О пауэрлифтинге и его последствиях

Услужливый продавец вынес гирю на крыльцо, но не ушёл, стоял, с интересом наблюдал. Иванова подняла гирю и поняла, надо тщательнее относиться к выбору подарков. Кое-как (шпильки 9 см) доковыляла до остановки. И обнаружила уходящую за горизонт пробку. Позвонила брату, папе любимого племянника. Выслушала автоответчик. Позвонила любимому племяннику. Вне зоны доступа. Золовке и звонить не стала, смысла нет, мама любимого племянника на голову ниже и на два размера уже Ивановой. Позвонила другу сердца Андрюше. Ритуленька, сказал Андрюша, ну какие гири? я в бассейн опаздываю, давай завтра, лады?

Через десять метров Иванова нехорошо подумала об Андрюше. Через двадцать осознала, что детей баловать нельзя, ничем нельзя, даже гирями. Через тридцать поставила гирю на землю и попыталась улизнуть. Увы, некая бдительная тётя рявкнула, ты что это? подбросить хочешь?! а ну забирай! может, бомба какая! нечего тут! Иванова со стоном подняла гирю, разлюбила племянника и поплелась вдаль. В обычном, не отягощённом гирей состоянии, чуть ли не отбивалась от желающих познакомиться, а гиря изменила привычный порядок вещей, мужчины перестали дерзко и заманчиво улыбаться, смотрели сквозь, будто видели не Иванову-красавицу, а так, воздух сгустился во что-то невнятное, неприятное и внимания никак не заслуживающее.

Тогда Иванова, вся в мыле, в поту и не в себе, поклялась — кто поможет, за того замуж выйду! если только не бомж! И в ту же минуту какой-то помятый небритый тип подхватил гирю и сказал, вам куда? Иванова сравнила типа с Андрюшей и ужаснулась. Дошли до дома, причём тип нёс паразитку-гирю, как будто она ничего не весила, чуть ли не помахивал ею. И на пятый этаж без лифта — как по ровному. Господи, бомж бомжом, разве что без соответствующего запаха, какие глупости, мало ли чего не наобещаешь в предкоматозном состоянии.

Перед самой дверью тип сказал, девушка, что вы набычились, я не намерен требовать в награду вашу руку и сердце, достаточно будет простого спасибо. Повернулся и упрыгал вниз.
Омерзительно бодрый.

Осенью Иванова с Андрюшей поженились. Через два года Андрюша ушёл. Потому что правильная жена должна полностью растворяться в муже, а Иванова так и норовила выпасть в осадок.

А ещё через пять лет Иванова, ведущий юрист IT-компании, переругалась с одним упрямым заказчиком, до смертоубийства не дошло, хотя казалось — вот-вот. Давайте успокоимся и попробуем заново, двинемся навстречу друг другу, сказал заказчик, кстати, мы с вами почти знакомы, не помните? я нёс вашу гирю, весь в пыли, в краске, помогал отцу с ремонтом, вы ещё крайне неодобрительно поглядывали на мои грязные джинсы, хотел спросить, не культуризмом ли собрались заняться, не рискнул, у вас был слишком гневный вид. Иванова ойкнула и сказала, точно! вы! племяннику в подарок тащила, думала, умру с этой гирей, только представьте уровень моего отчаяния — от злости сама себе пообещала, кто поможет, за того замуж выйду. Заказчик помолчал, хмыкнул и сказал, жаль, очень жаль, семь лет потеряно, но какие наши годы, Маргарита Ивановна, наверстаем, непременно наверстаем, вы как относитесь к итальянской кухне, надеюсь, положительно?