Неизвестые факты об известных книгах (11 фото)

Одним из прототипов героя романа — Эдмона Дантеса — стал сапожник из Нима по имени Франсуа Пико, который был помолвлен с состоятельной женщиной. В 1807 году, по доносу троих своих завистливых «друзей» (Лупьян, Солари и Шобар), ложно обвинивших его в шпионаже в пользу Англии, Пико был арестован и брошен в крепость Фенестрелле, где провёл около 7 лет. Четвёртый его приятель, Антуан Аллю, не участвуя в заговоре, но зная о нём, малодушно смолчал об этой подлости. Невеста Франсуа, после двух лет бесплодного ожидания, была вынуждена вступить в брак с Лупьяном.

Пико в течение первых двух лет даже не знал, за что именно он посажен. В тюрьме Пико прорыл небольшой подземный ход в соседнюю камеру, где содержался богатый итальянский священник отец Тори. Они подружились, и Пико ухаживал за больным священником, который через год, перед смертью, поведал ему тайну о скрытом в Милане сокровище. После падения императорской власти в 1814 году Франсуа Пико вышел на свободу, овладел завещанными ему сокровищами и под другим именем объявился в Париже, где посвятил 10 лет возмездию за подлость и предательство.

Александр Дюма заинтересовался этой историей и трансформировал её в приключения Эдмона Дантеса — Графа Монте-Кристо. Роман Дюма, однако, лишён мрачного уголовного колорита, его благородный герой вначале ощущает себя орудием высшего возмездия, но в конце романа, отрезвлённый гибелью невинных, отказывается от мести в пользу милосердия.

Александр Дюма не писал продолжений этого романа, однако известны многие продолжения, некоторые из которых якобы найдены в архиве писателя после его смерти (или приписывают Дюма-сыну). Но судя по стилю письма и описания событий, ни отец, ни сын Дюма не могли написать подобные произведения.

Роман «Последний платёж»

В Москву весной 1838 года приезжает Эдмон Дантес с Гайде, которая уже стала его женой и родила ему сына и дочь. В одном из ресторанов один из студентов, узнав фамилию графа, даёт ему пощёчину. Вскоре граф Монте-Кристо узнаёт, что его перепутали с Жоржем Дантесом. Графу не понравилось, что его фамилия впутана в скандал, и он решает отомстить убийце Пушкина. Сейчас уже доказано, что роман «Последний платеж» — очень поздняя мистификация

Жюль Верн написал книгу «Матиас Шандор» (1885). По его признанию это — «ответ роману А. Дюма». Но в отличие от Эдмона Дантеса, герой Ж. Верна граф Матиас Шандор является уже не обыкновенным наивным простаком, подставленным «друзьями» из зависти/ревности, а дворянином и венгерским революционером, стремящимся к свержению австрийской власти в Австро-Венгрии. Неоднократно можно даже услышать мнения читателей о том, что данное произведение превзошло творение Дюма.

Альфред Бестер в научно-фантастическом романе Тигр! Тигр! (англ. The Stars My Destination), написанном в 1956 году, частично применил мотивы романа Дюма. Обычный космический чернорабочий оставлен в разрушенном судне, где клянётся отомстить тем, кто покинул его. Он спасается, но после заключён в тюрьму, убегает, после становится богатым и начинает мстить.

Пушкин работал над этим романом свыше семи лет, с 1823 по 1831 год. Роман был, по словам поэта, «плодом» «ума холодных наблюдений и сердца горестных замет». Работу над ним Пушкин называл подвигом — из всего своего творческого наследия только «Бориса Годунова» он характеризовал этим же словом.

Изначально предполагалось, что роман в стихах будет состоять из 9 глав, но впоследствии Пушкин переработал его структуру, оставив только 8 глав. Он исключил из основного текста произведения главу «Путешествие Онегина», включив её фрагменты в качестве приложения к основному тексту. Существовал фрагмент этой главы, где по некоторым данным описывалось, как Онегин видит военные поселения близ Одесской пристани, а далее шли замечания и суждения, в некоторых местах в излишне резком тоне. Опасаясь возможных преследований властей, Пушкин уничтожил этот фрагмент «Путешествия Онегина»

Ряд отрывков с описанием природы («Уж небо осенью дышало…», «Вот север, тучи нагоняя…», «Зима! Крестьянин, торжествуя…», «Гонимы вешними лучами…») используются в младших классах школы для заучивания наизусть вне связи с произведением в целом

Польские исследователи литературы категорически утверждали, что реальными прообразами Овода были деятели польской социально-революционной партии «Пролетариат», русские же читатели сразу после выхода в России «Овода» узнали в нем знакомые черты русских революционеров. Некоторые исследователи считают, что в образе Овода легко обнаружить черты Мадзини и Гарибальди.

В 1955 г. советские литераторы сумели разыскать проживающую в Нью-Йорке Э. Л. Войнич и стали поддерживать с ней тесную связь. Она поставила все точки над i по поводу прототипов героев своего романа и положила конец спорам.

