Уфимский Чернобыль удалось предотвратить (3 фото)

Вот если труба грохнулась бы, до сих пор, как Чернобыль, помнили бы… Не я придумал, любая статья об истории создания МЧС утверждает, что это была не только первая крупномасштабная аварийно-спасательная операция МЧС, но с нее практически начинается история МЧС. И одним из главных героев этой уникальной операции был Андрей Рожков.
А дело было так. На уфимском НПЗ на высоте 120 метров произошел надлом 150-метровой железобетонной дымовой трубы, накренившийся 30-метровый «осколок» навис над заводом и мог рухнуть в любую минуту. Падение «осколка» весом почти в 700 тонн могло привести к вполне предсказуемым последствиям. Даже если отбросить факт, что труба нависла над крупнейшим в стране нефтеперерабатывающим заводом, даже вариант падения 700-тонного «осколка» в условно чистое поле мог вызвать землетрясение в 9 баллов. Обрушение же его на завод привело бы к гигантской техногенной катастрофе, сравнимой только с Чернобылем. Специальных спасательных служб в то время в России не было. Несколько месяцев назад учрежденный при Президенте России корпус спасателей, который возглавил никому не известный тогда Сергей Шойгу (это позже в народе сложится мнение, что все другие министерства – по крайней мере, в течение десятилетия – только то и делали, чтобы ведомство Шойгу не осталось без работы), по сути существовал только на бумаге, только начал формироваться.

Из прибывших к месту аварии представителей различных ведомств только офицеры-саперы переданных корпусу военно-инженерных войск взяли на себя часть ответственности за исход рискованной операции. В течение трёх суток ими были произведены сложнейшие расчеты разных вариантов предотвращения катастрофы. В конце концов выбрали единственный и, скорее, только теоретически возможный: серией направленных взрывов срезать 700-тонный «осколок» и, развернув его на 15 градусов, положить в узкую щель между производственными установками и ниткой нефтепровода на специально подготовленную «мягкую» подушку. Для этого на обрубке трубы на разных высотах нужно было с ювелирной точностью разместить 350 килограммов взрывчатки. Закрепить взрывчатку на трубе могли только высокопрофессиональные промышленные альпинисты. Но таковых в создаваемом корпусе спасателей еще не было, можно было рассчитывать только на альпинистов-спортсменов.
Труба могла рухнуть в каждую следующую минуту с висящими на ней альпинистами, вес которых мог стать критическим. Критическим мог оказаться и вес брикетов взрывчатки, каждый в 50 килограммов, а их было 7. «Но нам очень повезло, – вспоминает Виктор Ситин, – что пока мы три дня работали на этой трубе, ветер был в нужную сторону, и она не упала внепланово. Ну и получилось так, что всю нашу веревку – альпинистскую – мы потратили на крепежи, а саму взрывчатку пришлось поднимать на пеньковых веревках. И мы опасались, что они оборвутся, так как эти брикеты были очень тяжелые».

А жители Уфы в большинстве своем даже не подозревали о нависшей над городом беде, по вечерам сидели у телевизоров, смотрели на гнусный московский криминально-политический спектакль по режиссуре «Вашингтонского обкома», последним актом которого будет уничтожение великой страны. Пройдет много времени, пока она наконец снова начнет вставать с колен, но скольким ее гражданам это будет стоить судьбы и даже жизни. Никто из истинных преступников, начиная с М. Горбачева, никоим образом не наказан, мало того, не столь давно Медведев, в бытность свою президентом, наградил Горбачева высшей наградой страны, орденом Андрея Первозванного, что народом было воспринято как плевок в душу…
Время летело стремительно и в то же время мучительно медленно, один только подъем на трубу занимал без малого час, потому решили на обед с трубы не спускаться. «Мы висели на огромной высоте весь день, – вспоминает Виктор Ситин, – слезали только на ночь, и еду нам, как и взрывчатку, доставляли наверх на веревках».
Когда подготовительные работы были закончены, заводской персонал и близлежащее население вывели на расстояние трех километров. Андрею Рожкову, учитывая его главную роль в операции, дали крутануть ручку взрывной машинки. Труба при взрыве, казалось, бесшумно развернулась на запланированные 15 градусов и точно – не рухнула, а легла! – на подготовленную подушку из бревен и песка. Как потом выяснится, подобная операция была осуществлена впервые в мире и вошла в книгу рекордов Гиннеса. Так что Андрей Рожков был внесен в нее два раза в течение всего нескольких месяцев.
За выполнение этой операции группа офицеров инженерных войск и альпинисты были награждены государственными наградами. Но бывают времена, когда кусок хлеба выше наград. «Тогда нам за работу заплатили очень хорошо, – вспоминает Виктор Ситин. – А времена-то были тяжелые. Я был директором турклуба, так вот мне заплатили три годовых оклада! Это все было за счет завода».
А Андрея Рожкова Сергей Шойгу попросил перейти спасателями в МЧС, где уже через год Андрей стал спасателем международного класса и заместителем командира созданного к тому времени Государственного центрального аэромобильного спасательного отряда, сокращенно – «Центроспас». Надо ли говорить, что костяк «Центроспаса» составили участники уникальной операции, все они за время службы в МЧС, как говорится, выбились в люди. К примеру, Сергей Кудинов стал генерал-лейтенантом, заместителем Шойгу. Не последними людьми в МЧС стали Кирилл Бородин, Сергей Лебедев. Наверное, не случайно, что ныне спасать российскую армию – возглавить ее в трудную пору – призвали главного спасателя страны.