Когда деньги превращаются в бумагу: жизнь в условиях гиперинфляции (20 фото)

Тем не менее, ситуация в России еще далека от хаоса. Настоящей катастрофой могла бы стать гиперинфляция — удивительное экономическое явление, когда цены растут буквально на глазах, а деньги обесцениваются до стоимости обычной бумаги. Жизнь в реалиях гиперинфляции — совершенно особенное явление, но, к сожалению, нам нужно быть готовым и к нему. Давайте вспомним самые интересные примеры гиперинфляции за последние сто лет.

Послевоенная Германия представляла собой довольно плачевное зрелище. По итогам Версальского мирного договора Веймарской республике, как проигравшей стороне, присудили выплату огромных репараций.
При этом новое правительство с самого начала взяло на себя внушительные социальные обязательства в виде выплат ветеранам и пострадавшим от войны, пособий безработным и обеспечении 8-часового рабочего дня. Все это составляло огромную нагрузку на бюджет, которая снималась включением печатного станка.
Первые полтора послевоенных года германская марка держалась довольно устойчиво и даже привлекала огромный интерес спекулянтов со всего мира. Многие были уверены, что немцы быстро оправятся от войны, восстановят экономику и марка пойдет вверх. За это время немецкую валюту скупили по всему миру на 2 млрд долларов.
Но реальность полностью обманула ожидания. Если в начале 1921 года американский доллар стоил примерно 75 марок, то уже через год за него давали около 190 марок. Для спекулянтов это было крахом.
В июле 1922 года правыми радикалами был застрелен министр иностранных дел Веймарской республики, молодой и влиятельный интеллигент Вальтер Ротенау. Это произвело шоковое воздействие на общество и, соответственно, на финансовый рынок. Началась паника. К началу 1923 года марка упала до курса в 9000 за доллар, а цены на продукты возросли в 40 раз.
В начале 1923 года из-за невыплаты долгов французские и бельгийские войска оккупировали Рурскую долину — промышленный центр Германии. Это усугубило и без того плохое положение, но правительство продолжало печатать деньги. По свидетельствам современников, на Рейхсбанк тогда работали 133 типографии и 13 бумажных фабрик.
Количество выпускаемых денег было огромным — за первые шесть месяцев 1923 года было выпущено 17 триллионов марок. Но недоверие населения и цены росли еще быстрее, поэтому даже этих денег не хватало, и тогда за дело брались частные типографии. В результате, к августу доллар стоил уже 620 тысяч марок, а к началу ноября — в миллион раз больше, то есть 620 миллиардов.
Зарплату рабочим выдавали нерезаными купюрами в бельевых корзинах. Делалась это каждый день, причем рабочим им позволяли отлучаться на полчаса с работы, чтобы обменять деньги на товары, так как к вечеру большая часть их просто обесценивалась.

Посетители ресторанов платили за обед сразу по приходу, так как через час стоимость блюд могла возрасти вдвое. Дети играли пачками денег вместо кубиков.
Абсурдность любой гиперинфляции заключается еще и в том, что номинальная стоимость денег зачастую становится ниже, чем их стоимость, как бумажного материала.

К примеру, в Веймарской республике банкнотами топили печи — это банально выходило дешевле, чем покупать дрова.

К ноябрю 1923 года за доллар давали уже более 4 триллионов немецких марок. Подобные цифры, меняющиеся каждый день по несколько раз, сводили немцев с ума — по свидетельствам врачей, стал популярен недуг, когда люди абсолютно серьёзно заявляли, что у них 40 триллионов детей, а их возраст составляет 10 миллиардов лет.

Безумие удалось остановить лишь проведя денежную реформу в ноябре 1923 года. В 1924 году старые деньги начали менять на новые по курсу 1 триллион к одному. Самой крупной банкнотой, выпущенной в Германии стала купюра в 100 триллионов бумажных марок.

В 1919 году Народный комиссариат финансов РСФСР принял решение о выпуске совзнаков — своеобразных денег новорожденного большевистского государства. Формально деньгами они не являлись, так как при строящемся коммунизме деньги, по идее, существовать не должны. Но на деле совзнаки долгое время были основной валютой СССР.
После начала выпуска банкнот в 1919 году доверие к ним изначально было невысокое. Купюры выпускались разного образца, общи местом был лишь герб РСФСР. Но главная причина недоверия, разумеется, скрывалась в бесконтрольной эмиссии совзнаков — советское правительство напечатанными деньгами расплачивалось с крестьянами и рабочими и затыкало огромные дыры в бюджете.
Крестьяне довольно быстро совзнаки принимать перестали, предпочитая скрывать излишек товара, а в городах вместо них в ход пошел бартер — популярными «деньгами» того времени были соль, зерно, водка и сигареты.
К выпуску новых банкнот в 1922 году стоимость совзнаков упала примерно в 10 тысяч раз. Государство провело первую деноминацию и уравняло 1 новый совзнак к 10 тысячам старых. Но уже к 1923 году стоимость упала еще в 100 раз и государству пришлось снова деноминировать совзнаки.

Надо отметить, что всю гражданскую войну в стране в ходу было множество денег — царские кредитные билеты, «керенки», разнообразные суррогаты. Свои деньги были у анархистов и белогвардейцев.

С финансовым хаосом нужно было что-то делать. К 1924 году советские власти решились на радикальную для себя денежную реформу, введя в оборот обеспеченный золотом червонец. Совзнаки к этому времени обесценились в 50 миллиардов раз по сравнению с 1919 годом. Но после обеспечения новых денег золотом финансовая паника довольно быстро прекратилась.

