129k
10 лет назад · 14 фото · 9974 просмотров · 40 комментариев
МИФЫ И ПРАВДА. РАССЛЕДОВАНИЕ БЕЛОРУССКОГО ИСТОРИКА. (14 фото + 1 видео)
«Совместный "парад" в 1939 году в Бресте Красной Армии и вермахта» уже долгое время активно используется множеством прозападных СМИ, как одно из «доказательств» тождественности советского и нацистского режимов.
Первые попытки развенчать этот миф были сделаны историками Олегом Вишлёвым, Михаилом Мельтюховым, Александром Дюковым и другими.
Свою версию происходившего в 1939-м году предлагает Олег Тимашевич (Беларусь), изучивший как фотографии и киносвидетельства того времени, так и приводящий слова свидетелей «парада».
Итак, все по пунктам.
Немцы в результате успешных боевых операций к 14 сентября 1939 года сумели занять Брест, а через три дня уже были в Брестской крепости. Оккупацию города совершил 19-ый моторизованный корпус вермахта, командующим которого был генерал Гейнц Гудериан. 20 сентября 29-ая танковая бригада Семёна Кривошеева, размещавшаяся в Пружанах, получила приказ от командующего 4-й aрмии В. И. Чуйкова занять город и крепость. В этот же день разведка 29-ой танковой бригады встретилась с немецким корпусом и началось согласование деталей, касающихся передачи Бреста и Брестской крепости.
Переговоры велись и на следующий день, так как возник ряд вопросов: что делать с польскими припасами, как вывезти раненых и т.д. Гейнц Гудериан все это детально описывает в своих мемуарах, возмущаясь, что были поставлены такие короткие сроки сдачи населенного пункта и укреплений. Помимо этого в воспоминаниях и Гудериана, и Кривошеева упоминаются и переговоры касательно совместного парада. Кривошеин в своих воспоминаниях (Кривошеин С. М. «Междубурье» Воронеж: Центрально-Черноземное книжное издательство, 1964. – С. 250-262. – 15 000 экз.) утверждает, что Гудериан весьма настойчиво требовал проведения парада с традиционным и присущим каждому параду построением вооруженных сил Германии и СССР на площади, Кривошеев отказывался, ссылаясь на усталость (его бригада менее чем за сутки преодолела 120 км, хотя при их моторизации допустимо было 90 км), правда, предложив несколько иной вариант проведения торжественной передачи города.
В четыре часа дня части немецкого корпуса в походном марше проходят по городу и покидают его, а советские части также в походном режиме вступают в город, останавливаясь на улицах, где продвигаются немецкие вооруженные силы и салютуют им. Гудериан был удовлетворен предложенным вариантом, но потребовал присутствия Кривошеина на трибуне, чтобы приветствовать движущиеся полки.
В 10 часов утра 22 сентября немецкий флаг, который развивался над крепостью пять дней, под музыкальное сопровождение оркестра из Германии был торжественно спущен, после чего все силы 76-го пехотного полка вермахта ушли из Брестской крепости.
У нас есть возможность говорить об этом с полной уверенностью, так как имеется целый ряд сохранившихся подписанных фотографий из архивов этого самого пехотного полка № 76.
Немцы в результате успешных боевых операций к 14 сентября 1939 года сумели занять Брест, а через три дня уже были в Брестской крепости. Оккупацию города совершил 19-ый моторизованный корпус вермахта, командующим которого был генерал Гейнц Гудериан. 20 сентября 29-ая танковая бригада Семёна Кривошеева, размещавшаяся в Пружанах, получила приказ от командующего 4-й aрмии В. И. Чуйкова занять город и крепость. В этот же день разведка 29-ой танковой бригады встретилась с немецким корпусом и началось согласование деталей, касающихся передачи Бреста и Брестской крепости.
Переговоры велись и на следующий день, так как возник ряд вопросов: что делать с польскими припасами, как вывезти раненых и т.д. Гейнц Гудериан все это детально описывает в своих мемуарах, возмущаясь, что были поставлены такие короткие сроки сдачи населенного пункта и укреплений. Помимо этого в воспоминаниях и Гудериана, и Кривошеева упоминаются и переговоры касательно совместного парада. Кривошеин в своих воспоминаниях (Кривошеин С. М. «Междубурье» Воронеж: Центрально-Черноземное книжное издательство, 1964. – С. 250-262. – 15 000 экз.) утверждает, что Гудериан весьма настойчиво требовал проведения парада с традиционным и присущим каждому параду построением вооруженных сил Германии и СССР на площади, Кривошеев отказывался, ссылаясь на усталость (его бригада менее чем за сутки преодолела 120 км, хотя при их моторизации допустимо было 90 км), правда, предложив несколько иной вариант проведения торжественной передачи города.
