворот машины осуществляется включением пониженной передачи в коробке передач со стороны отстающей гусеницы. Из-за такой устаревшей схемы поворота маневренность Т-90 ниже, чем у зарубежных танков. Еще одним недостатком трансмиссии Т-90 считается низкая скорость заднего хода — 4,8 км/ч. На современных западных танках, где используется гидрообъемные механизмы поворота с цифровыми системами автоматического управления, скорость движения задним ходом достигает 30 км/ч. Также практически не изменилась и ходовая часть, за исключением того, что опорные катки расширили на 10 мм, — по мнению конструкторов, это улучшило распределение нагрузки на гусеницу.

Еще во времена СССР УКБТМ получило задание разработать на базе «Объекта 188» его командирский вариант, который должен был обеспечивать управление подчиненными подразделениями в ходе боевых действий как днем, так и ночью, а также связь с вышестоящими командирами. Танк получил наименование Т-90К (командирский) и оснащался специальным оборудованием — коротковолновой радиостанцией P-163-50K («Ар6алет-50К»), танковой навигационной аппаратурой ТНА-4-3, телескопической мачтой антенн, артиллерийской буссолью ПАБ-2М и электроагрегатом АБ-1-П мощностью 1 кВт, служащим для обеспечения электропитания аппаратуры во время стоянки, при выключенном двигателе танка. С 11-метровой мачтовой антенной коротковолновая радиостанция Р-163-50К обеспечивает устойчивую связь на дальности до 350 км. Несмотря на то, что на командирской машине пришлось установить значительное количество дополнительных блоков системы управления огнем и средств связи, боевые характеристики Т-90К удалось сохранить на уровне линейного Т-90.

Практически одновременно с базовым «Объектом 188» разрабатывался и его экспортный вариант — «Объект 188С», в основном отличавшийся более низкой защищенностью и различиями в комплектации. Внешне они практически не отличались. Хотя разрешение на экспорт Т-90С было получено одновременно с принятием на вооружение базовой машины в 1992 году, но сразу прорваться за пределы России машина не смогла. В тот период чиновники от «Росвооружения» делали ставку на более совершенный и дорогой газотурбинный Т-80У который, по их мнению, был более экспортно привлекательным. Того же мнения придерживались и военные. Даже в 1996 году, когда Т-90 был официально избран в качестве танка для переоснащения частей и подразделений Российской Армии, тогдашний начальник ГАБТУ генерал-полковник А.А. Галкин высказывался против Т-90, считая более перспективной машиной Т-80У. Правда, продать танки Т-80У за рубеж удалось только Кипру и Южной Корее, и то последней в счет погашения российского долга этой стране.

Контракт стоимостью 172 млн. долл. на покупку 41 Т-80У/УК для вооружения Национальной гвардии Кипра был подписан в апреле 1996 года. Поставка танков началась летом того же года и завершилась в июне 1997 года. В 1996 году Россия официально сообщила об экспорте 33 танков Т-80У в Южную Корею. За эти поставки был списан российский долг на сумму 210 млн. долл.. По другим данным, к 2007 году Южная Корея располагала уже 80 такими танками. В обоих случаях это были не вновь произведенные, а машины из наличия Вооруженных Сил. Впервые вывезти за границу Т-90С удалось только в 1997 году, тогда он был представлен на выставке вооружений ЮЕХ-97 в Абу-Даби. А пока шли поиски иностранных заказчиков, экспортный T-90C потихоньку совершенствовался. В первую очередь подтянули характеристики ночного прицельного комплекса. Еще в ходе наземной операции по освобождению Кувейта — «Меч пустыни», в 1991 году, американские и британские танкисты, пользуясь существенным преимуществом в дальности обнаружения целей в условиях ограниченной видимости, которое обеспечивало им использование современных тепловизионных систем ночного видения, в серии ночных боев 25-26 февраля нанесли тяжелые потери иракским войскам. Так как днем перемещение иракских танков было практически невозможно из-за господства в воздухе союзной авиации, то танковые бои, как правило, проходили в ночное время.

