Как создавался мультфильм "Бременские музыканты" (41 фото)

По словам поэта Юрия Энтина, который сочинил стихи ко всем песням, звучащим в «Бременских музыкантах», идея создать этот «мульт-мюзикл» пришла создателям внезапно и совершенно спонтанно: «На дворе стояли 1960-е, заграничным миром правили хиппи, даже у нас витал какой-то нереальный запах свободы. А еще мы были очень молоды, и нам отчаянно хотелось сделать что-нибудь разэдакое».

И вот, молодые, никому не известные композитор Геннадий Гладков, поэт Юрий Энтин и режиссёр Инесса Ковалевская решили сделать мультипликационный мюзикл для детей. Что такое мюзикл, было приблизительно известно, но что такое мультипликационный, да ещё и детский, авторы не знали.
Постепенно канва начала вырисовываться. Основой для музыкального мультипликационного фильма лучше всего было взять простую и хорошо знакомую сказку, чтобы сюжет был понятен из действий героев. И вместо повествований все силы направить на создание музыкальных образов героев.
Оставалось найти сказку, но попробуйте найти такую, которую ещё никто не экранизировал?

Никто не вспомнит, у кого именно возникла мысль сделать мультипликационный мюзикл по сказке братьев Гримм «Бременские музыканты». Она была не лучшей из сборника знаменитых сказочников. Пса, Кота, Осла и Петуха хозяева прогнали со двора за ненадобностью. Бедолаги вынуждены были скитаться по дорогам и постепенно стали бродячими музыкантами. Эпизод с разбойниками чуть-чуть украшает сказку, делая её действие разнообразнее. А вот драматургию фильма надо было заново придумать, чтобы он стал интересным, динамичным и укладывался в рамки мюзикла.
"Мы пришли в ужас от этой сказки, - рассказывает И. Ковалевская. - Ну что это за сюжет: четверо пенсионеров-животных бродят по миру, встречают разбойников, пугают их и поселяются в их домике?! Но зато это еще не экранизировали, да и герои - музыканты! Поэтому решили работать все-таки над этим материалом".
На этом этапе к работе над сценарием подключился В. Ливанов в качестве второго сценариста. У Василия Ливанова опыта было больше, чем у Энтина. К тому моменту у него вышло несколько сборников сказок, которые хвалил сам Маршак. Ливанов придумал, чтобы у этой четверки зверей был человеческий художественный руководитель – Трубадур. Гладков, в свою очередь, заметил, что нужна в сказке любовь, то есть какая-та девушка. Решили, что будет Принцесса. А там где принцесса, есть и король, и охрана. В результате было создано абсолютно новое произведение: новые герои стали главными, вокруг них закрутился сюжет. От оригинала осталось только название.

Сценарий написали быстро и тут же понесли на студию «Союзмультфильм». Принесли его в пятницу, а уже в понедельник мультфильм запустили в производство.
Сначала решили записать фонограмму для будущего мультфильма, а уже потом рисовать героев.
Композитор Геннадий Гладков написал музыку, а Юрий Энтин стихи. Они очень выразительны, полны юмора и точно характеризуют поющих персонажей. В стихах много забавной игры слов: «Ох, рано встаёт охрана!» «Нам любые дороги дороги!» «В королевских покоях потеряла покой!» и «В замке я под замком!». Все эти литературные шутки украшают песенки, делают их занятными и запоминающимися. Куплеты сразу понравились не только группе, работающей над фильмом, но их запели и другие студийцы
Распределили роли: Атаманшу споет Зиновий Гердт, Трубадура – Олег Анофриев, за Принцессу – солистка квартета «Аккорд» Зоя Харабадзе, за музыкантов – остальные участники «Аккорда».
Студия «Союзмультфильм» не располагала необходимыми возможностями, чтобы записать музыку так, как её задумал композитор. Юрий Энтин, который в ту пору работал редактором фирмы «Мелодия», договорился записывать фонограмму у себя на работе в новенькой студии. А поскольку студия была постоянно занята, запись назначили на двенадцать ночи.
– И вот приходим на запись, а артистов наших нет, –вспоминает Юрий Сергеевич. – К назначенному часу появился только Олег Анофриев, который рядом с «Мелодией» жил, и пришел сказать, что записываться не может, потому что у него высокая температура. Тут же позвонил Гердт: он не рассчитал где-то на вечеринке и изрядно выпил, мол, перенесите запись. Потом позвонили с такой же просьбой ребята из «Аккорда». Но перенести работу мы никак не могли и решили справиться своими силами. В ночи позвали в студию наших друзей: поэта Анатолия Горохова (ему принадлежат строчки из песни «Наша служба и опасна и трудна…») и певицу Эльмиру Жерздеву.