В четыре часа дня части немецкого корпуса в походном марше проходят по городу и покидают его, а советские части также в походном режиме вступают в город, останавливаясь на улицах, где продвигаются немецкие вооруженные силы и салютуют им. Гудериан был удовлетворен предложенным вариантом, но потребовал присутствия Кривошеина на трибуне, чтобы приветствовать движущиеся полки.
В 10 часов утра 22 сентября немецкий флаг, который развивался над крепостью пять дней, под музыкальное сопровождение оркестра из Германии был торжественно спущен, после чего все силы 76-го пехотного полка вермахта ушли из Брестской крепости.
У нас есть возможность говорить об этом с полной уверенностью, так как имеется целый ряд сохранившихся подписанных фотографий из архивов этого самого пехотного полка № 76.
Процесс передачи крепости прошел с высоким уровнем организации и без всяких нестыковок. На демонстрируемой чуть выше фотографии запечатлен один из множества эпизодов этого мероприятия. Напротив советского офицера находится подполковник Леммель, который на тот момент командовал вторым батальоном 76-го полка. Тот самый Ганс Георг Леммель, который 10 июня 1941 года будет назначен командиром этого полка, а уже 17 июля этого же года будет убит в бою, напав на тех, с кем он на фотографии весь вежлив и учтив…
Видно, что перед трибуной двигаются немецкие части, там же видно Кривошеина и Гудериана, приветствующих проходящие части. Также видно, что достаточно много советских солдат находятся на обочине и двигающиеся по улице советские танки Т-26. Видны немецкие грузовики и артиллерия, которые проезжают мимо трибуны, с которой им салютуют Кривошеин и Гудериан, но при этом нет ни одного кадра, где на фоне трибуны с командующими был бы хоть один советский танк. Это уже наводит на определенные мысли, но, как говорится, рано еще делать выводы. Поэтому перейдем к рассмотрению нескольких фотографий.
На одной из них запечатлен советский танк Т-26 и группа германских мотоциклистов, а также стоящие у тротуара немецкие грузовые машины. При этом тень от танка падает в сторону мотоциклистов.
На одной из них запечатлен советский танк Т-26 и группа германских мотоциклистов, а также стоящие у тротуара немецкие грузовые машины. При этом тень от танка падает в сторону мотоциклистов.
Советский танк двигается мимо того самого места, где в киноленте располагалась трибуна, но ее там еще нет. Если посмотреть внимательно, то можно увидеть — на флагштоке, который размещается прямо за трибуной на видеоматериале, висит немецкий флаг. А на другой фотографии, которая делалась в тот же день, запечатлен процесс снятия флага. И именно снятия, а не подъема, так как подниматься он мог с 14 по 17 сентября, но никак не позже.
Кривошеин же в это время находился вместе со своей бригадой на марше по направлению к Барановичам и потому ну никак не мог присутствовать при его подъеме, что дает все основания утверждать, что флаг именно снимается.
На втором снимке можно наблюдать процесс снятия флага Германии, в тот момент, когда командующие приветствуют части, стоя на трибуне.
Кинохроника же демонстрирует то, что в момент марша воинских частей стоит трибуна, и флаг еще поднят.
То есть, вторая фотография сделана после мероприятия. Первый же снимок, где запечатлены немецкие мотоциклисты и советский танк, показывает поднятый флаг и отсутствие трибуны, на которой разместятся командиры во время мероприятия.
Получается, что фотография с Т-26 и мотоциклистами делалась до торжественного марша. Кривошеин в своих воспоминаниях пишет, что 29-я танковая бригада вошла в Брест в три часа дня, а движение вооруженных сил стартовало в четыре часа. Несложно догадаться, что фото делалось в промежутке между тремя и четырьмя часами дня.
Где-то в это же время была сделана и следующая фотография, где можно уже увидеть целую колонну советских танков, при этом мотоциклисты и грузовики находятся на прежних местах. И опять же, трибуны до сих пор нет никакой, а в месте, где она будет размещена, находятся какие-то зеваки и, если судить по позе, то еще кто-то из фотографов.
