Педагог должен и учить, и лечить?

В московских школах и детских садах больше нет медпунктов. Теперь медработники приходят туда из детских поликлиник во второй половине дня лишь на полтора часа, причем исключительно для ведения документации, а не для оказания медицинской помощи детям. Остальное время они находятся в поликлинике. А если, не дай бог, несчастный случай произошел непосредственно в школе? Конечно, учитель вызовет «скорую помощь». Но кто профессионально поможет ребенку продержаться до ее приезда? А как быть детям с хроническими заболеваниями, включая те, что признаны опасными для жизни?

А если опасный приступ случится у ученика на уроке? Кто поможет? Учитель, который ничего не понимает, да и не обязан понимать в медицине, поскольку в учебном заведении он призван решать совсем другие задачи? А ведь спросят-то с педагога и с директора! И некоторые директора, понимая это, уже говорят, что посылают своих учителей на курсы оказания первой помощи, чтобы суметь «продержать» ребенка с проблемами здоровья до приезда «скорой».

Это, увы, не шутка. За детскую жизнь, если нет медика, будет биться учитель. А так как тот, положа руку на сердце, ни минуты не сомневается, что в случае чего весь спрос будет с него, то безропотно пойдет учиться. Кроме того, от количества серьезных медицинских ЧП напрямую зависит место школы в рейтинге, а следовательно, и ее финансирование. И это тоже понимают все.

Но самое невероятное, что изгнание «образовательной» медицины происходит с одновременным насаждением инклюзивного обучения — перевода детей с проблемами здоровья, подчас крайне серьезными, в общеобразовательные школы и детские сады. В одном из садиков, к слову сказать, уже появился малыш с аутизмом. Специальной медицинской или хотя бы тьюторской (индивидуальное педагогическое сопровождение) единицы для него, не дали. И воспитателя группы, куда попал инвалид, вынудили буквально ходить за ним по пятам. А что же в это время происходит с остальными детьми в группе, недоумевают родители.

Впрочем, это далеко не единственное, что принес системе образования постигший ее аутсорсинг. Знаете, кто убирается сейчас в детских садиках? Бригады клининга, состоящие в частности из гастарбайтеров. Одна из мам, случайно увидевшая, как эти люди одной и той же тряпкой моют полы, окна, подоконники и всю прочую детскую мебель, чуть не упала в обморок. Что уж говорить о том, что, даже по официальной статистике, большинство приезжих этой категории хронически больны — и не только чрезвычайно распространенным в их среде туберкулезом, но и самыми разными экзотическими болячками. Между тем медсправки, которые они представляют при найме, обычно негосударственного образца.

Как разъяснили «МК» в столичном Департаменте образования, «оказание первичной медико-санитарной помощи, прохождение медицинских осмотров и диспансеризацию осуществляют учреждения государственной системы здравоохранения города Москвы. Образовательные организации, подведомственные департаменту, безвозмездно предоставляют помещения учреждениям государственной системы здравоохранения города Москвы, соответствующие условиям и требованиям для осуществления медицинской деятельности. Медицинские кабинеты оснащены в соответствии с требованиями действующего законодательства оборудованием для проведения профилактических осмотров, профилактических мероприятий различной направленности, иммунизации, первичной диагностики заболеваний, оказания первой медицинской помощи, дополнительной стоматологической помощи и т.д. Порядок оказания медицинской помощи несовершеннолетним, в том числе в период обучения и воспитания в образовательных организациях, осуществляется в соответствии с приказом Министерства здравоохранения Российской Федерации от 5.11.2013 №822н «Об утверждении Порядка оказания медицинской помощи несовершеннолетним, в том числе в период обучения и воспитания в образовательных организациях».