На что идут «чайлдфри», чтобы никогда не иметь детей

Так какие же аргументы в защиту своей позиции приводят «чайлдфри»?

Кира, 19 лет, не замужем, Тула:

У меня нет тяги к материнству. Мне и в детском саду дочки-матери были неинтересны: я предпочитала общаться со взрослыми и мастерить всякие штуки. К 17 годам я решила, что детей у меня не будет. У меня другие приоритеты в жизни: я хочу заниматься наукой, а семейные ценности мне просто неинтересны.

Я интроверт, устаю от взаимодействия с людьми и могу здорово вспылить, когда мне что-то мешает. У меня есть кошка, которая иногда по ночам ходит по квартире и мяукает. Я могу бросить в нее чем-нибудь или закрыть ее в другой комнате. Потом я чувствую себя виноватой: кошка ведь не понимает, что я устала после учебы-работы и хочу поспать. Маленькому ребенку этого тоже не объяснишь. Срываться на ребенке — последнее дело, и уж тем более нельзя применять насилие — это может нанести ущерб его психике.

С детьми мне просто неинтересно. Я люблю общаться на научные и околонаучные темы. Вряд ли ребенок расскажет мне о каком-нибудь интересном философском течении или поможет решить задачу по астрономии. Взаимодействуя с другими, я учусь и развиваюсь, а дети кажутся мне недостаточно умными, хотя я и понимаю, что это из-за их возраста.

Я много работаю над телом, и мне не хотелось бы из-за беременности потерять наработанный результат. Кроме того, у меня есть наследственные заболевания, так что в случае беременности ущерб получу не только я, но и ребенок. Зачем мне усложнять чужую жизнь?

Всегда можно воспользоваться услугами суррогатной матери или усыновить ребенка из детдома

Кто-то скажет, что я эгоистка. Но мой теоретически возможный будущий ребенок не просил его рожать. Возможно, он, будучи взрослым, не будет мне благодарен за свое рождение. Не думаю, что имею право делать выбор за кого-то. Если я случайно забеременею, то сделаю аборт. Я не вижу этом ничего особенного: аборт — всего лишь удаление из организма нескольких клеток.

Я единственный ребенок в семье. Мой отец ушел практически сразу после моего рождения: в воспитании участия не принимал, алименты не платил. Воспитывала меня мать, отправляла на каникулы в деревню к бабушке и дедушке. Не могу сказать, что у нас максимально близкие и теплые отношения в семье, но мы любим друг друга. Мать многое отдала, чтобы я жила в хороших условиях и разносторонне развивалась. Наши взаимоотношения даже в детстве были построены на взаимном уважении, что сохраняется и сейчас. Мать знает о моих взглядах. Пока она относится к моему отказу от материнства нейтрально, говоря, что это моя жизнь и мой выбор. Она не напирает, но рассказать с улыбкой на лице о радостях материнства она всегда готова.

Я задумывалась о перевязке маточных труб, но, увы, законодательство не позволяет мне сделать операцию, которая решила бы многие проблемы. Я рассматриваю возможность сделать операцию за границей, но все упирается в финансы.

Возможно, когда-нибудь я передумаю относительно своего материнства. Но я вряд ли буду рожать сама из-за проблем со здоровьем и нежелания переживать тяготы беременности и родов. Всегда можно воспользоваться услугами суррогатной матери или усыновить ребенка из детдома. Я считаю деторождение личным выбором каждого и уважаю решение других людей.

Алексей, 26 лет, женат, Челябинск:

О чайлдфри я узнал в 23 года от подруги, которая сказала, что не хочет иметь детей. Я тогда еще подумал: «Как так?» Но когда я начал изучать движение чайлдфри, понял, что от детей только одна головная боль, а родительство — навязанный обществом стереотип. У меня прагматичный подход к детям: это лотерея — неизвестно, насколько адекватный ребенок вырастет. Дети — это большое количество затрат, которые могут не окупиться, если с ребенком что-то случится.

Год назад я обозначил свою позицию родителям, но они восприняли это как шутку. Думаю, к 30 годам начнут меня допекать. Пару раз я расставался с девушками из-за этого. Я их предупреждал о своих взглядах на рождение детей, меня пытались переубедить, но у них ничего не получалось. Логичных контраргументов мне никто не привел, только эмоциональные.
Потом я сделал вазэктомию — это надежный способ предохранения. Моя жена знает, что детей со мной не получится. Про операцию я ей не говорил, просто объяснил, что бесплодный и это не лечится. Ее это устроило. Если я не продолжу род, человечество ничего не потеряет. К детям отношусь нормально и, если сильно припрет, возможно, усыновлю ребенка.

Татьяна, 32 года, замужем, Москва:

Я была уверена, что к 25 годам рожу ребенка, потому что так положено. Я училась, работала, поступила в аспирантуру, в 23 года вышла замуж, у нас появилось собственное жилье. Был момент, когда я думала, что надо решиться и забеременеть. Потом я вдруг поняла, что ребенок нужен нашим родителям, но у меня к материнству позыва нет.