Полезны оказались тепловизионные прицелы и днем, так как видимость часто была ограниченной иэ-зэ дыма от горящих нефтяных полей, подбитой техники, пылевых шквалов или дождя. По сравнению со старыми инфракрасными прицелами второго поколения, стоящими на танках Т-72 и Т-90 образца 1992 года, тепловизоры были лишены многих недостатков. В частности, их работа не ухудшалась в плохие погодные условия, прицел не «слеп» от вспышек выстрелов, ему не нужна была внешняя подсветка, которая демаскировала танк (большие инфракрасные прожекторы подсветки исчезли у западных танков еще в конце 70-х годов). Неудивительно, что иностранные заказчики при покупке бронетехники обращали большое внимание на наличие и качество тепловизионных прицелов. Но так как своего производства тепловизионных прицельных комплексов в России не было, то на демонстрационные образцы Т-90С пришлось устанавливать белорусские прицелы фирмы «Пеленг», в которых использовалась французская термокамера Catherine-FS. Другое направление совершенствования Т-90 оказалось вынужденным. Когда в России во второй половине 90-х годов из-за невостребованности «умерло» крупносерийное производство танкового башенного литья на ЗСО (завод им. Серго Орджоникидзе в Челябинске), а танковые башни, отливаемые малыми сериями, оказались крайне дорогими, конструкторам пришлось искать выход. К счастью, имелся «задел» еще времен СССР, когда была отработана конструкция танковой башни для Т-72, сваренной из катаных броневых листов. При равной с литой прочности и защите она имела меньший вес, кроме того, несколько увеличился внутренний объем и повысилась снарядостойкость. Гримаса советской плановой экономики состояла в том, что сварную башню не запустили в производство раньше потому, что не хотели ломать налаженное производство литых башен. Теперь же сварной башне дали «зеленый свет». Первые сварные башни для Т-90 были изготовлены в 1998 году и успешно прошли натурные испытания обстрелом на полигоне. С 2002 года все выпускаемые Т-90С уже получали сварную башню. Аналогичная история приключилась и на Украине. С закрытием на Мариупольском заводе производства литых башен, которыми комплектовались Т-80УД, в Харькове на заводе им. Малышева тоже перешли на башню сварной конструкции. В результате 175 танков Т-80УД, из 320 поставленных Пакистану в рамках подписанного между этой страной и Украиной в 1996 году контракта, комплектовались сварными башнями.

Поставки Т-80УД в Пакистан во многом способствовали и экспортному успеху Т-90С. Давний соперник Пакистана — Индия — не могла оставаться равнодушной к получению своим беспокойным соседом новой танковой дивизии, это нарушало военный паритет в регионе. С другой стороны, не оставалось уже надежд на выдерживание сроков программы разработки собственного индийского танка «Арджун». Поэтому, учитывая имеющееся в Индии значительное количество советских танков Т-72М и Т-72М1, индусы естественным образом проявили интерес и к Т-90. Предварительные переговоры, консультации и согласования тянулись более двух лет, пока в апреле 1999 года не была достигнута договоренность об испытании трех Т-90С в Индии. Все три танка отличались друг от друга. Различными были тепловизионные прицелы — «Ноктюрн» или «Эсса», только на один танк устанавливалась система «Штора», два танка имели литые башни, а третий — сварную.

8 мае – августе Т-90С прошли программу испытаний в пустыне Тар, в экстремальных условиях — днем жара здесь доходила до 50 градусов по Цельсию. По этой раскаленной пустыне машины совершили пробег в 2000 км, а затем отстреляли 150 выстрелов. Результатами испытаний индийские военные были удовлетворены, и начался длительный процесс согласования условий контракта. На востоке любят и умеют торговаться, поэтому окончательное подписание контракта состоялось только спустя почти полтора года — 15 февраля 2001 года в Дели, По его условиям Россия обязалась поставить Индии 310 танков T-90С, что было достаточно для перевооружения танковой дивизии (к этому времени Пакистан уже получил все 320 танков Т-80УД). Из них 124 собирались в России и поставлялись заказчику в готовом виде, а 186 танков должны были собираться из сборочных единиц в самой Индии на казенном заводе HVF (Heavy Vehicles Factory) в городе Авади (штат Тамил Наду). Общая стоимость контракта составляла 800 млн. долларов, и поставки по нему были полностью выполнены в 2003 году.