Эльмира стала Принцессой, Анатолий отдувался за всех музыкантов – ему, кстати, принадлежит знаменитое ослиное «Е-е-е-е-е!».
С грехом пополам запись началась... Это просто счастье, что в создании фильма принял участие замечательный звукорежиссёр, а впоследствии и композитор Виктор Бабушкин. Записали серенаду Трубадура, их дуэт с Принцессой. Дошла очередь до ансамблей. И тут выяснилось, что Олег Анофриев — неплохой имитатор. Звукорежиссёр записывал певца на отдельные дорожки, потом соединял все вместе, прибавляя сочный бас Анатолия Горохова. Бо-о-ольшой секрет! — спел за Короля слабеньким тенорочком Геннадий Гладков. Добрались до куплетов настоящих разбойников и опять тупик... Во главе банды должна быть женщина — Атаманша. Лирическое сопрано Эльмиры Жерздевой никак для этого не подходило. И тогда Олег Анофриев предложил спеть и за Атаманшу! Все оторопели. Но он настаивал, потом спросил, кого из актрис нужно «видеть» в роли Атаманши? — Скорее всего, Фаину Раневскую? — Отлично! Попробую «под Раневскую»! — заявил Анофриев и пошёл к микрофону.
Запись благополучно закончилась. Все с облегчением вздохнули. Как говорится, в русской народной пословице — нет худа без добра! Из студии граммзаписи " Мелодия" разъезжались под утро.
Итак, герои получили голоса. Осталось самое сложное — придумать их облик.

В черновом варианте все герои мультфильма выглядели более чем прилично. Принцесса в пышных кружевах, Трубадур в шутовском колпаке, вычурные дворцовые палаты.

Подготовительный период по фильму заканчивался, а споры с художником были в полном разгаре. «Тогда я решилась на достаточно рискованный шаг, — вспоминает Инесса Ковалевская, — представить художественному совету киностудии, наравне с режиссёрским сценарием, раскадровкой и музыкой, именно этих персонажей, по моему мнению, совершенно несозвучных ни музыке, ни жанру фильма.»

Была надежда, что вместо обид художник всё-таки прислушается к мнению членов худсовета. Члены художественного совета были удивительно единодушны во мнении, что данные персонажи не соответствуют сценарию, а особенно музыке. Надо отдать должное Максу Жеребчевскому — он согласился.

Как-то я листала один зарубежный журнал и увидела там блондина с прической под «Битлз» в джинсах, – говорит режиссер. – Показала фотографию художнику, и тут же возник наш будущий Трубадур.

В этом же журнале подглядела и девочку в коротком красном платьице, решили из нее сделать Принцессу.

В новом виде предстали и остальные музыканты.

Даже повозка стала чемоданом на колесах. Король, охрана и придворные трудностей не составили.

Но вот разбойники... Мультипликационные разбойники, персонажи достаточно распространённые, но нужны особенные, ни на кого не похожие! Фильм запустился в производство, а «своих» разбойников не было. На студии был объявлен негласный конкурс. Рисовали их и косыми, и рыжими, и зелеными, разными, – но всё это было не то!
Но однажды редактор Наталья Абрамова принесла календарь с фотографиями популярной в то время троицы: Вицина, Моргунова и Никулина.

Вот они —Разбойники!

Атаманшу нужно было сделать под стать всем остальным.