Ближе к 30 годам начались вопросы, когда же я рожу. Я ответила родителям: «А может, я вообще не хочу?» Для мамы это больная тема. У нее была тяжелая жизнь: мой брат серьезно заболел в раннем возрасте, денег не было. Маме хотелось заниматься нашим воспитанием, но приходилось много работать, чтобы нас прокормить и одеть-обуть.

Думаю, она за счет внуков хочет исправить ошибки, допущенные ею в воспитании меня и брата.

Муж тоже говорил когда-то, что надо родить, потом разговоры на эту тему прекратились. Ребенку нужно время, он не игрушка, не повторение мамы и папы, а личность, которую надо развивать. Нельзя рожать с бухты-барахты, потому что так получилось. У нас с мужем ненормированный рабочий график, я могла бы уделить ребенку часа два. Я сделаю аборт, если случайно забеременею.

Обычно гинекологи говорят: «Как же так, хотя бы одного ребенка надо». Однажды я пришла на консультацию по поводу удаления гланд к профессору в серьезную клинику. Он сказал: «Кого вы мне привели? 28 лет, детей нет, рожать не собирается, зачем ее тогда вообще лечить?» Это меня очень удивило. Я сказала, что с такими гландами беременеть нельзя. Тогда врач сменил гнев на милость и дал рекомендации.

Александр, 29 лет, не женат, Кострома:

Два года назад я жил с девушкой, у которой был ребенок. После этого я понял, что не хочу детей вообще, потому что они отнимают много времени и сил. Родители доставали меня одно время. Сначала посмеялись, сказали, что я ничего не понимаю, что вот просто ребенок чужой был, а когда свой — это совсем другое дело, сразу полюбишь. Дескать, ребенок — это же такое счастье. Мне такого счастья не надо. Я прекрасно понимаю, что дети — это ответственность и куча потраченных нервов. Кто хочет, тот пусть и заводит детей. Я никогда не буду готов к этому, предпочитаю тратить время на себя любимого.

Я чувствую неприязнь к детям.

Еще очень раздражает поведение мамаш, которые в соцсетях рассказывают, как у них ребенок покакал. Не понимаю этого, хотя меня пытаются убедить, что это физиология ребенка, что так наблюдают за его развитием.

Алиса, 37 лет, замужем, Санкт-Петербург:

Моя мама всю жизнь была типичной овуляхой, яжемамкой, а теперь она — яжебабушка! Я младший ребенок в семье. В детстве меня часто баловали, а братьям доставалось за меня. Отлично помню мать, измотанную мужем и нами, детьми. Я уже тогда поняла одну простую вещь: чем больше детей, тем больше в жизни проблем.

Моя сестра залетела случайно в 19 лет, хотела сделать аборт, но мама ее отговорила. В итоге никому не нужный ребенок вырос раздолбаем, каких я не видела! Сестра так и не вышла замуж, ее сожитель потерял большую квартиру из-за долгов, и они разъехались. Он не смог найти счастья в личной жизни, спивается. С подачи моей мамы-овуляхи загублены три судьбы!

Мама как-то раз стала мне объяснять, как после секса с мужем сделать так, чтобы наступила беременность. Она думает, что ребенок не получается потому, что я что-то не так делаю. Муж намекает про ребенка, но так, будто сам не уверен, что ему это надо. Для нас обоих это второй брак. У нас нет своего жилья, да и работу сейчас можно легко потерять.

Пару лет назад у меня родился еще один племянник. Первый год он со своими родителями жил рядом, поэтому мне «посчастливилось» окунуться в мир материнства. Через полгода я поняла, что не хочу быть матерью никогда. Я привыкла жить как хочу, спать сколько хочу и чтобы сон мой ничто не прерывало.

Я задумывалась о стерилизации: очень хочу быть свободной от плодячки, которую везде пропагандируют.

К чужим детям я отношусь терпимо. Сама никогда не беременела, но, если это вдруг случится, точно пойду на аборт. Врачи попадались деликатные и ни разу не говорили мне, что со мной что-то не так.

Глеб, 35 лет, Москва, женат:

Я понял, что не хочу детей, в 20 лет. Просто не вижу в родительстве никакого смысла для себя. Наличие ребенка не принесет мне радости, но при этом создаст ряд проблем по его воспитанию и содержанию. Есть много более интересных и позитивных занятий, а дети будут мешать ими заниматься или сделают это невозможным, не дав почти никакого позитива взамен.

На вопросы «кто подаст стакан воды?» или «кому ты все оставишь?» ответ будет: «а ведь пить-то не хочется» и «так зачем-то же нужны друзья».

Родители, конечно, недовольны, но привыкли за столько лет.