Также интересен момент, касающийся того, что на обоих снимках грузовики стоят в непосредственной близости от флагштока, а в киноленте грузовики отсутствуют.
Точнее, там видна немецкая артиллерия, которая проходит мимо грузовиков, что несколько удалены и находятся около овальной дорожки, огибающей площадку с флагштоком, и упирающуюся в проезжую часть улицы. Следующая фотография это отчетливо демонстрирует.
И видно что на ней тень падает в сторону трибуны.
На втором снимке можно наблюдать процесс снятия флага Германии, в тот момент, когда командующие приветствуют части, стоя на трибуне.
Кинохроника же демонстрирует то, что в момент марша воинских частей стоит трибуна, и флаг еще поднят.
То есть, вторая фотография сделана после мероприятия. Первый же снимок, где запечатлены немецкие мотоциклисты и советский танк, показывает поднятый флаг и отсутствие трибуны, на которой разместятся командиры во время мероприятия.
Получается, что фотография с Т-26 и мотоциклистами делалась до торжественного марша. Кривошеин в своих воспоминаниях пишет, что 29-я танковая бригада вошла в Брест в три часа дня, а движение вооруженных сил стартовало в четыре часа. Несложно догадаться, что фото делалось в промежутке между тремя и четырьмя часами дня.
Где-то в это же время была сделана и следующая фотография, где можно уже увидеть целую колонну советских танков, при этом мотоциклисты и грузовики находятся на прежних местах. И опять же, трибуны до сих пор нет никакой, а в месте, где она будет размещена, находятся какие-то зеваки и, если судить по позе, то еще кто-то из фотографов.
Также интересен момент, касающийся того, что на обоих снимках грузовики стоят в непосредственной близости от флагштока, а в киноленте грузовики отсутствуют.
Точнее, там видна немецкая артиллерия, которая проходит мимо грузовиков, что несколько удалены и находятся около овальной дорожки, огибающей площадку с флагштоком, и упирающуюся в проезжую часть улицы. Следующая фотография это отчетливо демонстрирует.
И видно что на ней тень падает в сторону трибуны.
Если обратить внимание на некоторые детали, то станет видно, что грузовики в киноленте есть только тогда, когда проходят немецкие части.
Ни один кадр не запечатлел советские войска, двигающиеся на фоне грузовиков, стоящих на обочине.
Также любопытен тот факт, что советские танкисты, которые должны проезжать мимо трибуны с командирами, по каким-то причинам отворачиваются от них и приветствуют скопившихся людей, которые находятся на противоположной от трибуны стороне.
Самый же последний кадр кинохроники тоже представляет интерес (после демонстрации приветствия Гудериана), так как съемка двигающегося советского танка ведется из такой точки (можно разглядеть это место на первой фотографии, оно находится у дальнего столба по правой стороне, рядом с кустом), как будто он хотел не допустить, чтобы в кадр не попали также и трибуны – площадка с флагштоком находится за его спиной, причем на большом удалении и по правой стороне. Это удивительно, ведь он бы сделал существенно более эффектный кадр, так как советский танк оказался бы на фоне трибуны с командующими парадом. Для этого ему необходимо было передвинуться ближе всего на пятьдесят метров, туда, где делались фотографии с мотоциклистами.
Подводя итоги, можно смело утверждать, что киносюжет из «Wochenschau» о «совместном параде» в Бресте не должен вводить никого в заблуждение, так как очевидно, что киноряд не является единым.
Все кадры, демонстрирующие советские вооруженные силы, и подающиеся так, как будто снимались непосредственно во время торжественного марша мимо трибуны с Гудерианом и Кривошеиным, судя по всему, были сняты действительно 22 сентября, но либо в другое время суток, либо вообще на других улицах. Несмотря на высокий уровень монтажа, особенно с учетом того времени, все вышеперечисленное служить доказательством «совместного парада» никак не может.
Нет ни одной фотографии прохода немцев мимо этой телеги с сеном.
Ни один кадр не запечатлел советские войска, двигающиеся на фоне грузовиков, стоящих на обочине.
Также любопытен тот факт, что советские танкисты, которые должны проезжать мимо трибуны с командирами, по каким-то причинам отворачиваются от них и приветствуют скопившихся людей, которые находятся на противоположной от трибуны стороне.