Итак, что же получили индийцы за свои деньги? В результате настойчивых требований они получили не просто экспортный Т-90С в его первоначальной конфигурации 1992 года, а машину, сочетавшую в себе (на их взгляд) все самое лучшее из предложенных на испытания трех образцов. Интересно, что такой «индийский» Т-90С существенно превосходил Т-90 образца 1992 года, поставлявшийся «Уралвагонзаводом» для Российской Армии. На индийских танках вместо ночного прицела «Буран-ПА», стоявшего на российских машинах, устанавливался более совершенный тепловизионный прицел наводчика «Эсса» совместного франко-белорусского производства. Командир получил прицельно-наблюдательный комплекс ПНК-4С «Агат-С». От комплекса оптико-электронного подавления «Штора-1» индийцы отказались, и на месте его осветителей в передней части башни были смонтированы дополнительные трапециевидные контейнеры комплекса динамической защиты «Контакт-5», в результате чего защищенность башни повысилась по сравнению с российскими танками. Интересно, что индийцы потребовали усилить и противоатомную защиту. По их требованию толщина антинейтронного надбоя была увеличена почти в два раза, несмотря на то, что противоатомная защита российских Т-90 и так считалась довольно мощной. Учитывая, что извечные противники — Индия и Пакистан — оба входят в ядерный клуб, такое требование говорит о том, что индийские военные не исключают в вероятном вооруженном конфликте с Пакистаном применение тактического ядерного оружия. Все индийские Т-90С (кроме первых сорока машин) оснащались сварными башнями, усиленной ходовой частью, а также 1000-сильным дизельным двигателем В-92С2 (напомним, что российские Т-90 на тот момент имели дизель Б-84 мощностью 840 л.с).

В 2000 году окрыленные наметившимся успехом в Индии россияне заявили Т-90С для участия в международном тендере на закупку танков, проводимом Малайзией. Для испытаний в аэропорт Куала-Лумпур был доставлен модернизированный после испытаний в Индии экземпляр Т-90С с установленным кондиционером. Вместе с Т-90С в рауках тендера сравнительные испытания проходили также польский танк РТ-91 «Тварды» (являющийся модернизацией советского Т-72М), украинский Т-84 и шведский легкий танк CV90 120. Испытания проходили в период с 19 июня по 21 августа, причем местных военных в основном интересовали подвижность и эксплуатационная надежность танков в непростых местных условиях. Машинам было предложено пройти около 2800 км по джунглям, горной местности, через заболоченные участки и водные преграды. В ходе этого «забега» в самом центре джунглей T-90 не без «помощи» малазийского механика-водителя (испытания проводили смешанные российско-малазийские экипажи) стащило с размытой глинистой дороги в кювет, откуда его удалось извлечь только усилиями, по одной из версий, двух «хюндаевских» экскаваторов, а по другой — Т-90С эвакуировали при помощи 50-тонного японского крана КАТО, заплатив за это 5 тыс. долларов. Но наперекор всем невзгодам Т-90С успешно дошел до финиша.

Правда, результаты малазийского конкурса оказались весьма неожиданными. Несмотря на то, что в ходе испытаний польский РТ-91М по большинству основных показателей значительно уступил и российскому Т-90С, и украинскому Т-84, в апреле 2002 года правительство Малайзии объявило о своем решении закупить 48 танков PT-91MZ и шесть БРЭМ «WZT-4» в Польше. Общая сумма контракта составила 370 млн. долларов. Российские эксперты утверждают, что один польский танк обошелся Малайзии приблизительно в 4 млн. долларов, или на 1,2 млн. дороже участвовавшего в этом тендере российского Т-90С. По одной из версий, такое решение объяснялось политикой диверсификации — Малайзия закупила у России истребители Су-30МК, а контракт на танки отдали Польше, по другой — банальной коррупцией."

Неудача в Малазийском тендере с лихвой была компенсирована крупным контрактом на поставку 185 танков Т-90 в Алжир. Взяв за основу проект танка Т-90С образца 1999 года, поставляемого в Индию, УКБТМ доработало его в соответствии с требованиями нового покупателя. Результатом стал вариант танка с установкой системы кондиционирования (учитывая жаркий климат Алжира), а также с улучшенной системой обнаружения лазерного облучения, который получил заводской индекс «Объект 188СА» («А» — алжирский) и обозначение T-90CA. Опытный экземпляр Т-90СА в 2005 году успешно прошел жесткие испытания в алжирской пустыне, а в январе следующего года был подписан контракт между «Рособоронэкспортом» и алжирской стороной. Поставки по нему были полностью выполнены в 2008 гаду, правда, не обошлось без скандала.

