Снайпер Нина Петрова

Продолжая рассказывать о женщинах-снайперах, бившихся с фашистами, не могу не поклониться Нине Павловне Петровой. И дело даже не в том, что в Великую Отечественную войну она стала одним из лучших снайперов нашей армии, полным кавалером Ордена Славы. А в том, что каждый поступок Нины Павловны — сам по себе подвиг.

Она ушла на фронт взрослой женщиной солидного возраста — в 48 лет. Так устроено природой, что в эти годы силы у человека уже не те, накоплена усталость. Учиться чему-то новому трудно вдвойне. Но вот решила Нина Павловна, уроженка города Ломоносова Ленинградской области (тогда - Ораниенбаума), биться с фашистами. Ничто её не удержало. И билась — так, что выдержке, выносливости, мужеству, терпению удивлялись все. Она не отставала от молодых, а, напротив, фору им давала.

Быть может, разгадка этого кроется в том, что с раннего детства Нина Павловна привыкла к неустанному труду? Она выросла в многодетной семье, где все братья и сёстры искренне и с любовью заботились друг о друге. Ещё когда Нина Павловна была просто девочкой Ниной, семья переехала в Ленинград, который стал для них родным на всю жизнь. Отец рано умер, пятеро детей остались сиротами.

А может быть, в том, что Нина Павловна никогда не боялась учиться? Она освоила много профессий, и каждую — хорошо. Чтобы помогать матери, Нина уехала во Владивосток, к родственникам, там поступила в училище и одновременно на работу счетоводом. Почти всю зарплату высылала домой. Трудилась машинисткой на судостроительном заводе в Ревеле, библиотекарем на Свистрое, бухгалтером — в Гдове. А в 1927 году, уже имея десятилетнюю дочь, вернулась в Ленинград.

Или дело в серьёзном увлечении спортом? Может быть, и так. Нина Павловна отлично плавала, играла в баскетбол, каталась на велосипеде, занималась верховой ездой и греблей. Она окончила курсы и начала работать преподавателем физкультуры. В 43 года стала капитаном женской команды Ленинграда по хоккею с мячом (и была ею два года), а годом раньше победила в лыжной спартакиаде. Примерно за десять лет до начала войны будущий снайпер занялась пулевой стрельбой, записавшись сначала в стрелковый кружок. Правда, на с первых дней винтовка стала слушаться Нину Павловну. Большую роль сыграл руководитель кружка, который помогал советом и делом.

Она окончила снайперскую школу, начала работать инструктором по пулевой стрельбе. И только за один 1936 год выпустила более ста ворошиловских стрелков! Была у Нины Павловны именная наградная винтовка. А кубков, медалей и значков — более семидесяти.

Началась советско-финская война. Нине Павловне в то время было 46 лет, в военкоматах она слышала только отказы. Однако у неё имелся хороший опыт сестринского дела — и Петрова добилась того, что её взяли в реабилитационный госпиталь. Здесь она не просто выполняла свои обязанности медицинского работника, а без каких-либо натяжек заменяла бойцам мать (её, кстати, так и называли до конца жизни). Нина Павловна без устали находилась на своём посту — складывалось впечатление, что она вообще никогда не спит. Читала бойцам книги, стирала бельё, причёсывала их и брила.

В начале Великой Отечественной войны Петрову взяли в медсанбат. Но уже в ноябре 1941 года она перевелась в стрелковый батальон Тартуской дивизии. Вместе с этой дивизией Нина Павловна защищала родной Ленинград и прошагала впоследствии половину Европы. И, как в мирной жизни, в батальоне выполняла не одно, а сразу несколько дел: обучала солдат, вела свой личный счёт убитых фашистов, выходила в разведку, выполняла обязанности медсестры. И опять-таки заменила бойцам мать: стирала для них, штопала, пришивала воротнички.

Казалось, удача берегла Нину Павловну. Однажды немецкий снайпер взял её на прицел и выстрелил, но, к частью, только прострелил шапку и опалил волосы.
- Снайпер-то, видать, юнец, - сказала тогда Петрова. - Его пуля закрутилась в моих волосах.

Так же, полушутя, она в письме сообщила о происшедшем своей дочери Ксении. В своих весточках она вообще предпочитала лёгкий тон. Забегая вперёд, приведу несколько строк из письма, написанного несколькими годами позже: «Сидим мы со старшим лейтенантом артиллерии на крылечке, немец бьёт из орудий, снаряды ложатся далеко за домом. Он говорит: «Четвёртый год воюю и ещё не был даже ранен». Я ему отвечаю: «Четвёртый год и я на войне, тоже не ранена, несмотря на то, что всё время на передовой». Его вызвал командир. Через минуту разорвался вражеский снаряд. Двух человек убило, нескольких ранило. Старший лейтенант артиллерии ранен в руки и ноги, в меня поцарапало, оглушило, получилась общая контузия, отчего и болит спина. Вот и похвасталась...»

А вот другое её письмо. Тон его иной, но из каждой строчки очень хорошо понятно, что удача долгое время берегла Нину Павловну: «Сидела я на нп, наблюдала, замёрзла, пошла погреться. Моё место заняли лейтенант и сержант. Но сразу же после моего ухода ранило их осколками вражеского снаряда. Наутро опять сидела на нп. Ушла завтракать. Возвращаюсь на нп — а он разбит прямым попаданием...»

За военные годы Нина Павловна подготовила 512 снайперов! Учитель из неё получился очень терпеливый. Часто она просто поражала своих учеников мастерством. Так, однажды на занятии дала задание: найти и обезвредить замаскированного снайпера (её). На поиск — 20 минут. Если бойцы не обнаружат Нину Павловну, должны надеть шапку на палку и поднять над головой.