Самый же последний кадр кинохроники тоже представляет интерес (после демонстрации приветствия Гудериана), так как съемка двигающегося советского танка ведется из такой точки (можно разглядеть это место на первой фотографии, оно находится у дальнего столба по правой стороне, рядом с кустом), как будто он хотел не допустить, чтобы в кадр не попали также и трибуны – площадка с флагштоком находится за его спиной, причем на большом удалении и по правой стороне. Это удивительно, ведь он бы сделал существенно более эффектный кадр, так как советский танк оказался бы на фоне трибуны с командующими парадом. Для этого ему необходимо было передвинуться ближе всего на пятьдесят метров, туда, где делались фотографии с мотоциклистами.
Подводя итоги, можно смело утверждать, что киносюжет из «Wochenschau» о «совместном параде» в Бресте не должен вводить никого в заблуждение, так как очевидно, что киноряд не является единым.
Все кадры, демонстрирующие советские вооруженные силы, и подающиеся так, как будто снимались непосредственно во время торжественного марша мимо трибуны с Гудерианом и Кривошеиным, судя по всему, были сняты действительно 22 сентября, но либо в другое время суток, либо вообще на других улицах. Несмотря на высокий уровень монтажа, особенно с учетом того времени, все вышеперечисленное служить доказательством «совместного парада» никак не может.
Нет ни одной фотографии прохода немцев мимо этой телеги с сеном.
Видеосюжет из «Wochenschau» создавался, понятно, что не для советского народа, а для успокоения немцев касательно военных действий на два фронта и для того, чтобы попытаться оказать воздействие на правительство Англии и Франции.
Стоит обратить внимание, что немецкие пропагандисты оказались здесь явно неслучайно, так как настолько сильный сюжет у них не получилось бы сделать нигде в другом месте.
Также стоит отметить, что есть советско-германский протокол «О порядке отвода германских войск и продвижения советских войск на демаркационную линию в Польше», который датируется 21 сентября 1939 года. Там вполне отчетливо утверждается, что движение вооруженных сил надо организовать так, чтобы соблюдалась дистанция между передовой частью колонны Красной Армии и хвостом колонны армии Германии, не менее чем 25 км. Также в этом документе указывается, что войска СССР должны начать движение на рассвете 23 сентября, а немцы должны покинуть город 22 сентября.
Получается, что начало движения 29-ой танковой бригады в город Брест одновременно с началом процесса вывода немецких войск объясняется тем, что приказ не был доставлен Кривошееву, либо он по каким-то причинам его не исполнил.
Видны машины с гражданскими которые подъехали в момент прохождения немцев.
Стоит обратить внимание, что немецкие пропагандисты оказались здесь явно неслучайно, так как настолько сильный сюжет у них не получилось бы сделать нигде в другом месте.
Также стоит отметить, что есть советско-германский протокол «О порядке отвода германских войск и продвижения советских войск на демаркационную линию в Польше», который датируется 21 сентября 1939 года. Там вполне отчетливо утверждается, что движение вооруженных сил надо организовать так, чтобы соблюдалась дистанция между передовой частью колонны Красной Армии и хвостом колонны армии Германии, не менее чем 25 км. Также в этом документе указывается, что войска СССР должны начать движение на рассвете 23 сентября, а немцы должны покинуть город 22 сентября.
Получается, что начало движения 29-ой танковой бригады в город Брест одновременно с началом процесса вывода немецких войск объясняется тем, что приказ не был доставлен Кривошееву, либо он по каким-то причинам его не исполнил.
Видны машины с гражданскими которые подъехали в момент прохождения немцев.
Также интересны будут показания очевидцев того «совместного парада»:
Светозар Николаевич СИНКЕВИЧ (1924 г. р.):
«На Шоссейной улице показались первые советские танки. С чувством величайшего любопытства и совершенно ошеломленный, я побежал смотреть.
Ведь это наши, русские! На небольших грузовых машинах сидели солдаты в странных остроконечных шлемах. Поперек грузовика были положены сосновые доски, служившие сиденьем для бойцов, как тогда называли солдат. Лица у них были серые, небритые, шинели и короткие ватные куртки как будто с чужого плеча, голенища сапог из материала вроде брезента.
Я подошел к одной из машин и попробовал поговорить с солдатами. Однако все находившиеся там молча глядели в сторону. Наконец один из них в форменной фуражке со звездой на рукаве заявил, что партия и правительство по просьбе местного населения прислали Красную армию, чтобы освободить нас от польских панов и капиталистов.
