Вот чего на самом деле стоит бояться в больницах

В ту же ночь, когда я сломал позвоночник, меня определили в палату на этаж травматологии. Палаты были знатные. Жалко, фотографий не осталось: стены с трещинами, кое-где была облупившаяся штукатурка, окна из которых на постоянно дуло холодным воздухом. Но! Палата была на восемь мест. Т.е. Восемь мальчишек с разными переломами (руки, ноги, шеи, спины) находились в одном месте. Отбой был в 21.00. Но куда там: в палате после отбоя жизнь только начиналась. Все травили шуточки. Стоял дикий смех. Через час после отбоя в палату вошла мама мальчика из соседней палаты.
- Я вас прошу, тише! У сына сотрясение мозга! Ему сон нужен.
Мы, конечно, притихали минут на 10. Но это всё, на что нас хватало. Так повторялось раза три. К полуночи мы все заткнулись и уснули. На следующую ночь всё повторилось вновь. Кто-то начала "пукать" в ладошку. Снова дикий ржач во время отбоя.
Тут опять заходит мама мальчика из соседней палаты, но на этот раз с чем-то в руках.
- Этот медведь вас заставит провести ночь без единого звука! Кто хоть слово скажет, то эта игрушка сделает КОЕ-ЧТО!
И оставила медведя на столике рядом с выходом. Медведь на фотографии отдалённо похож на ужас детства, но очень отдалённо. Как ни старался, но найти такого же не смог. Выглядел этот плюшевый мишка как обычный мишка из магазина, но этот был настолько страшным, что до сих пор не по себе. Где такого обычного и такого жуткого игрушечного медведя она смогла найти — неизвестно. Возможно она специального искала такого медведя с жутким браком, изготовленным в одном из подвалов Юго-Восточной Азии. Когда мы проснулись, медведя уже не было.
Самый младший мальчик лет восьми в нашей палате на следующую ночь даже ходить под себя стал. И тут я понял, что испугался ещё и не так сильно.
Хотя до сих пор этот плюшевый урод появляется в мрачных кошмарах, причём мне через год стукнет тридцать.