Литературный сценарий очень отличается от режиссерского. К сценарию прилагается раскадровка, она напоминает современные комиксы и состоит из рисунков-кадров. Фильм снимается не по порядку, все сцены разрознены, и, чтобы всё сошлось в единое целое, режиссёрский сценарий и раскадровка являются основным руководством для всех работающих над фильмом. К сожалению, сохранились только режиссёрские наброски.

Подготовительный период завершается заседанием Художественного совета киностудии, принимающим всю проделанную работу. Утверждается творческо-производственная группа. В неё входят: кинорежиссёр И.Ковалевская, художник-постановщик М.Жеребчевский, оператор Е. Петрова, звукооператор В. Бабушкин, ассистент режиссёра, ассистент художника С. Скребнёва, монтажёр Е. Тертычная, редактор А. Снесарев, группа художников-мультипликаторов и директор картины.
Когда всё придумано, нужно показать все эти фантазии зрителю. Но ведь таких нарисованных артистов в жизни нет, и не должны они быть как живые люди. Кто заставит фантазию двигаться? В своё время киностудия «Союзмультфильм» сама готовила свои кадры на специальных курсах. Сюда приходили совсем молодыми, здесь учились и потом работали практически всю жизнь. На студии у каждого было постоянное место с непременным зеркалом. Посмотрит мультипликатор в зеркало, вообразит себя волком или котёнком и перенесёт всё на бумагу.

Никто не удивлялся, если в коридоре студии кто-нибудь вдруг замяукает или запрыгает зайчиком — это просто художник входит в образ!
Иногда профессию художника-мультипликатора сравнивают с актёрской. Обычный актёр вживается в роль, приспосабливая свой организм создаёт из него образ. Художник-мультипликатор не только вживается в роль, он создаёт образ, которого в природе нет. Наделяет его походкой, привычками, характером, соединяет его с голосом. Даже когда его герой «неживой».
Попробуйте-ка представить себе, как ходит стул, как мечтает стол, сердятся подушки или танцуют ложки! Не можете? Значит вы не аниматор!

Конечно, у каждого художника-мультипликатора есть свои пристрастия: один любит персонажей динамических, другой — лирических, третий предпочитает музыкальный материал. Кому-то по душе психологические сцены, а некоторым- драки и погони. Но, в принципе, каждый должен уметь делать всё. В мультипликационном фильме каждую отдельную сцену делает один-единственный мультипликатор. Он играет и рисует за всех. Конечно, режиссёр старается подобрать задание для мультипликатора так, чтобы в сценах были одни и те же персонажи, но это удаётся редко.
Чтобы сделать фильм в срок, к работе над фильмом одновременно привлекаются несколько художников-мультипликаторов, три или пять. Каждый мультипликатор вносит особенности своего творческого почерка. При этом, сохранив всё то хорошее, что придумал исполнитель, необходимо сохранить целостность фильма. Чем больше на картине работает художников-мультипликаторов, тем труднее приходится режиссёру и художнику-постановщику.

«Что же касается фильма „Бременские музыканты“, то на нём одновременно работали 16 художников-мультипликаторов. Только очень малый режиссёрский опыт мог заставить меня пойти на такой эксперимент. Больше этого я себе никогда не позволяла! — рассказывает Инесса Ковалевская, — Поскольку с большинством художников-мультипликаторов на фильме „Бременские музыканты“ я познакомилась впервые, то задания-сцены поначалу раздавались наугад, без учёта способностей и особенностей данного исполнителя. Только через некоторое время, после просмотра первых проб мультипликата, я стала лучше понимать, кому и какую предложить работу».