В личной жизни проблем из-за моего выбора у меня не было. Я ищу партнеров с похожими взглядами на жизнь, даже если речь идет о девушке на пару ночей — о чем-то же все равно говорить надо будет. В целом все зависит от менталитета человека, с которым общаешься. Например, на Кавказе чайлдфри не поймут в принципе, и это понятно.

К детям я отношусь совершенно спокойно, то есть так же, как и ко всем остальным людям. Даже работал с детьми в кружке в летнем лагере, организовывал походы и фестивали.

Я сделал вазэктомию: операция простая, там не на что «решаться». Аппендэктомия опаснее. Сделать ее у нас несложно: «строгость законов Российской империи всегда компенсировалась необязательностью их исполнения». Просто нашел хорошую клинику, где были готовы не слишком формально подходить к соблюдению законов.

Юлия, 36 лет, замужем, Москва:

Я не чайлдфри, я — чайлдхейт! Дети — сволочные, эгоистичные. Они хотят в подарок не щенка, а компьютер. У них нет души, и вообще они мерзкие. Родители солидарны со мной.

Мать меня с самого начала не очень любила: она возилась со своими мужиками, а я жрала картофельные очистки. Так что чайлдхейт — у нас семейное.

Дети — гадость, у меня был ребенок, знаю, что это такое. Я родила дочь в 20 лет и быстренько отдала ее знакомым. Лет пять назад я начала общаться с дочерью по ее инициативе. Сейчас ей 16 лет, и мне даже интересно иногда поговорить с этой личинкой. Я очень раскаиваюсь, что родила в этой бесперспективной и непригодной для жизни стране: только богатые могут дать своим детям все.

Я сделала много абортов, стерилизация, конечно, была бы выгоднее, но в итоге не срослось. Сейчас операция уже не имеет смысла — я старая.

Татьяна, 49 лет, не замужем, Санкт-Петербург:

Я единственный, поздний и долгожданный ребенок в интеллигентной семье. Многие утверждают, что чайлдфри не хотят детей потому, что детство было ужасным. У меня было все, что нужно для счастливого детства: игрушки, книжки, велосипед, коньки, развивающие игры, походы на лыжах, посещение музеев и детских театров. На лето снималась дача у озера. Спиртного и сигарет в доме не было. Читать научилась до школы, училась прилично. Я росла интровертом с книжкой. Что в садике, что в школе дети мне были безразличны. Подруги появились только в старших классах, когда с ними уже можно было общаться на какие-то интеллектуальные темы.

Я выбрала профессию воспитателя. Практика в яслях стала для меня шоком. Оказалось, дети ходят в штаны, их нужно кормить с ложки, они кричат, плачут, перемазаны кашей, соплями и слюнями и ноют весь день. У меня начались дикие головные боли, а от запаха молока, каши, детской мочи меня рвало. Потом была работа с детьми постарше. Мне хотелось лежать в тишине дома с книжкой, а не слушать постоянную болтовню детей и не следить за тем, что они делают. С детьми постарше с удовольствием работаю, потому что они похожи на людей, с ними можно хоть как-то общаться, чему-то обучать.

В первый же год работы я познакомилась с мужчиной, с которым живу до сих пор. Мою позицию в отношении детей он понимает. До ЗАГСа мы не дошли: нам это не нужно, я считаю, что в семье человек не свободен, а это ужасно.

В молодости я думала, что откладываю рождение на более поздний срок. Осторожно расспрашивала врачей о возможных родах и выяснила, что мне по состоянию здоровья сразу предложат кесарево. Меня это сильно отрезвило, и я с удвоенной энергией стала предохраняться. Тем временем подруги и сокурсницы начали рожать, рассказывая об ужасах беременности и родов. Увидев повисший, как тряпка, живот сокурсницы в жутких коричневых растяжках, я испытала дикий ужас.

Дальше — больше. При малейшей задержке я впадала в панику, мне было страшно даже купить тест на беременность, по спине струился холодный пот. К счастью, я благополучно избежала беременностей, абортов и родов. Все женские физиологические особенности — от месячных до грудного вскармливания — ничего, кроме отвращения, у меня не вызывают. Новорожденные и дети до двух лет откровенно пугают. Ребенку нужно готовить еду. Регулярно. А не так, как я: раза три в год под настроение салатик порежу.

Все эти родительские собрания, контроль за приготовлением уроков, подростковые бунты, детские проблемы и болезни меня нисколько не вдохновляют. У меня другие интересы: медитация, духовные и психотерапевтические практики.

Я считаю, что каждая женщина имеет право на аборт, мало ли, какие ситуации случаются: генетические уродства, изнасилования, нежелание становится матерью, а какому ребенку нужна ненавидящая его мать?

Справка:

Медицинская стерилизация возможна по письменному заявлению россиянина, если ему больше 35 лет, или россиянина, имеющего не менее двух детей, а также при наличии медицинских показаний. Стерилизовать недееспособного человека могут по заявлению его представителя или решению суда.