«С ранней юности большое влияние на меня оказывали биография и произведения Мадзини, а впоследствии (1885—1886) жизнь и произведения аббата Ламенне, чьи «Слова верующего» я знаю чуть ли не наизусть. Библия и произведения Шекспира, Мильтона, Шелли и Блейка (его стихи «Счастливой мошкою летаю, живу ли я, иль умираю», которые я знала еще с детства) больше всего, как мне кажется, повлияли на мое юношеское сознание. Личность Ламенне, как мне кажется, отчасти оказала известное влияние на создание образа Монтанелли.
Происхождение образа Артура связано с моим давним интересом к Мадзини и с портретом неизвестного юноши в черном, находящимся в Лувре, который я впервые увидела в 1885 г. То, что в романе усматривается отражение русского или польского влияния, как указывает госпожа Таратута в своем предисловии к новому русскому изданию «Овода», естественно и понятно. Где, кроме Восточной Европы и среды русских и польских эмигрантов в Лондоне и в Западной Европе, я могла бы непосредственно познакомиться с условиями, которые в той или иной степени существовали в Италии в юношеский период жизни Мадзини? С другой стороны, Анна Нилл, которая только что перечитала биографические заметки, предваряющие книгу Мадзини «Обязанности человека и другие очерки», указывала мне на многочисленные детали, которые, по ее мнению, могли оказать влияние на создание образа Артура.
Единственный образ в «Оводе», который я могу отчасти считать портретом — и даже в этом случае портретом весьма фрагментарным,— это Джемма, образ которой был в какой-то степени списан — особенно ее личный облик — с моего дорогого друга Шарлотты Уилсон, так много помогавшей Кропоткину в его работе».

Н. В. Гоголь подчеркивал, что повесть — фантастическая, а образ — собирательный, но одним из прообразов Тараса Бульбы является предок известного путешественника куренной атаман Войска Запорожского Охрим Макуха, сподвижник Богдана Хмельницкого, родившийся в Стародубе в начале XVII века, который имел троих сыновей Назара, Хому (Фому) и Омелька (Емельяна), из которых Назар предал своих товарищей-казаков и перешел на сторону войска Речи Посполитой из-за любви к польской панночке (прототип гоголевского Андрия), Хома (прототип гоголевского Остапа) погиб, пытаясь доставить Назара отцу, а Емельян стал предком Николая Миклухо-Маклая и его дяди Григория Ильича Миклухи, учившегося вместе с Николаем Гоголем и рассказавшего ему семейное предание. Прообразом является также Иван Гонта, которому ошибочно приписывалось убийство двоих сыновей от жены-польки, хотя его жена — русская, и история — вымышленная.

«Тарас Бульба» имеет большую и сложную творческую историю. Он был впервые напечатан в 1835 году в сборнике «Миргород». В 1842 году во втором томе своих «Сочинений» Гоголь поместил «Тараса Бульбу» в новой, коренным образом переделанной редакции. Работа над этим произведением продолжалась с перерывами девять лет: с 1833 года до 1842 год. Между первой и второй редакциями «Тараса Бульбы» был написан ряд промежуточных редакций некоторых глав.

Основное отличие второй редакции от первой сводится к следующему. Историко-бытовой фон повести значительно обогатился — дана более подробная характеристика возникновения казачества, запорожского войска, законов и обычаев Сечи. Сжатый рассказ об осаде Дубна заменён развернутым эпическим изображением сражений и героических подвигов казаков. Во второй редакции полнее даны любовные переживания Андрия и глубже раскрыт трагизм его положения, вызванный изменой.

Переосмыслению подвергся образ Тараса Бульбы. Место в первой редакции, где говорится о том, что Тарас «был большой охотник до набегов и бунтов», заменено во второй следующим: «Неугомонный, вечно он считал себя законным защитником православия. Самоуправно входил в сёла, где только жаловались на притеснения арендаторов и на прибавку новых пошлин с дыма». Вложенные во второй редакции в уста Тараса призывы к товарищеской солидарности в борьбе с врагами и речь о величии русского народа окончательно дорисовывают героический образ борца за национальную свободу

Жюль Верн обычно писал свои романы, основываясь на своих научных знаниях. Но в «Таинственном острове» он намерено умолчал одну деталь. Как на самом деле изготавливали его герои нитроглицерин для подрыва гранитной скалы. Оказывается, там не хватало одной очень важной детали: катализатора (платина), без которой вся эта затея ни за что бы не сработала.

Сам Марк Твен утверждал, что это произведение было, возможно, первым литературным произведением, рукопись которого была напечатана на пишущей машинке. Однако исследователи утверждают, что первым произведением, рукопись которого была напечатана на пишущей машинке, стала его же «Жизнь на Миссисипи» (1883).
Изначально автор определял своё произведение для взрослых читателей, но книга стала популярной среди детей.
Про Тома Сойера существует четыре повести: «Приключения Тома Сойера», «Приключения Гекльберри Финна», «Том Сойер за границей» и «Том Сойер — сыщик», а также одна неоконченная — «Заговор Тома Сойера».