По сообщениям в прессе, алжирцы предъявляли претензии к комплектации машин — якобы некоторое устанавливавшееся на них оборудование было не новым, а уже бывшим в употреблении. В 2006 году чуть было не состоялась покупка Т-90С и лидером Ливийской Джамахирии Муаммаром Каддафи, однако стоимость Т-90С сочли чересчур высокой, и ливийским военным пришлось довольствоваться приобретением модернизированных Т-72. В том же 2006 году правительство Индии, вероятно решив, что «танков мало не бывает», заключило контракт на лицензионное производство 1000 танков Т-90СА стоимостью 2,5 млрд. долл. (должны быть построены к 2019 году), а спустя несколько месяцев еще и дополнительный контракт на поставку 330 танков Т-90СА в течение 2007-2008 годов, со сборкой части этой партии танков в Индии. Заказанные танки отличались модернизированной ходовой частью, улучшенной системой управления огнем с тепловизором «Эсса» и индийской динамической броней «Kanchan». Танк назвали «Бхишма» в честь легендарного героя древнеиндийского эпоса. Этим дело не ограничилось, и в 2007 году был заключен еще один контракт на поставку 347 Т-90СА на сумму 1,2 млрд. долл, в виде 124 готовых танков и 223 танко-комплектов для лицензионного производства. Первые десять танков Т-90СА уже индийского производства поступили на вооружение 73-го полка Сухопутных войск Индии летом 2009 года. В общей сложности Индия к 2020 году намерена довести число Т-90 в войсках до 2000 единиц. В 2008 году Министр обороны Индии Д. Сингх назвал Т-90 «вторым после ядерного оружия фактором сдерживания» в конфликте с Пакистаном.

Но вернемся в Россию. Здесь в 2004 году начался очередной этап в истории развития Т-90. После многолетнего перерыва Российское министерство обороны заказало «Уралвагонзаводу» 14 танков (как уже упоминалось выше, с 1998 года производство Т-90 для России не велось). Однако, судя по всему, российские военные из-за ограниченного финансирования настолько отвыкли заказывать вооружение и оторвались от реалий производства, что заказали «Объект 188» образца 1992 года, который, естественно, за прошедшие 12 лет уже существенно устарел и уступал даже экспортным Т-90С, поставлявшимся в Индию. Хотя Заказчика, в конце концов, убедили внести в конструкцию танка уже освоенные заводом изменения, но дело осложнилось тем, что они военным ведомством не заказывались, а следовательно, не испытывались и не принимались. Поэтому для «легализации» новых конструкторских решений пришлось получать от Заказчика технические задания на уже готовые узлы, согласовывать этапы проводимых опытно-конструкторских работ и т.д. и т.п. Модернизированный в 2004 году для Российской Армии танк получил внутризаводское обозначение «Объект 188А1» и имел целый ряд важных усовершенствований по сравнению с «Объектом 188» образца 1992 года,

В первую очередь, вместо 840-сильного двигателя В-84 был установлен 1000-сильный дизель В-92С2 (предусматривалась также возможность установки 1200-сильного дизеля В-99). Прежнюю литую башню заменили усиленной сварной с габаритом лобовых деталей до 950 мм, что значительно увеличило ее стойкость против БОПС/КС. Вооружили танк модернизированной 125-мм гладкоствольной пушкой 2А46М-5. Это орудие имело в два раза меньшую разнотолщинность дульной части трубы (0,4 мм вместо 0,8 мм), удлиненную на 160 мм горловину люльки с двумя люфтовыбирающими устройствами. Кроме того, обе направляющих люльки были выполнены по типу призмы. Все это позволило снизить среднее рассеивание снарядов на 15%. Заменили стабилизатор орудия, что вдвое повысило скорость наведения и улучшило точность стрельбы с хода. В качестве ночного прицела использовали тепловизор Т01-К05 «Буран-М». На основании анализа опыта боев в Чечне и в других региональных конфликтах был реализован комплекс мероприятий по усилению локальной защиты уязвимых к огню РПГ элементов танка, в частности улучшена защита топливных баков. Также установлен модернизированный комплекс оптико-электронного противодействия «Штора». В таком виде усовершенствованную машину е 2005 году приняли на вооружение под армейским наименованием Т-90А. В 2004 и 2005 годах военные заказали и получили 14 и 18 танков Т-90А (два из них с литой башней в командирском варианте). Большинство первых Т-90А поступало на вооружение 2-й Гвардейской мотострелковой Таманской ордена Октябрьской революции Краснознаменной ордена Суворова дивизии им. Калинина, дислоцирующейся под Москвой.

Начиная с 2006 года на все строившиеся Т-90А начали устанавливать более современный тепловизор второго поколения «Эсса» с матрицей «Catherine FC», интегрированный с основным прицелом и его дальномерным каналом, это позволило увеличить дальность ночного видения с 1800 до 4000 м. В 2006 и 2007 годах было выпущено по 31 танку, а в 2008 и 2009 годах объем производства вырос в два раза — в год строилось по 62 машины. Таким образом, с 2004 по 2009 годы включительно было выпущено 30 Т-90А (с «Буран-М»), 180 Т-90А (с «Эсса»), 2 командирских Т-90К (с «Буран-М») и шесть командирских Т-90АК (с «Эсса»), или всего — 218 танков. В 2010 году закупки были увеличены до 63 танков T-90A в год, но это был «последний рывок» — Министерство обороны России заявило, что с 2011 года оно прекращает закупки Т-90А для Российской Армии. Такое решение было в какой-то мере неожиданным, все-таки танк Т-90 имел в России хорошую репутацию, да и на мировом рынке к 2010 году он стал самым продаваемым из вновь строящихся танков — объем экспортных поставок Т-90С составил около 1000 шт.

