Почему кошки живут сами по себе, а не в стае (7 фото)

Насколько трудно заставить кошек объединиться в стаю?
Спросите у Дэниэла Миллса, профессора ветеринарной поведенческой медицины из Университета Линкольна (Великобритания).

В своем недавнем исследовании Миллс и его коллега Элис Поттер продемонстрировали, что кошки более независимы и больше любят одиночество, чем собаки.

Трудности, с которыми они столкнулись во время исследования, стали еще одним подтверждением неоднозначной репутации этих животных.

"Заставить их поступать так, как хотите вы, очень непросто, — говорит Миллс. — Они всегда все делают по-своему".
Любой владелец кошки с этим согласится. Но почему же кошки так не хотят сотрудничать ни с себе подобными, ни с человеком?

Или, если взглянуть на этот вопрос с другой стороны, почему столь многие животные, как дикие, так и домашние, совершенно не против жить в коллективе?

В природе стадное существование распространено очень широко. Птицы сбиваются в стаи, антилопы гну — в стада, а рыба — в косяки. Да и хищники тоже часто охотятся вместе.

Даже родственники домашней кошки — львы — живут в прайдах.

Представители видов, рискующих стать жертвой хищника, поступают так ради безопасности.

"Это называется эффектом рассеивания", — говорит биолог Крейг Пакер из Университета Миннесоты в Сент-Поле (США).
"Хищник может схватить только одного, а если вас сотня, то шанс быть съеденным снижается до 1%. А когда ты один, то тебя схватят в любом случае", — объясняет он.

Еще одним преимуществом жизни в группе является так называемый эффект множества глаз: чем больше группа потенциальных жертв, тем больше вероятность того, что они заметят приближающегося хищника.

"А чем раньше вы обнаружите хищника, тем больше у вас времени на то, чтобы избежать встречи с ним", — говорит Йенс Краузе из Берлинского университета имени Гумбольдта (Германия).
Подобная коллективная бдительность имеет и другие преимущества. Так, отдельные особи могут потратить больше времени и энергии на поиск пищи.

Однако дело не только в избегании встреч с хищниками. Животным, живущим в группе, не нужно бродить в поисках подходящей пары, в то время как для одиночек, путешествующих на далекие расстояния, это может быть довольно серьезной проблемой.

Очевидно, что найти себе партнера в стаде или стае намного проще.

Когда у членов группы появляется потомство, его воспитывают всем миром: взрослые особи могут сотрудничать друг с другом, чтобы защитить молодняк или добыть для него пищу.

У многих видов птиц, в том числе у арабской дроздовой тимелии, обитающей в Израиле, птенцы остаются в семейных группах до тех пор, пока не будут готовы к размножению. Они танцуют вместе, купаются вместе и даже дарят друг другу подарки.

Стадное существование также помогает экономить энергию. Птицы в стаях и рыбы в косяках передвигаются более эффективно, чем особи-одиночки.

По тому же самому принципу во время Тур-де-Франс велосипедисты формируют пелотон.

"Те, кто находится позади, тратят меньше энергии для того, чтобы развить такую же скорость", — говорит Краузе.
А еще (это подтвердят летучие мыши и императорские пингвины) сбившись в кучу, гораздо легче сохранить тепло и не замерзнуть.

Учитывая все эти преимущества, кажется странным , что некоторые животные избегают компании себе подобных.

Тем не менее, как видно на примере домашних кошек, стадное существование привлекает далеко не всех.

Для некоторых животных никакие плюсы коллективной жизни не стоят того, чтобы делиться едой.

"Всегда наступает момент, когда непосредственная близость других особей приводит к снижению объема потребляемой пищи", — говорит Джон Фрайкселл, специалист в области интегративной биологии из Гуэлфского университета (Канада).
В этом случае ключевым фактором становится наличие достаточного количества пищи, что, в свою очередь, зависит от того, сколько пищи требуется конкретному животному.

А кошачьи в этом вопросе очень требовательны. Так, например, леопард съедает около 23 кг мяса раз в несколько дней.

Как правило, конкуренция за пищу среди диких кошек очень высока, и поэтому леопарды предпочитают жить и охотиться в одиночку.

Тем не менее из этого правила есть одно исключение — львы. По словам Пакера, который занимается изучением африканских львов на протяжении уже почти 50 лет, этим животным очень важно иметь собственную территорию.

В покрытой травой саванне имеются места, которые могут служить идеальным укрытием для ловли добычи, и у животных, которые контролируют эти территории, значительно больше шансов выжить.

"Они просто вынуждены вести социальный образ жизни, чтобы доминировать на своей территории и изгонять конкурентов. При этом выигрывает большая по размеру стая", — говорит Пакер.
Это успешное сосуществование возможно потому, что одной убитой львом жертвы — антилопы гну или зебры — достаточно для того, чтобы накормить сразу несколько самок.

"Размер добычи позволяет им жить в группах, однако на самом деле их к этому подталкивают географические особенности среды обитания", — считает Пакер.