Несмотря на сложности и творческие споры, многих судьба связала на долгие счастливые годы совместной работы. Вспоминает художник-мультипликатор Элла Маслова:
«Я работала на многих фильмах режиссёра И. Ковалевской. Каждый раз после окончания фильма оставалось ощущение праздника. Я думаю, что зрители, посмотрев эти музыкальные мультфильмы, чувствуют то же самое. Хочется рассказать и об удивительной профессии художника-мультипликатора. Это художник-актёр, который должен быть всесторонне одарённым человеком. Он должен обладать навыками и других профессий: музыканта, танцора, спортсмена, постоянно наблюдая за всем, что происходит вокруг. Мультипликатор подглядывает за повадками животных и птиц, его можно сравнить с волшебником, который может оживить нарисованных людей, животных, птиц, наделяя каждого своим собственным характером. Например, в фильме „Бременские музыканты“, разрабатывая сцену с котом-факиром, мне пришлось вспомнить, как работает факир в цирке. Как двигаются его руки, как он манипулирует своим плащом, из которого появляются диковинные предметы».

Ещё хотелось бы рассказать об Александре Давыдове. Его рекомендовали, как интересного мультипликатора, так и оказалось. Потом, уже как режиссёр, он поставит фильмы «Про попугая Кешу» и «Раз горох, два горох».
В картину «Бременские музыканты» он вошёл легко и свободно с эпизода, где бродячая труппа, как чучело-пирамида выступает перед королевским дворцом. Потом распадается и продолжает эксцентрический танец.

Объяснить только на словах, какой это должен быть танец, практически невозможно, для этого нужно быть балетмейстером. Режиссер «как могла» показала мультипликатору, тот много раз слушал музыку, отмечал на экспозиционных листах заметки. Потом переписал запись себе на магнитофон и ушёл, напевая...
«Сцена получилась точно такой, какой я себе её и представляла и даже лучше!» — вспоминает Инесса Ковалевская.
Вдохновлённая удачей, режиссер предложила Давыдову взять знаменитую песенку лже-разбойников, в которых переоделись музыканты герои: «пиф — паф — и вы покойники!» Здесь были задействованы почти все персонажи фильма.
«Я бы даже не назвала его хорошим рисовальщиком. Но его умение слушать и слышать музыку, что совсем не одно и то же, умение точно расставить акценты в движениях персонажей, обострённое чувство экранного времени просто замечательны!» — рассказывает Инесса Алексеевна.

Отвлекаясь от темы, можно рассказать забавный случай, связанный с разбойничьим эпизодом. После окончания фильма творческая группа режиссёров с новыми картинами поехала в Казань: «Бременские музыканты», «Шпионские страсти», «Чебурашка» и др. Приём был прекрасный.
Сопровождал группу очень серьёзный и неразговорчивый чиновник из проката. После небольшого выступления зрители смотрели программу, а группа за кулисами усаживались за стол, прислушиваясь краем уха к реакции зала. И каждый раз, как только дело доходило до номера с разбойниками, наш «серьёзный чиновник» смущённо извинялся, вылезал из-за стола и отправлялся в зрительный зал посмотреть любимый разбойничий номер. С широкой улыбкой он возвращался к столу. Сколько раз он смотрел и слушал этот номер, трудно сказать.

«Ох, рано встаёт охрана!» Зритель увидел, услышал и запомнил! В этом большая заслуга художника — мультипликатора Виталия Боброва. Его акценты, находки в походке и мимике зафиксировали яркий эпизод, который полюбился зрителю. Прекрасный рисовальщик, которому удавались и люди и звери, и динамика и лирика, фантазёр и выдумщик, искренне увлечённый своей работой.
Лента черновой пробы склеена в кольцо и прогоняется много раз подряд. Тут же режиссёр и художник вносят свои поправки. Возникает обсуждение, споры. Просмотры черновых проб, как своих, так и чужих — отличная школа для художников-мультипликаторов, где можно многому научиться, услышать подробную оценку своей работы и увидеть собственные ошибки. Постепенно, по мере готовности мультипликата, к делу подключаются и цеха киностудии: прорисовка, фазовка, контуровка, заливка. Всё больше и больше студийцев трудятся над нашей картиной. Это уже не десяток, а добрая сотня пар искусных и трудолюбивых рук. Фазовка — черновая, чистовая или на целлулоиде соединяет компоновки, которые делает мультипликатор, в единое целое, что и создаёт движение на экране. И, наконец, заливка, когда персонажи из контурных, прозрачных, становятся полноценными, цветными героями фильма.