После Второй мировой войны право эмиссии денег в Венгрии в качестве победителя получил СССР. Тогдашняя венгерская валюта — пенгё, стала на какое-то время печататься со словами «Командование Красной армии» на купюре.
К октябрю 1945 года выпуск венгерских денег Советским Союзом прекратился, но к этому времени курс пенгё к доллару уже составлял 8200, что было в 7 раз больше, чем летом того же года. Но правительство обильную эмиссию денег прекращать не пожелало и уже к концу 1945 года за доллар давали 128 тысяч пенгё. Но это было только начало.
В то же время венгерские власти ввели в ограниченный оборот еще одну валюту — адопенгё. Ей пользовались только банки и правительство, и поначалу она сохраняла кое-какую стабильность — к апрелю 1946 года она обесценилась всего в три раза. Но дольше она не продержалась — после этого произошел тотальный обвал обеих венгерских валют.
К 1 мая доллар стоил уже 59 миллиардов пенгё и 94 миллиона адопенгё. В оборот были введены купюры в 100 миллионов и 1 миллиард пенгё. В целях уменьшения количества нулей на банкнотах миллион пенгё переименовали в милпенгё и стали печатать купюры номиналом 10 тысяч, 100 тысяч и один миллион милпенгё (то есть миллиард пенгё). К этому времени инфляция достигла 400% в сутки — цены удваивались по два, а то и три раза в день. К концу мая появилась купюра в один миллиард милпенге (1 квадриллион пенгё). Реально стоила она 2,4 цента США.

Следующая деноминация заменила милпенге на Б.-пенгё (билпенгё, то есть миллиард миллиардов или триллион пенгё). Появились купюры в миллион Б.-пенгё и 100 миллионов Б.-пенгё, но и они почти сразу обесценились. Но и это не стало пределом номинала венгерских денег.

Хотя адопенгё к этому времени также полностью обесценилась, уровень инфляции по ней все же был ниже, чем по пенгё. Поэтому властями было решено выпустить ее в свободный оборот. Последней выпущенной при гиперинфляции купюрой является банкнота в 10 миллионов адопенгё — это соответствует астрономической цифре в 20 октиллионов пенгё (21028). Ее стоимость оценивалась в 4,35 цента США.

Победить инфляцию удалось лишь введением новой валюты — форинта. Ее обменный курс к пенгё составил 41029 к 1, что является абсолютным рекордом. С венгерской инфляцией может сравнится лишь гиперинфляция в Зимбабве — о ней мы расскажем ниже.

Более 70% сельскохозяйственных земель принадлежало белым фермерам, которые экспортировали фрукты преимущественно в Великобританию — бывшую метрополию Родезии (так раньше называлась Зимбабве). Британское правительство, в свою очередь, платило черному президенту Зимбабве Роберту Мугабе деньги, предназначенные, в первую очередь, на выкуп земель у белых фермеров.
Однако после прихода к власти в Великобритании лейбористов и Тони Блэра, правительство платить Мугабе перестало, на что тот очень обиделся и принялся отбирать у белых фермеров землю насильно, особо ни с кем не считаясь. Великобритания ввела против Зимбабве санкции, а производительность в сельском хозяйстве упала в разы.

К нашему времени ВВП страны уменьшился в три раза, продолжительность жизни сократилась на 10 лет, а страна из крупного экспортера продовольствия превратилась в потребителя гуманитарной помощи. Кроме этого, жители Зимбабве пережили одну из крупнейших в истории гиперинфляций, оставшись вообще без национальной валюты.
Началось все в 1998 году, когда инфляция в Зимбабве составляла 32%, но уже к 2007 году она выросла до 7635%. При этом неофициальные оценки были примерно в четыре раза выше.
После того, как правительство Мугабе ввело закон, согласно которому иностранные компании в стране должны находится под контролем черных граждан, поток инвестиций в страну упал практически до нуля.
В 2007 и 2008 году инфляция в годовом выражении составила более 100 000 %. В начале 2008 года правительство выпустило купюры номиналом в 10 миллионов зимбабвийских долларов, но уже летом того года в ходу были банкноты номиналом в 100 миллиардов.

По неофициальным данным, инфляция в Зимбабве, возможно, даже превзошла оную в Венгрии, однако посчитать ее затруднительно — официальные власти к этому времени просто перестали публиковать данные. По свидетельствам очевидцев, банка пива могла за считанные минуты подорожать со 100 миллиардов зимбабвийских долларов до 150 миллиардов.

В апреле 2009 году власти Зимбабве приняли неожиданное решение — они просто запретили собственную валюту. По словам министра финансов, «зимбабвийский доллар перестал чем-либо обеспечиваться».
Хотя фактически зимбабвийский доллар к тому времени уже почти вышел из оборота — население пользовалось более стабильной иностранной валютой. Так как совсем без денег страна остаться не могла, власти просто официально разрешили населению использовать доллар США, британский фунт, а также деньги соседних стран.
На сегодняшний день ситуация в финансовой сфере как-то стабилизировалась, хотя с экономикой все стало только хуже. В 2013 году министр финансов Зимбабве признался, что в казне государства после уплаты обязательств осталось ровно 217 долларов США.

Удивительно, но все это не помешало Мугабе в очередной раз переизбраться на президентских выборах в 2013 году. Народ продолжает поддерживать курс президента, который во всех бедах винит белых, Запад и гомосексуалистов.