Оружие Победы: реактивная система залпового огня «Катюша» (3 фото)

Осколки сотен мин, разогретых до 800 градусов, уничтожали всё вокруг. В результате территория площадью в 100 гектаров превращалась в выжженное поле, изрешечённое воронками от попадания снарядов. Спастись удавалось лишь тем гитлеровцам, кому в момент залпа посчастливилось оказаться в надёжно укреплённом блиндаже. Фашисты такое времяпрепровождение называли «концертом». Дело в том, что залпы «катюш» сопровождались страшным рёвом, за этот звук солдаты вермахта наградили реактивные миномёты ещё одним прозвищем — «сталинские орга’ны».

Рождение «катюши»

В СССР было принято говорить, что «катюшу» создал не какой-то отдельный конструктор, а советский народ. Над разработкой боевых машин действительно трудились лучшие умы страны. К созданию реактивных снарядов на бездымном порохе в 1921 году приступили сотрудники ленинградской Газодинамической лаборатории Н. Тихомиров и В. Артемьев. В 1922 году Артемьева обвинили в шпионаже и в следующем году отправили отбывать срок на Соловки, в 1925 году он вернулся обратно в лабораторию.

В 1937 году реактивные снаряды РС-82, которые разрабатывали Артемьев, Тихомиров и присоединившийся к ним Г. Лангемак, были приняты на вооружение Рабоче-Крестьянского Красного воздушного флота. В том же году в связи с делом Тухачевского все, кто работал над новыми видами вооружений, подверглись «чистке» со стороны органов НКВД. Лангемака арестовали как немецкого шпиона и в 1938 году расстреляли. Летом 1939 года разработанные при его участии авиационные реактивные снаряды были успешно применены в боях с японскими войсками на реке Халхин-Гол.

С 1939 по 1941 гг. сотрудники московского Реактивного научно-исследовательского института И. Гвай, Н. Галковский, А. Павленко, А. Попов работали над созданием самоходной многозарядной установки реактивного огня. 17 июня 1941 года она приняла участие в демонстрации новейших образцов артиллерийского вооружения. На испытаниях присутствовали нарком обороны Семён Тимошенко, его заместитель Григорий Кулик и начальник Генерального штаба Георгий Жуков.

Самоходные установки реактивного огня показывали последними, и сперва грузовики с закреплёнными сверху железными направляющими никакого впечатления на уставших представителей комиссии не произвели. Но сам залп запомнился им надолго: по свидетельствам очевидцев, военачальники, увидев поднявшийся столб пламени, на некоторое время впали в ступор. Первым в себя пришёл Тимошенко, он в резкой форме обратился к своему заму: «Почему о наличии такого оружия молчали и не докладывали?». Кулик пытался оправдаться тем, что эта артсистема просто до недавнего времени была не до конца доработана. 21 июня 1941 года, буквально за несколько часов до начала войны, Верховный Главнокомандующий Иосиф Сталин после осмотра реактивных миномётов принял решение о развёртывании их серийного производства.

Подвиг капитана Флёрова

Первым командиром первой батареи «катюш» стал капитан Иван Андреевич Флёров. Руководство страны выбрало Флёрова для испытания сверхсекретного оружия в том числе потому, что он отлично себя зарекомендовал во время советско-финской войны. В то время он командовал батареей 94-го гаубичного артиллерийского полка, огню которого удалось прорвать «линию Маннергейма*». За проявленный героизм в боях у озера Саунаярви Флёров был отмечен орденом Красной Звезды.

Полноценное боевое крещение «катюш» произошло 14 июля 1941 года. Машины реактивной артиллерии под руководством Флёрова произвели залпы по железнодорожной станции Орша, на которой было сосредоточено большое количество живой силы, техники и провианта противника. Вот что об этих залпах написал в своём дневнике начальник генерального штаба Вермахта Франц Гальдер: «14 июля под Оршей русские применили неизвестное до этого времени оружие. Огненный шквал снарядов сжёг железнодорожную станцию Орша, все эшелоны с личным составом и боевой техникой приехавших военных частей. Плавился металл, горела земля».

Адольф Гитлер встретил новость о появлении нового чудо-оружия русских очень болезненно. Шеф абвера** Вильгельм Франц Канарис получил от фюрера взбучку за то, что его ведомство ещё не выкрало чертежи реактивных установок. В результате на «катюши» была объявлена самая настоящая охота, к которой привлекли главного диверсанта Третьего Рейха Отто Скорцени.

Батарея Флёрова же тем временем продолжала громить врага. После Орши последовали успешные операции под Ельней и Рославлем. 7 октября Флёров и его «катюши» оказались в окружении в вяземском котле. Командир сделал всё, чтобы спасти батарею и прорваться к своим, но в итоге попал в засаду у деревни Богатырь. Оказавшись в безвыходном положении, Флёров*** и его бойцы приняли неравный бой. «Катюши» выпустили по врагу все снаряды, после чего Флёров совершил самоподрыв реактивной установки, примеру командира последовали остальные батарейцы. Взять пленных, равно как и получить «железный крест» за захват сверхсекретной техники, гитлеровцам в том бою не удалось.

Флёров был посмертно награждён орденом Отечественной войны 1-й степени. К 50-летию Победы командиру первой батареи «катюш» присвоено звание Героя России.

Катюша» против «ишака»

Вдоль линии фронтов Великой Отечественной войны «катюше» нередко приходилось обмениваться залпами с небельверфером (нем. Nebelwerfer — «туманомёт») — немецкой реактивной установкой. За характерный звук, который этот шестиствольный 150-миллиметровый миномёт издавал при стрельбе, советские солдаты прозвали его «ишаком». Впрочем, когда бойцы Красной армии отбивали вражескую технику, презрительная кличка забывалась — на службе нашей артиллерии трофей сразу же превращался в «ванюшу». Правда, нежных чувств к этому оружию советские солдаты не питали. Дело в том, что установка не являлась самоходной, 540-килограммовый реактивный миномёт приходилось буксировать. При стрельбе его снаряды оставляли в небе густой шлейф дыма, что демаскировало позиции артиллеристов, которых мог тут же накрыть огонь вражеских гаубиц.

Сконструировать свой аналог «катюши» лучшие конструкторы Третьего Рейха до конца войны так и не сумели. Немецкие разработки либо взрывались во время испытаний на полигоне, либо не отличались точностью стрельбы.

Почему систему залпового огня прозвали «катюшей»?

Солдаты на фронте любили давать имена оружию. Например, гаубицу М-30 называли «Матушкой», пушку-гаубицу МЛ-20 — «Емелькой». БМ-13 же поначалу иногда именовали «Раисой Сергеевной», так фронтовики расшифровали сокращение РС (реактивный снаряд). Кто и почему первым назвал реактивный миномёт «катюшей», доподлинно неизвестно. Наиболее распространённые версии связывают появление прозвища:

-c популярной в военные годы песней М. Блантера на слова М. Исаковского «Катюша»;
-с буквой «К», выбитой на раме установки. Таким образом свою продукцию маркировал завод имени Коминтерна;
-с именем возлюбленной одного из бойцов, которое он написал на своей БМ-13.