Что случилось с японской автокультурой? (15 фото)

Слепя неоновыми фарами в стиле “кислотный рейв”, мелькая леопардовыми дисками и вознося к небу вертикальные двери, на нас взирает дерзкий Aventador SV. На его карбоновом пороге примостился сказочный богач, признанный лидер Car Guy Такеши Кимура.

“Сейчас большие сборища редки, – говорит он. – Раньше это место жило ревом, светом и звуками. Но теперь полиция быстро прикрывает веселье”. Вот почему мы приехали сюда. Мы хотим своими глазами увидеть, в каком состоянии японская автокультура. Она успела потрясти автомобильный мир, но в последнее время затихла. Автомобильная парковка Дайкоку в Йокогаме всегда была сердцем японского тюнинга. Для японского автофана это место, где можно потусить, отлить и перехватить лапши из пакетика. Десятки лет здесь располагался летний театр тюнинга.

Для нас, гайдзинов, то есть чужаков, культурное полотно Японии сплетено из интригующих нитей. Манга, каддлс, девочки гангуро и подозрительная детская игра под названием кантё – все очень непривычно. А взаимоотношения этого народа с машинами были для нас загадкой всегда: слишком уж много в них мании и экспрессии.

Раньше сюда съезжались сотни тачек. Воздух дрожал от визга дрифт-турниров и басов из набитых акустикой фургонов. Усталым дальнобойщикам уснуть было не судьба.

В понятии Дайкоку наша франтоватая стая – Lambo, McLaren 675 LT и псевдогоночная Ferrari 360 – скудный ассортимент. Но и они собирают народ, хотя бы заправщиков и рабочих. Для Кимуры это успех.

Успешный застройщик организовал Car Guy из-за страсти к машинам. В соцсетях он проделывает со своими F40, F50, Enzo, McLaren P1, 991 GT3 RS, 458 Speciale и Huracán Super Trofeo невероятные вещи. Например, обувает Enzo в шипованную резину и дрифтит на нем по льду, а потом постит видео в Facebook. Кто-то скажет, что это пустая бравада, но загадочный Кимура заявляет, что хочет подсадить на тачки японских “двухтысячников”.

И да, он дело говорит. Сякен (суперстрогий техосмотр каждые два года) и жесткий полицейский контроль лишили Японию поколения автофанов. Если копнуть глубже, обнаружишь, что двадцатилетние японцы составили всего 13% водителей в прошлом году. 30 лет тому назад было 26%. Понятно, почему бесправная молодежь сидит дома за компьютером: цены на парковку астрономические, и права дорогие (почти $3000).

Пары юнцов в качестве новообращенных Кимуре мало, он решает продолжать кампанию. Заводит свою пиар-машину и просит перевести весь легион Lamborghini в режим диско-шара. Волна рева V12 из Сант’Агаты выносит нас из Дайкоку на токийский ванган, где когда-то тусовался известный Midnight Club, принимавший любого, чье авто разгонялось до 250 км/ч. Допуск к гонкам давала максималка 320 км/ч. Стритрейсинг ушел с улиц Токио, но это не значит, что он исчез.

В Осаке, в 450 км отсюда, есть местное братство Кандзёзоку или племя Honda, поклоняющееся VTEC. В клуб могут вступить только владельцы гоночных Civic. Когда они собираются ночью в Осаке, похоже, будто они промахнулись мимо пит-лейна на Сузуке. Облегченные, ревущие Civic на сликах гоняют по эстакадам спидвеев глубокой ночью. Шныряют с полосы в полосу, лихачат и линяют от полиции.

Мы такого не увидим. Члены Car Guy не нарушают скоростной режим. Бледная тень былого хулиганства – перегазовки в туннелях. Когда у тебя за спиной V12, это получается само собой.

Мы подкатываем к очередной остановке – парковке Тацуми. Дайкоку живет в центре искусственного острова у Йокогамы, а Тацуми парит над оживленным ванганом на высоте пятиэтажки. Час ночи, а тут толпа.

Большинство участников выглядят как семиклассники. Никакого старого доброго бунтарства. Ни пустых ведерок из-под крылышек, ни мокрых футболок. Только уважение и неистовый почет.

Я вырос на Gran Turismo, и меня тянет к двум невероятным Skyline. Застенчивый мальчик Хироки, завесившись черной челкой, натирает ухоженный R34 Nismo.

“Это машина отца, – застенчиво объясняет пацан. – Он отдал его мне, потому что сам больше не может водить. И теперь я посвящаю свою жизнь машине ради него”. От такой сыновней почтительности у меня взрывается мозг. Рядом два тихих подростка слоняются возле зеленых Mazda MX-5 и Suzuki Cappuccino. Но когда подхожу я с “лейкой и блокнотом”, поднимаются воротники кожаных курток, появляются сигареты. Два ботана превращаются в крутых японских братков.

“Это моя первая машина, – закуривая, говорит Кумати, владелец Cappuccino. – Я увлекся ими на гонках Super GT, но пока этот Suzuki для меня – потолок”. С другой стороны парковки кипит энтузиазм. Нас окружают дешевые хиты золотых времен JDM. “Тюнинг стал хиреть пару лет назад, – говорит мистер Масара, 22-летний владелец 700-сильного GT-R. – Но сейчас, после кризиса и аварии на Фукусиме, он воспрял”.

В Японии на все тюнинг-кары лепят клеймо позора – хасирия (стритрейсеры). Но в мозгах тусовки нет плохих идей. Здесь можно все, это свобода самовыражения – чем чуднее, тем моднее. Интернет радикально поменял все. Он сделал автомир очень тесным. Если когда-то были JDM и американский тюнинг, то теперь они тусуют вместе и даже скрещиваются. Столпам японского тюнинга это претит.

Что сейчас круто? В Японии в моде стэнс, как в Америке. А в Штатах люди сходят с ума по безумным Porsche RWB и широким аркам Liberty Walk. А кое-кто и совмещает.

На Тацуми то и дело проглядывает связь поколений, когда отцы прививают свою страсть детям. Это трогает. Но если старая гвардия жила под влиянием манга JDM, таких как “Ванганская полночь”, “Сякотан буги” и “Инишиал Ди”, то их отпрыскам доступны вся всемирная паутина, ютьюб и лучшие игры на свете. Это рождает альтернативные стили. Toyota GT86, Mazda MX-5 и Honda S660 – доступные и простые для тюнинга машины нового поколения, которые помогают оживить интерес.

Японская автокультура умирает? Ага, щас. Чего стоит один токийский салон с безумными углами развала на дрифт-карах, розовыми Lambo в бриллиантах и чудными кей-карами. Он доказывает, что тюнинг жив. Просто изменились правила. Японский тюнинг вышел из послевоенной депрессии, но теперь факторы роста другие. Мы сами видели, как наследие обрастает новым мясом: культура движется вперед, не забывая о прошлом.
Куда она придет, мы не знаем. Но просим: оставайся такой же безумной, Япония!