О книге Дорис Лессинг «Марта Квест» (2 фото)

«Какие счастливцы писатели будущего! Они смогут с лёгким сердцем писать о чём угодно, не испытывая чувства, что уклоняются от решения каких-то проблем».

О жизни Дорис Лессинг можно написать не одну книгу, что, впрочем, она сама и сделала. Пятикнижие «Дети насилия», первой частью которой и является роман «Марта Квест» – это в большой степени автобиографический цикл. А писательнице есть, что рассказать о себе. Коммунистка, суфистка, феминистка, участница антиядерного движения, до того, как заняться писательством она перепробовала самые разные профессии, побывав сиделкой, телефонным оператором, машинисткой, репортёром. Родилась в Персии, в шесть лет – это в 1925 году – с семьёй переехала в Зимбабве (тогда ещё бывшее английской колонией Южная Родезия). Дважды была замужем, оба брака закончились разводом, мать троих детей, двое – дочь и сын – от первого брака, оставлены при разводе мужу, третьего сына Дорис родила во втором замужестве, после развода уехала из Африки в Лондон, забрав ребёнка с собой. Это случилось в 1949 году, а в 50-м выходит дебютный роман писательницы «Трава поёт». Вторая книга публикуется через два года, ею и является «Марта Квест».

«Разве можно чувствовать себя изгнанной из страны, которой не существует?»

Марта Квест – девушка из колониального захолустья, всю свою жизнь до семнадцати лет провела на ферме в африканской степи, которая романтично для русскоязычного уха зовётся «вельд». Только ничего романтичного, кроме фантазий, в жизни Марты нет – она изнывает от нищенского быта, бесится от сегрегации (множество прочитанных книг классических гуманистов оставили свой отпечаток на мировоззрении юной особы), презирает пошлость деревенского семейного уклада, её коробит от национализма и неравенства полов, в общем, в далёкой Африке вырос подросток с передовыми взглядами и полной неразберихой в душе (впрочем, подростки обычно и не бывают другими). Стремление вырваться «в жизнь» заставляет её уехать в город, найти работу, снять комнату и жить «по-взрослому», в стиле «танцы всю ночь, футбол до упаду». И в то же время никчемность такого существования, лишённого какой-то высокой цели, её тяготит.

«Её мучило чувство вины, ответственности, стыда, но она не стремилась избавиться от этих мучений».

История для литературы обычная – жанр становления и взросления героя, в данном случае героини, которая к концу книги выходит замуж, но не скажешь, что особенно взрослеет. И не удивительно – впереди ещё четыре книги, будем надеяться, что их, наконец, переведут и издадут, ведь если «Марта Квест» впервые в нашей стране была выпущена ещё в 1957 году, то оставшаяся тетралогия до сих пор на русский не переводилась. А наверняка стоило бы.

«Они дружили, они нравились друг другу, и чувство мягкой тоски делало каждую их встречу столь яркой…»

Язык Дорис Лессинг прекрасен. Это плотное повествование, в котором рассуждения героини, беспрестанно ищущей себя (но никак не находящей) во всех, кто попадает в поле зрения, её максималистские (искренние, но запутанные) взгляды и чувства (частенько в самом растрёпанном виде), перемежаются точными наблюдениями за людьми, сочными и образными описаниями природы, при этом текст изобилует и яркими диалогами – давно я не читал книгу, так наслаждаясь самим процессом чтения, это очень здорово написано. Не написано – соткано с филигранным мастерством. При всём этом сам автор присутствует не только во внешней фабуле произведения (героиня прописана настолько автобиографично, что даже день рождения у неё тоже в октябре, как и у Лессинг), но и на самой глубине текста – в остающемся ментальном послевкусии, интонационном эхо, которому предстоит ещё долго звучать в лабиринтах сознания после того, как будет дочитана последняя страница.

«В её спальне валялось с десяток книг, но она и не притрагивалась к ним: она знала, что прочитав их, будет располагать более обширными сведениями о себе и будет ещё меньше знать, как эти сведения использовать».

Яркая жизнь городских пижонов и их подружек, одной из которых стала и Марта после приезда в город описана великолепно. Атмосфера «Великого Гэтсби» сочится патокой со страниц, сладкая красивая и пустая жизнь, которую ведут молодые колонисты-англичане вдали от Европы кажется безмятежной и бесконечной. Но на дворе 1939-й год и остаётся совсем немного до иного бытия. На этом тревожном ожидании, которым пропитан воздух, которое заставляет так без(д)умно кутить, не смотря вперёд, боясь заглянуть в будущее, махнув на него рукой «давайте вздрогнем, пока не началось», и оставляет писательница своих персонажей, молодых, жаждущих настоящей наполненной смыслом жизни, но обречённых прожигать её впустую на танцполах и в барах. Что-то с ними будет дальше?

«Они ни в чём не знают толка, они – дикари, но с ними нужно считаться».