Марк Твен был противником расизма и рабства, и устами своих героев прямо и недвусмысленно заявляет об этом со страниц романа. Позиция автора вызвала возмущение многих его современников. Сам Твен относился к этому с иронией. Когда в 1885 году публичная библиотека в Массачусетсе решила изъять из фонда «Приключения Гекльберри Финна», Твен написал своему издателю: «Они исключили Гека из библиотеки как «мусор, пригодный только для трущоб», из-за этого мы несомненно продадим ещё 25 тысяч копий книги».

Однако в конце XX века некоторые слова, общеупотребительные во времена создания книги (например, «ниггер»), стали считаться расовыми оскорблениями. «Приключения Гекльберри Финна» в связи с расширением границ политкорректности изъяты из программы некоторых школ США за якобы расистские высказывания. Впервые это произошло в 1957 году в штате Нью-Йорк. В феврале 2011 года в США вышло новое издание книги, в котором «оскорбительные» слова были заменены на политкорректные

Первые заметки, относящиеся к «Алым парусам», Александр Грин начал делать в 1916 году. В черновиках к «Бегущей по волнам» Грин так описал первое появление замысла повести.

«У меня есть «Алые паруса» — повесть о капитане и девочке. Я разузнал, как это происходило, совершенно случайно: я остановился у витрины с игрушками и увидел лодочку с острым парусом из белого шёлка. Эта игрушка мне что-то сказала, но я не знал — что, тогда я прикинул, не скажет ли больше парус красного, а лучше того — алого цвета, потому что в алом есть яркое ликование. Ликование означает знание, почему радуешься. И вот, развёртывая из этого, беря волны и корабль с алыми парусами, я увидел цель его бытия».

Повесть была закончена и опубликована в 1923 году, писатель посвятил её своей второй жене Нине

Хотя невидимость в оптическом диапазоне дело неопределённого будущего, текст Уэллса достаточно давно подвергается критике учёными[1]. По мнению советского популяризатора науки Якова Перельмана, даже если бы удалось разработать практическую невидимость, такой человек был бы слеп. Если у невидимки показатель преломления тела становится равным аналогичному показателю у воздуха, хрусталик в этом случае потеряет возможность преломлять лучи света и фокусировать их на сетчатке глаза. Сама сетчатка также не сможет поглощать видимый свет палочками и колбочками, по причине своей невидимости. Однако в тексте романа есть указание на то, что сетчатка глаза невидимки сохраняла свой пигмент: «Подойдя к зеркалу, перед которым я обыкновенно брился, я увидел пустоту, в которой еле-еле можно было ещё различить туманные следы пигмента на сетчатой оболочке глаз».

Роман во многом автобиографичен, есть много общего между Мартином Иденом и самим Джеком Лондоном. Оба выходцы из низов и добились исключительно собственными усилиями выдающихся успехов в литературе. Сам Лондон в молодости перепробовал много занятий и со знанием дела пишет о профессии моряка, фабричного работника и о работе в прачечной. Образ Руфи навеян первой любовью Джека Лондона — Мейбл Эпплгарт.

Однако политические и философские взгляды Лондона и его главного героя различны. Если Идену только приписывались социалистические и даже «красные» идеи (что не соответствует его индивидуализму), то Лондон являлся приверженцем социализма. Устами Бриссендена он предупреждает Мартина Идена о неизбежной гибели индивидуалиста в буржуазном обществе: «Мне бы очень хотелось, чтобы вы стали социалистом, прежде чем я умру. Только это может спасти вас в час разочарования в жизни, которое, несомненно, наступит». В заключение автор подводит читателя к мысли о том, что честный творческий человек не способен жить в буржуазном обществе.

Как и любое известное приключенческое произведение, «Остров сокровищ» вызвал к жизни ряд литературных пародий и продолжений.
Одну из таких пародий написал Джон Леннон (опубликована в книге In His Own Write, 1964). Название пародии — Treasure Ivan — игра слов (Ivan — возможно, имеется в виду его школьный приятель Айван Воэн (Ivan Vaughan)). В русском переводе Алексея Курбановского пародия называется «Осип Сокрович»
О жизни Сильвера до событий «Острова Сокровищ» Деннисом Джудом написан роман «Приключения Долговязого Джона Сильвера»
Один из лучших романов-предысторий - «Приключения Бена Ганна» Р. Делдерфилда, также написанный от лица Д. Хокинса
Также интересны другие произведения
Э. Чупак. «Джон Сильвер: Возвращение на остров Сокровищ», Frank Delaney (под псевдонимом Francis Bryan) роман-сиквел «Джим Хокинс и проклятие Острова Сокровищ».
В 2013 г. российский писатель В. Точинов выпустил «роман-расследование» «Остров без сокровищ», в котором доказывает, что кажущиеся сюжетные нестыковки романа оказываются тонко продуманными сюжетными ходами, за которыми скрывается подлинное лицо героев. В частности, родители Джима Хокинса промышляли контрабандой, доходы от которой получал сквайр Трелони, доктор Ливси был шпионом якобитов, и т. д.