Однако домашние кошки находятся совершенно в другой ситуации, ведь они охотятся на мелких животных.

"Поймав мышь, кошка меньше всего хочет видеть кого-то рядом с собой, ведь она собирается съесть ее сама, — говорит Пакер. — Именно так она и поступает. Ей нечем делиться".
Эти эгоистичные мотивы столь глубоко укоренились в кошачьем поведении, что даже одомашнивание не смогло победить величайшую любовь этих животных к одиночеству.

Это вдвойне верно, если учесть, что человек не одомашнивал кошек. На самом деле, в свойственной для них манере, кошки одомашнили себя сами.

Все домашние кошки происходят от ближневосточных диких кошек (Felis silvestris), "лесных кошек". Люди не выманили этих первых кошек из леса; кошки сами пришли в наши амбары, где бесконтрольно кормилось множество мышей.

Быстро положив конец этому безобразию, кошки заложили основу наших поистине симбиотических отношений.

Кошкам нравилось обилие еды в амбарах, а люди были рады избавиться от вредителей.

Домашние кошки не полностью асоциальны, но их общение друг с другом и с владельцами должно происходить только на их условиях.

"Они сохранили высокую степень независимости и проводят с нами время только тогда, когда сами захотят",
— говорит Деннис Тернер, фелинолог и специалист в области поведения животных из Института прикладной этологии и зоопсихологии в Хоргене, Швейцария.
"У кошек развилось множество механизмов для того, чтобы держаться отдельно. Эти механизмы препятствуют их стадному существованию", — говорит Миллс.
Кошки помечают свою территорию, чтобы избежать нежелательных встреч друг с другом. Если они вдруг столкнутся лицом к лицу, шерсть у них встает дыбом, а из мягких лапок показываются когти.

В определенных ситуациях может показаться, что домашние кошки все же смирились с жизнью в группах. Например, в сельской местности можно целую стаю кошек, которые живут вместе в амбаре.

Однако Фрайкселл говорит, что это впечатление обманчиво.

"Подобные сообщества кошек непостоянны и, по сути, группой не являются, — говорит он. — Они просто делят территорию, на которой выращивают потомство".
На самом же деле, даже перед лицом высочайшей опасности, которая часто заставляет животных объединиться ради собственной защиты, кошки вряд ли станут сотрудничать.

"Это просто нетипичное для них поведение, даже при наличии угрозы", — подчеркивает Моник Юделл, биолог из Университета штата Орегон. Кошки просто не верят в численное превосходство.
Все это объясняет, почему кошки заслужили репутацию животных, которых невозможно заставить жить в группе.

Тем не менее есть определенные свидетельства того, что презрение кошек к групповой жизни начинает ослабевать.

В исследовании, опубликованном в 2014 году в журнале Journal of Comparative Psychology, журналисты изучили черты характера домашних кошек. Оправдав свою репутацию одиночек-недотрог, те оказались нервными, импульсивными и непослушными.

Впрочем, интересен тот факт, что домашние кошки могут быть не такими несговорчивыми, как их дикие родственники.

Когда исследователи сравнили домашних кошек с четырьмя дикими — шотландскими дикими кошками, дымчатыми леопардами, снежными барсами и африканскими львами, — то по своему характеру домашние кошки оказались наиболее похожими на львов, живущих в группах.

Справедливости ради стоит отметить, что домашние кошки намного лучше терпят компанию друг друга, чем их предки.

Несмотря на то, что группы кошек, живущих в амбарах, являются непостоянными сообществами, они все же очень неплохо уживаются в столь ограниченных пространствах.

В римском Колизее бок о бок живут примерно 200 кошек, а на японском острове Аосима число кошек в шесть раз превышает число людей.

Возможно, сотрудничество в этих колониях не развито, однако такой образ жизни разительно отличается от одиночного образа жизни их дальних предков.

В то же время ученым приходится идти на уступки, чтобы контролировать поведение кошек во время экспериментов.

Когда Юделл проводила свои первые эксперименты с участием кошек, ей было очень трудно заставить испытуемых выполнять приготовленные для них задания.

Раньше она работала с собаками, и те с радостью выполняли любые задания за угощение. Но кошкам угодить было намного труднее.

Юделл удалось достичь успеха только тогда, когда она начала давать кошкам возможность выбрать свое вознаграждение.

"Мне кажется, что нам трудно взаимодействовать с кошками, потому что мы мало о них знаем", — говорит она.
Если ученые смогут проникнуть в глубины кошачьего разума, на смену принудительному сплочению может прийти хитроумное воздействие.

Поведение животных, в том числе склонность или нежелание образовывать группы, во многом обусловлено строением их нейронной сети.

По словам Фрайкселла, даже думать не стоит о том, чтобы в один момент изменить то, что было создано за многие годы естественного отбора.

"Но кто знает? Львам это удалось, поэтому не исключено, что соответствующая цепочка мутаций все же случится, — говорит он. — И если они смогли проделать этот трюк, возможно, и объединение кошек в группы — не такая уж и сумасшедшая идея".