Цыгане и медицина

Разогнать эту толпу невозможно. Бессильны охрана, полиция. Однажды вызывали пожарных, которые пытались смыть толпу из шлангов. Бесполезно. Мелкие цыгане лезут во все щели, женщины устраивают такой вой, что нервы не выдерживают ни у кого.

Авторитет барона непререкаем. Одно слово — и вся стая исчезает в течение пары минут. Хорошо, если барон в состоянии сказать это слово... Толпа стоит. Не первый день. Расставлены столы, кибитки. Зачем они всем табором стоят у больницы, непонятно никому. Даже им самим.

Барон от наркоза еще не отошел, а когда отойдет — навряд ли сможет подойти к окну и крикнуть своим, чтоб те убирались ко всем чертям. Дело в том, что он долго еще не сможет ходить — проглотил куриную кость, которая застряла в прямой кишке и проткнула ее стенку.

Инфекция расползлась, хирургам пришлось рассечь задницу крестом на четыре части. Для лучшего оттока гноя. Странно, но чувствовал барон себя при этом неплохо, хотя все хирурги утверждали, что выжить при таком обширном распространении инфекции невозможно. Смерть от калового перитонита неизбежна.

Но вот цыган стал поправляться. Глотал целиком мандарины, которые почти целыми находили в памперсе при перевязках. На глазах происходило маленькое чудо.

И вдруг исчез. Следом снялся табор. К обеду стало тихо. Искать, заявлять в милицию о пропаже, естественно, не стали. В истории болезни оставили запись, что самовольно покинул больницу. Ну и слава богу. Все равно вернется. Надо еще делать перевязки, да предстояла еще одна операция.

Но цыган не вернулся. Вечером приходит представитель из табора. Сует под нос красную книжечку — удостоверение. В ней от руки написано, что такой-то является заместителем цыганского барона. Я сначала шутки не понял, но оказывается, что подобное удостоверение среди цыган имеет большую силу. Грамотность у них ценится — к написанному слову доверие абсолютное.

— Ну и что вам надо? — спросил я. — Доктор, справку дай. О том, что Михай лежал у вас. — Не дам. Канцелярия закрыта. Завтра к лечащему врачу. А ваш Михай вообще без разрешения убежал.

Через пару часов прибыл местный из полиции. — Хоть от руки напиши, пожалуйста, — умолял он, — уже не знаем, что делать! Напиши на простом листочке, что ты такой-то, подтверждаешь, что Михай у вас был прооперирован.

И узнал я следующую историю. Оказалось, что Михай добрался до дома. Вывел из конюшни любимого жеребца. Вскочил на него и поскакал. Как он это смог, с разорванной задницей, — непонятно. Но задница все же подвела. Михай не удержался в седле и свалился. Разбил голову. Родня принесла его домой, где он вскоре и скончался от ушиба мозгов.

Приехавшая «Скорая помощь» от греха вызвала полицию. Потому что тело — с задницей, располосованной крест-накрест. Решив, что совершено некое зверское ритуальное убийство, арестовали всю семью. Возможно, подумали, что в таборе завелись сатанисты, практикующие такой страшный способ убийств, как вырезание креста на заднице, или что там еще подсказала милицейская логика.

Семья состояла из 29 человек. Всех затолкали в обезьянник местного отделения, куда обычно пятый посетитель влезал с трудом. Если кто видел убитых горем цыган, поймет тот ужас, который пережили полицейские. Не зря полицейский так выпрашивал справку, что разрезы на заднице сделаны в больнице.

А смерть в результате падения с лошади — смерть естественная для цыган, даже желанная.

*****

ДТП на трассе. Разбитые «Жигули». Внутри трое цыган. Два трупа. Но один живой, с переломанной ногой. «Скорая помощь» отбивается от табора, подъехавшего быстрее ГАИ.

Живого цыгана привозят в больницу. Врач девушка трясется от пережитого страха. Следом цыгане сами привозят трупы на своих авто. Тут начинается движуха.

В приемном покое слышны крики «Спасите!». Спускаюсь туда. На каталке труп. Но 40 человек цыган требуют спасти. Мужики кричат, угрожают. Женщины катаются по полу. Тоже не молча. На дежурной медсестре разорван халат, санитарки разбежались. Охранник заперся изнутри в кладовке.

Качу на каталке труп к лифту, к себе в реанимацию. Запираем все двери. Первый этаж отдается цыганам. Тактическое отступление. Но на первом остается один из грузовых лифтов.

Труп оставляем пока в стороне. Звоним в полицию. Цыгане угоняют лифт со спящим в нем лифтером и вкатывают к нам еще один труп. К счастью, много их в лифт не вошло. Всего шесть. Удается вытолкать. Народ мелкий.

Каталка со съемными носилками в руках профессионалов — оружие удобное. Носилки приподнимаются вверх, снимаются с опор, человек ждет удара в лицо, а в этот момент ты ударом ноги выталкиваешь освободившуюся нижнюю часть каталки вперед. Можно сломать противнику голени.

Труп весь залит бензином. Держать в помещении опасно. Вокруг кислородная подводка. Прячем его в кладовке. Кто-то предлагает повесить табличку — «склад мертвых цыган».

Отчаявшись дозвониться в полицию, срываем печать на сейфе с наркотиками. Обычно ОМОН после этого приезжает быстрее, чем через 5 мин. Но это на учениях...

Из-за дверей крики: — Доктор, как мой брат? В карманах трупов непрерывно звонят многочисленные мобильники. Цыгане хотят справиться о самочувствии лично: — Брат, ты как там? На небе?

Смотрим в окно, ждем полицию. Вместо нее продолжает двигаться колонна машин с цыганами. Шлагбаум на въезде сметен.

Наряд полиции в бронежилетах идет пешком от трассы. Молодцы, привыкли. Очищают первый этаж. Толпа рассасывается. Из приемного покоя исчезает телевизор — не самая дорогая цена победы. Пропадает даже цыган с переломанной ногой...