Я был очень удивлен убогим видом и странной необщительностью соплеменников… В это время меня подозвал другой военный и спросил, правильная ли это дорога к крепости. Дорога была одна: еще километра два вперед, – и колонна медленно двинулась дальше.
Потом я был свидетелем передачи Бреста немецкими военными властями.
У здания бывшего воеводского управления стояли ряды германских солдат и военный оркестр. На флагштоке развевался флаг со свастикой. Невдалеке от флагштока стояли какие-то люди в кепках, несколько военных и толпа зевак. После того как сыграли немецкий гимн, флаг со свастикой спустили. Сборный оркестр нестройно сыграл «Интернационал», и кто-то из группы незнакомых мне людей стал поднимать красный флаг с серпом и молотом.
После этого немцы быстро покинули город».
Из этого свидетельства видно, что свидетель не употребил ни разу слово «парад», а также точно утверждено, что после немецкого гимна был снят немецкий флаг и, после советского «интернационала» поднят советский, после чего германская армия моментально ушла из города.
Советские танкисты приветствующие жителей Бреста... На том самом месте где стоял Гудариан. И тени от техники опять падают от флагштока.
Светозар Николаевич СИНКЕВИЧ (1924 г. р.):
«На Шоссейной улице показались первые советские танки. С чувством величайшего любопытства и совершенно ошеломленный, я побежал смотреть.
Ведь это наши, русские! На небольших грузовых машинах сидели солдаты в странных остроконечных шлемах. Поперек грузовика были положены сосновые доски, служившие сиденьем для бойцов, как тогда называли солдат. Лица у них были серые, небритые, шинели и короткие ватные куртки как будто с чужого плеча, голенища сапог из материала вроде брезента.
Я подошел к одной из машин и попробовал поговорить с солдатами. Однако все находившиеся там молча глядели в сторону. Наконец один из них в форменной фуражке со звездой на рукаве заявил, что партия и правительство по просьбе местного населения прислали Красную армию, чтобы освободить нас от польских панов и капиталистов.
Я был очень удивлен убогим видом и странной необщительностью соплеменников… В это время меня подозвал другой военный и спросил, правильная ли это дорога к крепости. Дорога была одна: еще километра два вперед, – и колонна медленно двинулась дальше.
Потом я был свидетелем передачи Бреста немецкими военными властями.
У здания бывшего воеводского управления стояли ряды германских солдат и военный оркестр. На флагштоке развевался флаг со свастикой. Невдалеке от флагштока стояли какие-то люди в кепках, несколько военных и толпа зевак. После того как сыграли немецкий гимн, флаг со свастикой спустили. Сборный оркестр нестройно сыграл «Интернационал», и кто-то из группы незнакомых мне людей стал поднимать красный флаг с серпом и молотом.
После этого немцы быстро покинули город».
Из этого свидетельства видно, что свидетель не употребил ни разу слово «парад», а также точно утверждено, что после немецкого гимна был снят немецкий флаг и, после советского «интернационала» поднят советский, после чего германская армия моментально ушла из города.
Советские танкисты приветствующие жителей Бреста... На том самом месте где стоял Гудариан. И тени от техники опять падают от флагштока.
Петр Онуфриевич КОЗИК (1928 г. р.):
«22 сентября 1939 года отец повел меня на площадь. По городу только и разговоровбыло, что о приближении русских. По дороге со Шпитальной (Интернациональной) в сторону Унии Любельской (нынешняя ул. Ленина – прим.) повернул оркестр из местных – судя по красным повязкам с серпом и молотом, членов КПЗБ. А по Ягеллонской (Машерова) шла танковая колонна русских. Башни танков имели с боков приваренную длинную скобу, чтобы держаться десанту.
Солдатики-пехотинцы всё какие-то заморенные. Помню, как они курили. Достанет боец мешочек с табаком, из обрывка газеты смастерит самокрутку, долго высекает искру кресивом о кусок напильника, раздует фитилек, прикурит… А у немца хитрый портсигар: заложит бумажку, крутнет – и готово.
Колонна вермахта уже стояла наизготовку. Перед воеводством, теперешним облисполкомом, – небольшой деревянный помост (трибуна) и флагшток с германским флагом.
Русские повернули с Ягеллонской на Унии и остановились. Немецкий чин в шинели с красной генеральской подкладкой и русский комбриг пожали руки.