Позицию военных пояснил занимавший тогда пост министра обороны России А.Сердюков, который сказал, что военные решили отказаться от закупки танков Т-90 из-за их дороговизны. К тому же, по мнению Сердюкова, в настоящее время армия не испытывает нехватки в тяжелой бронетехнике — в Вооруженных Сипах Российской Федерации имеется более 10 тысяч танков, и, по его словам, Минобороны больше не хочет закупать старые разработки. Здесь, необходимо уточнить, что на протяжении последних лет Минобороны России уже свернуло несколько танковых проектов. Так, весной 2010 года было объявлено о прекращении финансирования проекта УКБТМ по созданию новейшего российского танка Т-95, также по причине его дороговизны. Ранее были прекращены работы Омского конструкторского бюро транспортного машиностроения над танком «Черный орел» (модификация Т-80У). Пока Минобороны не отказывается лишь от одного танкового проекта — после резких заявлений в адрес танкостроителей ведомство объявило о создании принципиально нового танка на базе универсальной гусеничной платформы «Армата»,

Проект был официально утвержден в марте 2012 года. Его разработкой занимается УКБТМ. Принципиальным отличием «Арматы» от Т-90 должна стать так называемая лафетная компоновка — в башне разместится пушка с дистанционным управлением вместе с боезапасом. Экипаж будет располагаться в корпусе в бронекапсуле. Информацию об обстановке на поле боя танкисты будут получать с тепловизионных, телевизионных и лазерных датчиков на экране монитора. Ожидается, что поставка первых основных боевых танков на этой платформе в войска начнется в 2015 году. В перспективе новые «Арматы» должны заменить все Т-72 и Т-80. Но вернемся к Т-90. Действительно, его стоимость росла из года в год: в 2004 гаду она составляла 36 млн. руб., на конец 2006 года — 42 млн. руб., а на начало 2007 года — Т-90А («Объект 188А1») стоил 56 млн. руб. В 2010 году закупочная стоимость Т-90 по контрактам на поставку Вооруженным Силам Российской Федерации составляла 70 млн. рублей, А на 2011 год стоимость нового Т-90 заметно повысилась и достигла 118 млн. рублей. В течение 2011 года с критикой Т-90 выступили и другие высокопоставленные военные. В марте главком сухопутных войск генерал-полковник А. Постников заявил, что Т-90 не выдерживает конкуренции с техникой НАТО и Китая и при этом стоит так дорого, что вместо одной машины за 118 млн. рублей можно приобрести целых три более качественных немецких «Леопарда» (правда, Постников не уточнил, у кого именно он собирается купить три «Леопарда» за 118 млн. руб. так как в 2011 году средняя стоимость только одного «Леопарда» 2А6 составляла 6 млн. долл., или около 172 млн, рублей). Также, по его словам, Т-90 ничего нового собой не представляет и «на самом деле является 17-й модификацией советского Т-72, выпускавшегося с 1973 года». В сентябре глава Генштаба РФ генерал армии Н. Макаров со своей стороны обрушился на Т-90. Он заявил, что танк лишь частично отвечает требованиям, предъявляемым Минобороны, и имеет массу недостатков. По мнению генерала, по большому счету конструкторам удалась только башня (вероятно, имелась в виду башня Т-90МС).

Кроме финансовой и технической стороны, отказ от закупок Т-90, очевидно, был связан и с изменившимися взглядами на способы ведения вооруженной борьбы. Эволюция современного оружия привела к массовому использованию беспилотников, роботизированных боевых комплексов, «умных» ракет и т.п. Соответственно, в Российском Генштабе существует мнение, что время танков вообще прошло и что танковые соединения в структуре армии будущего бесперспективны, хотя и не все эксперты уверены, что войны совсем скоро станут «бесконтактными». Надо сказать, что дискуссия о месте и роли основных боевых танков в современных армиях ведется и в США. Ранее Соединенные Штаты планировали к 2030 году вообще отказаться от использования бронетанковых подразделений, перейдя сначала на боевые бригадные группы «Страйкер», а затем — к новой концепции «Боевые системы будущего». Исходя из того, что будущая армия США будет преимущественно иметь характер «экспедиционной», ряд американских военных полагают, что отпадет необходимость и в большом количестве тяжелой бронетехники.