Как партизаны развели элиту люфтваффе (4 фото)

Бой гремел. Горел уже четвертый танк, кругом валялись трупы в серо-зеленых шинелях, а фашисты не унимались. Более настойчивыми стали их атаки с юга и запада на оборону полков Кульбаки и Брайко. Однако, несмотря на многократное превосходство противника, все его атаки разбивались о стойкость партизан. Это охладило пыл гитлеровцев…
Бой по инерции продолжался. Но это был уже не тот пожар, который недавно полыхал, а лишь дотлевающие головешки, вспыхивающие на короткое время. Обе стороны как бы притаились, зализывали раны, накапливали силы для будущих боев.
К концу дня немцы вообще прекратили атаки с юга.

Приближался долгожданный вечер. Начали готовиться к маршу. Отдан приказ. Колонна вытянулась на север. Видимо, командование решило ночью любой ценой пробиться в Беловежскую пущу. Но почему-то кавалерийский дивизион и разведрота не спешили вперед, на свое обычное место.
Перед самым выступлением разведчики сообщили, что немцы с юга перебрасывают войска на север к пуще.
Вершигора внимательно выслушал разведчиков и заметно повеселел. Я не понимал причины этого веселья. Ведь идем на север, как раз туда, где немцы усиливают свои войска!
Дивизия ждала команду, чтобы начать движение. Однако Петр Петрович не торопился. Заложив руки за спину, он долго ходил взад-вперед. Наконец остановился и, обращаясь ко мне и Войцеховичу, спросил:
— Вы люди военные. Как вы думаете: противник все войска перебросил с юга?
Признаться, меня удивил такой вопрос. Я ответил:
— Надо быть круглым дураком, чтобы так поступить.
Предположим, противник на этот раз таким и оказался, — сказал Вершигора и решительно добавил: — Сделаем ход конем. Вася, отдай распоряжение повернуть колонну на сто восемьдесят градусов!
— Это уже ход ферзем, — уточнил Войцехович.
— Тем лучше. Карту!
Василий Александрович раскрыл карту и вместе с комдивом несколько минут всматривался в нее, уточняя новый маршрут.

Вскоре связные умчались выполнять приказание. Колонна развернулась. Кавдивизион и разведчики Клейна, как будто этого и ждали, рванулись по новому маршруту. Первый полк из арьергарда превратился в авангард. Двинулись на юг. А позади слышалась артиллерийская канонада. Это Михайликов и Халупенко давали жару немцам на прощание.
Вершигора оказался прав! Пожалуй, в этом решении, как в никаком другом, ярко выявилась хитрая и расчетливая тактика комдива. Он расценил действия противника с его же позиций. Наши настойчивые попытки прорваться в пущу заставили немцев перебросить войска с юга. К тому же вражеская авиация засекла движение колонны на север. Немецкое командование решило, что партизаны не осмелятся идти на юг к Бресту с его многотысячным гарнизоном. Все это учел Вершигора. Кроме того, у противника были веские причины не допускать нашего прорыва на север, о которых мы узнали позже. Уже на марше штаб догнало отделение дивизионных разведчиков, побывавших в глубине леса.
— В пуще располагается большое количество складов, — докладывал Маркиданов. — Здесь же отдыхают и пополняются фронтовые резервы, в том числе авиадесантная дивизия «Герман Геринг». Имеется несколько домов отдыха для офицеров-фронтовиков. Ходят слухи, где-то в лесу находится крупный штаб…

(Слева-направо) помощник начальника штаба по разведке старший лейтенант Ю. А. Колесников, командир полка Д. И. Бакрадзе, начальник штаба полка И. И. Бережной.

— Теперь понятно, почему нам не удалось расколоть этот орешек, — торжествовал Вершигора, довольный принятым решением. — Ну как, Иван Иванович, кто остался в дураках? Эх ты, стратег!
— Сдаюсь. Вы оказались хитрой лисой, — сказал я. — Но с такими дурными немцами мы больше не встретимся. Зачем им потребовалось войска снимать с юга, когда достаточно сил в лесу?
— Надо понимать психологию врага. Они рассудили правильно. Наших сил враг наверняка не знает. Переполоху мы наделали немало. Допустить партизан в лес — значит подвергнуть опасности не только склады, но и штаб. Узнай мы точно, что это за штаб и где он находится, попробовали бы пощупать его, навели бы на цель нашу авиацию. Немцы учли это и решили — лучше нас туда не пускать. К тому же они боялись нагоняя от старшего начальства. — Вершигора вдруг подмигнул мне и, отвалившись в седле, засмеялся: — Немного и мы помогли немецкому командованию. Колонну в сторону леса начали вытягивать засветло специально, в качестве приманки для воздушной разведки… Решение повернуть на юг созрело еще днем. Поэтому-то кавдивизион оставался в Рожковке. Больше того, Усач заранее, по моему указанию, разыскал надежного проводника, который ведет нас сейчас, а Войцехович разработал новый маршрут.
Я слушал, а сам думал: «Ай да Борода, ну и Петр Петрович, задал задачку фрицам!..»