Все эти этапы работы проходят через бесконечные проверки, доделки, уточнения, чтобы на экране не было дрожащего контура или ошибки в расцветке персонажей.
К финалу фильма наступала особенно горячая пора, оставались вечерами и работали в выходные. На помощь спешили другие группы, ведь они знали, что им помогут так же. Хочется отметить, что съёмочная техника была допотопной и самопальной, но на ней, как выяснилось теперь, снимались очень неплохие фильмы. Худсовет 1969 г. был многолюдным: помимо студийцев, в него входили известные писатели, поэты, художники, композиторы, мнение которых было достаточно профессиональным. Студийные приняли фильм более чем критично.

Один из старейших и уважаемых Мастеров безусловно требовал закадровый текст. Другой, не менее уважаемый, яростно критиковал, утверждая, что так снимать нельзя. К концу обсуждения судьба фильма не имела перспектив. Положение спасли только «непрофессионалы». Известный художник Борис Ефимов (мастер политической карикатуры) сказал, что, не претендуя на профессиональный разбор качества картины, он получил большое удовольствие от просмотра, помолодел на десять лет и непременно покажет фильм детям и внукам, и всем знакомым.
Фильм приняли в Госкино и даже по первой категории. Прошёл показ и в Большом зале дома Кино. Зрители шумно реагировали на ультрасовременные наряды героев, изумлённо затихали, узнавая в разбойниках любимых киногероев, и дружно и долго аплодировали после просмотра. Некоторые сразу напевали мелодии: «Ох, рано встаёт охрана». Успех был совершенный! Но интрига ещё не начиналась.

Следующим этапом можно назвать обсуждение фильма в Союзе кинематографистов с привлечением кинокритиков, успешно пашущих на ниве мультипликации. Здесь произошло то же самое, что и на студийном Худсовете.
То, что было нового, интересного в фильме, вообще не обсуждалось. Лента раздражала кинокритиков. Особенно старался Н. Асенин, который яростно и убеждённо говорил об испорченной сказке.
Тем не менее, где-то выше, очевидно в Госкино, фильм решили послать на фестиваль в Берлине. Были подготовлены оригинальные плакаты... И вдруг, в один день всё отменилось! Спустя много лет интрига раскрылась. Как рассказали люди в «Совэкспортфильме», в это дело очень активно вмешался один из авторитетных режиссеров «Союзмультфильма» и Союза кинематографистов. Скорее всего на фестиваль отправился именно его фильм.

«Когда мне говорят о жестокой цензуре в советской кинематографии, а особенно в мультипликации, я только грустно улыбаюсь. Долгий опыт работы сначала в Госкино, а потом на студии, показал мне (и не только на моём примере), что 90% всех „неприятностей“ спровоцировано твоими же коллегами по работе. Причины могут быть самые разные, обычный чиновник до этого даже и не додумается». Инесса Ковалевская.
А фильм всё-таки встретился со зрителем. В Москве, в районе площади Восстания, открылся кинотеатр мультипликационного фильма со странным названием «Баррикада». Премьера «Бременских музыкантов» состоялась здесь, и с тех пор фильм долго не сходил с репертуарной афиши кинотеатра. Со всех концов Москвы сюда потянулись толпы родителей с детьми всех возрастов. Билеты раскупались мгновенно, и достать их было трудно.

Фильм постепенно набирал популярность. Популярности способствовала и пластинка, выпущенная фирмой «Мелодия» почти одновременно с выходом фильма, получившая огромный тираж. Это, несомненно, радовало, если бы не одно маленькое обстоятельство. Для пластинки нужно было только наложить текст от автора, что и сделал В. Ливанов. Получилась музыкальная сказка. Странно только, что работа над пластинкой делалась втайне. На красивом конверте пластинки была скромная аннотация, в которой говорилось, что по этой сказке сделан мультипликационный фильм. Многие киноведы уверены, что сначала Ливанов сделал пластинку, а потом появился фильм.