Прошли подразделения, два командира сказали речи.
Потом опустили немецкий флаг, подняли советский.
Последняя немецкая колонна, печатая шаг, двинула в сторону Граевского моста, повернула влево на Каштановую (Героев Обороны), в сторону крепости, а дальше за Буг. КПЗБовцы стали выкрикивать: «Да здравствует советская власть!»
В этих показаниях свидетель тоже не употребляет слово «парад», а также видно, что советские танки входили в город в тот момент, когда вермахтовцы уже стояли наизготовку. При этом ни первый, ни второй свидетель не упоминают ни о каком прохождении советской армии мимо трибуны с Гудерианом и Кривошеиным.
«22 сентября 1939 года отец повел меня на площадь. По городу только и разговоровбыло, что о приближении русских. По дороге со Шпитальной (Интернациональной) в сторону Унии Любельской (нынешняя ул. Ленина – прим.) повернул оркестр из местных – судя по красным повязкам с серпом и молотом, членов КПЗБ. А по Ягеллонской (Машерова) шла танковая колонна русских. Башни танков имели с боков приваренную длинную скобу, чтобы держаться десанту.
Солдатики-пехотинцы всё какие-то заморенные. Помню, как они курили. Достанет боец мешочек с табаком, из обрывка газеты смастерит самокрутку, долго высекает искру кресивом о кусок напильника, раздует фитилек, прикурит… А у немца хитрый портсигар: заложит бумажку, крутнет – и готово.
Колонна вермахта уже стояла наизготовку. Перед воеводством, теперешним облисполкомом, – небольшой деревянный помост (трибуна) и флагшток с германским флагом.
Русские повернули с Ягеллонской на Унии и остановились. Немецкий чин в шинели с красной генеральской подкладкой и русский комбриг пожали руки.
Прошли подразделения, два командира сказали речи.
Потом опустили немецкий флаг, подняли советский.
Последняя немецкая колонна, печатая шаг, двинула в сторону Граевского моста, повернула влево на Каштановую (Героев Обороны), в сторону крепости, а дальше за Буг. КПЗБовцы стали выкрикивать: «Да здравствует советская власть!»
В этих показаниях свидетель тоже не употребляет слово «парад», а также видно, что советские танки входили в город в тот момент, когда вермахтовцы уже стояли наизготовку. При этом ни первый, ни второй свидетель не упоминают ни о каком прохождении советской армии мимо трибуны с Гудерианом и Кривошеиным.
Еще одно доказательство того, что никакого парада не было – «Договоренность с советскими офицерами о передаче Брест-Литовска». Подробно останавливаться на этом документе не стоит, так как он и без этого весьма известен. Сделаем акцент только на самом важном для нас моменте, который переведем с немецкого.
«14:00 Начало прохождения торжественным маршем русских и немецких войск перед командующими с обеих сторон со сменой флага в заключении. Во время смены флага играет музыка национальных гимнов».
Перевод немецкого слова Vorbeimarsch – “прохождение в строю торжественным маршем (мимо чего-л.); прохождение торжественным маршем”. Обычный on-line переводчик дает «Прохождение маршем». Слово “парад” в немецком языке другое – Truppenparade или просто Parade», и этого слова в документе нет. А на «нет», как говорится, «и суда нет».
Можно привести и целый ряд косвенных доказательств, типа общего состояния советских войск на тот момент. Танки Кривошеина вошли в Брест прямо с марша и, естественно, были не готовы участвовать в торжественном прохождении.
«14:00 Начало прохождения торжественным маршем русских и немецких войск перед командующими с обеих сторон со сменой флага в заключении. Во время смены флага играет музыка национальных гимнов».
Перевод немецкого слова Vorbeimarsch – “прохождение в строю торжественным маршем (мимо чего-л.); прохождение торжественным маршем”. Обычный on-line переводчик дает «Прохождение маршем». Слово “парад” в немецком языке другое – Truppenparade или просто Parade», и этого слова в документе нет. А на «нет», как говорится, «и суда нет».
Можно привести и целый ряд косвенных доказательств, типа общего состояния советских войск на тот момент. Танки Кривошеина вошли в Брест прямо с марша и, естественно, были не готовы участвовать в торжественном прохождении.
Можно привести в доказательство еще и польские источники, в которых описывается передача города, но никак не парад.
Однако на фоне всего вышесказанного – думается, это уже не имеет никакого значения.