Никто не смог заметить учителя, палку пришлось поднять. И тогда Нина Павловна поднялась буквально в нескольких шагах от солдат — вся вымокшая, грязная:
- Эх, сынки, чем же вы смотрели? Значит, плохо я вас учу...

Или такой случай. Лучший ученик героини, Георгий Даудов (кстати, поначалу он тоже ходил в отстающих), пожалуй, чаще всего ходил с ней «на охоту». Однажды они выследили двух немцев, которые тащили в разбитому доту бревно. Петрова спросила:
- Георгий, как ты считаешь, кого надо снять сначала?
- Первого, - ответил боец.
- Нет. Тогда тот, что идёт сзади, сразу поймёт, что работает снайпер, и прыгнет в окоп. Давай снимем заднего, тогда первый сгоряча решит, что тот споткнулся, а мы получим лишние секунды. Запомни: хороший спортсмен реагирует на опасность на 2 секунды раньше, чем нетренированный человек. А за 2 секунды можно многое сделать: нырнуть в укрытие, спустить курок, ударить штыком...»

Среди учеников Нины Павловны был солдат по фамилии Нурлумбеков. Он очень плохо говорил по-русски. Много сил и времени потратила Петрова, чтобы боец научился говорить. И ещё больше — чтобы он, совершенно не верящий в свои силы, научился отлично стрелять. Однажды даже пошла на хитрость: во время учений, стоя чуть позади Нурлумбекова, сама сделала выстрел. Когда стали осматривать мишени — все очень хвалили новичка. А сам он, окрылённый удачей, поверил в себя. И действительно стал хорошим снайпером.

Никогда, даже в самые опасные минуты, Нина Павловна не теряла хладнокровия. Так, зимой 1944 года полк, в котором служила снайпер, стоял в районе села Зарудины Ленинградской области. Это село оккупировали немцы, предстояло выбить врага, однако настоящий бой никак не завязывался. И тут Нина Павловна заметила немецкого связиста, который пытался починить телефонную линию.

Вот оно что: фашисты тянут время, чтобы вызвать подкрепление... Петрова выстрелила — связист упал. Но почти сразу подоспел второй — и этого сразила снайперская пуля. А затем и третьего. Фашистам удалось обнаружить советского снайпера, но Нина Павловна, воспользовавшись сильной позёмкой, вовремя переменила свои позиции и снова открыла огонь по связистам. Бой был развязан, а село освобождено.

В том же, 1944-м, году Нина Павловна получила два Ордена Славы — III и II степеней. Вот воспоминания генерала Ивана Федюнинского, который подписывал наградные документы: «Как-то после боёв под немецким Эльбингом я подписывал представления к правительственным наградам. Внимание моё привлёк наградной лист, заполненный на снайпера старшину Петрову, которая представлялась к Ордену Славы I степени. В наградном листе указывалось, что Петровой 52 года. Я не хотел верить глазам: неужели ей больше пятидесяти?

Спрашиваю начальника штаба: «Может быть, машинистка допустила опечатку?» Нет, ошибки не было... К вечеру Петрова прибыла. Она оказалась худенькой, седой, но ещё крепкой с виду женщиной, с простым, морщинистым лицом. Солдатскую гимнастёрку украшали два ордена Красного Знамени, орден Отечественной войны и два ордена Славы... Оказалось, сама она всё время на передовой, но ни разу не была ранена...

Нине Павловне выдали снайперскую винтовку с оптическим прицелом. На прикладе укрепили золочёную пластинку с надписью: «Старшине Петровой от командующего армией». Кроме того, я наградил отважную патриотку часами... И уже в боях на электростанцию в Данциге новой винтовкой снайпер Петрова заставила умолкнуть несколько вражеских пулемётных расчётов...»

С наградными часами чуть не вышла оказия: спустя неделю после вручения, после бомбёжки, стоя около разрушенного блиндажа, Нина Павловна обнаружила, что часов на руке нет. Очень огорчилась. На поиски бросились почти практически все её ученики. Искали дотемна — и нашли!

Есть в боевой биографии Нины Павловны и ещё один факт, который трудно себе даже представить. Она в одиночку обезоружила и буквально на себе притащила в штаб трёх фашистов! Вот как она описала это в письме домой: «...Вчера я подняла солдат в атаку. Они меня все уважают и поднялись, как один, пошли в наступление. И немец не выдержал, решил, видно, что целый полк на него наступает. Тут уж мы их здорово били. Я чуть отстала, смотрю — три фрица, целёхонькие. Я винтовку на них: «Хенде хох!» Обыскала их и повела в комбату. Да двое то ли от усталости, то ли от страха идти уже почти не могли. Первого взял на плечи пленный фашист, а второго несла я. Иногда мы менялись. Они и пикнуть не смели...»

Весной 1945 года Нину Павловну, на личном счету которой было уже сто фашистов, представили к Ордену Славы I степени. Домой, к дочери и внученьке, полетела весточка: «Дорогая моя, родная дочурка! Устала я воевать, детка, ведь уже четвёртый год на фронте. Скорее бы закончить эту проклятую войну и вернуться домой. Как хочется обнять вас, поцеловать милую внученьку! Может, и доживём до этого счастливого дня... Скоро мне вручат Орден Славы I степени, так что бабушка будет полным кавалером, если доносит свою голову до конца...»

Не доносила... Нина Павловна погибла, но не от фашистской пули. 1 мая 1945 года она вместе с нашими миномётчиками ехала в машине под городом Штеттином. Ночь, плохая погода и видимость. Машина сорвалась с разбитого моста...