Однако на фоне всего вышесказанного – думается, это уже не имеет никакого значения.
Нравится кому или нет, был парад такой или другой, но факт остаётся фактом - Гитлер и Сталин были в тот момент заодно, и разделили побеждённую Польшу, оттяпав каждый по жирному куску.
1. 28 декабря 1938 года В беседе советника посольства Германии в Польше Рудольфа фон Шелии с только что назначенным посланником Польши в Иране Я.Каршо-Седлевским, последний заявляет: "Политическая перспектива для европейского Востока ясна. Через несколько лет Германия будет воевать с Советским Союзом, а Польша поддержит, добровольно или вынужденно, в этой войне Германию. Для Польши лучше до конфликта совершенно определённо стать на сторону Германии, так как территориальные интересы Польши на западе и политические цели Польши на востоке, прежде всего на Украине, могут быть обеспечены лишь путем заранее достигнутого польско-германского соглашения
2. Декабрь 1938. Из доклада 2-го отдела (разведывательный отдел) главного штаба Войска Польского : "Расчленение России лежит в основе польской политики на Востоке... Поэтому наша возможная позиция будет сводиться к следующей формуле: кто будет принимать участие в разделе. Польша не должна остаться пассивной в этот замечательный исторический момент. Задача состоит в том, чтобы заблаговременно хорошо подготовиться физически и духовно... Главная цель - ослабление и разгром России". (см. Z dziejow stosunkow polsko-radzieckich. Studia i materialy. T. III. Warszawa, 1968, str. 262, 287.)
3.4 марта 1939 года. Польское командование после длительных экономических, политических и оперативных исследований закончило разработку плана войны против СССР. "Восток" ("Всхуд".(см. Centralne Archiwum Ministerstwa Spraw Wewnetrznych, R-16/1).
Источник: http://fishki.net/profile/1048097/comments/http://fishki.net/profile/1048097/comments/ © Fishki.net
http://fishki.net/anti/1954161-polsha-zhertva-ili-posobnik-gitlera.html?mode=profile:1048097:commentshttp://fishki.net/anti/1954161-polsha-zhertva-ili-posobnik-gitlera.html?mode=profile:1048097:comments
медицина тут бессильна
"Свою версию происходившего в 1939-м году предлагает Олег Тимашевич (Беларусь), изучивший как фотографии и киносвидетельства того времени"
Ну всё, теперь то уж все понятно, посмотрел фотки и кинопленки и вещает миру правду, ай да какой умный дядька
Ну а ты ничего не изучал, просто сразу на слово веришь доктору Гебельсу.
А вот с мразотой общаться не приятно, но приходиться.
умоляю тебя, только не мни себя экспертом, твои коменты говорят об обратном, серьезный ты какой упырёк
А зачем мне гуано мять? Твои коменты тоже о тебе многое говорят. Всё твоё нутро открывают.
ну даже если и был парад. и чо? хохлоголовые утырки носятся с ним как дурак с писаной торбой. а ваши деды на веревках болтались по площадям да вдоль дорог за предательство, пособничество и зверства. ничего не екает?
ещё одна версия.может подождать пока истину нароют.
Да по той же причине, по которой вы, голубчик, проигнорировали британские колониальные войска, Роял Нэви и RAF :)
Петухов, тебе по буквам повторить? Немцам версальским договором было запрещено не лётчиков учить, а истребители делать. Вот этим они занимались тайно, а испытывали у нас.
Не смеши мои тапки пендос.
22 июня 1941 года немецкие ВВС потеряли до 300 самолетов и около 50 были сбиты средствами наземной ПВО.И к ноябрю 1941 года были убиты 1 000 000 фашистских солдат и офицеров.
ОДНУ ШЕСТУЮ ЧАСТЬ того, что сбили саксы "за несколько месяцев 1940 года" - ЗА ОДИН ДЕНЬ ВОЙНЫ!
maxpark. com/community/13/content/3432598
В Каче? Учились немцы? Может брехать не будем? Где Кача, а где Липецк. И цифирке по общему числу немецких курсантов не приведёте?
опусти своё рыло в корыто , похлебай помоев и спи спокойно
медицина тут бессильна, усыпить как бешенного пса
надо просто не обращать внимание на этого глупыша и не вступать с ним в диалоги!
Да ладно, какой там "пёс"? Не обижай приличную животную сравнением со злопахучей сипиз.дявкой! :)