243k
9 лет назад · 4 фото · 4239 просмотров · 15 комментариев
Космический гений. Циолковский – ученый и философ Вселенной (4 фото)
17 сентября 1857 года, ровно 160 лет назад, родился Константин Эдуардович Циолковский – гениальный русский ученый, человек, стоявший у истоков теоретической космонавтики. «Русские в космосе» - это результат и всей его жизни тоже.
Уникальность Циолковского – не только в его колоссальном вкладе в постижение небесного и космического пространств, но и в целом в многогранности его натуры. Циолковский ведь не только формулировал и развивал космонавтику, ракетостроение, воздухоплавание и аэродинамику. Он был философом и писателем, одним из ярчайших представителей русского космизма и автором целого ряда произведений на стыке науки и фантастической литературы, в которых он призывал к освоению и заселению космического пространства.
Само происхождение Константина Эдуардовича Циолковского как бы символизировало единение двух компонентов России – западного, европейского, и восточного, азиатского, причем соединяла их, безусловно, русская культура. По отцовской линии Константин принадлежал к польскому дворянскому роду Циолковских, представители которого уже в конце XVIII века сильно обеднели и фактически вели жизнь обычных служащих. Отец будущего основоположника космонавтики Эдуард Игнатьевич Циолковский (Макар-Эдуард-Эразм Циолковский) окончил Лесной и Межевой институт[11] в Петербурге и служил лесничим. Материнская линия Константина Циолковского – род Юмашевых, татарского происхождения. Еще при Иоанне IV предки его матери Марии Ивановны Юмашевой, мелкопоместные дворяне, переселились на Псковщину. Там они постепенно обрусели, восприняли русскую традицию.
Родился Константин Эдуардович в селе Ижевском под Рязанью, где в то время служил его отец. В 1868 году отец перевелся в Вятку, где получил место столоначальника Лесного отделения. В Вятке Константин и пошел в местную гимназию. Будущему гению учеба в гимназии давалась сложно. Ситуация осложнялась тем, что в детстве, во время катания на санках, Константин простудился, переболел скарлатиной и вследствие осложнения получил частичную потерю слуха. Этот недуг тоже не способствовал хорошей учебе. Тем более, что в 1869 году внезапно умер старший брат Константина Дмитрий, учившийся в Морском училище в Петербурге. Смерть старшего сына стала страшным ударом для матери, Марии Ивановны, и в 1870 году она скоропостижно скончалась. Оставшись без матери, Константин Циолковский стал проявлять еще меньше рвения к учебе, остался на второй год, а в 1873 году был отчислен из гимназии с рекомендацией «к поступлению в техническое училище». Так и закончилось формальное образование Циолковского – после исключения из гимназии он больше уже нигде и никогда не учился. Не учился – в официальном, формальном понимании этого слова. На самом деле, Константин Циолковский учился всю жизнь. Именно самообразование позволило ему стать тем человеком, о котором вспоминают спустя 160 лет после рождения.
В июле 1873 года отец отправил Константина в Москву – поступать в Высшее техническое училище (ныне МГТУ им. Баумана). Юноша получил с собой письмо к приятелю отца, в котором Эдуард просил его помочь сыну обустроиться на новом месте. Но это письмо Циолковским было утеряно, после чего юноша снял комнату на Немецкой улице и занялся самообразованием в бесплатной Чертковской публичной библиотеке. Надо сказать, что к своему самообразованию Циолковский подошел очень основательно. Денег ему не хватало – отец присылал всего по 10-15 рублей в месяц. Поэтому жил Циолковский на хлебе и воде – в буквальном смысле. Но терпеливо ходил в библиотеку и грыз гранит наук – физики, математики, химии, геометрии, астрономии, механики. Не обходил вниманием Константин и гуманитарные дисциплины.
В Москве Константин прожил 3 года. Вернуться в Вятку пришлось по той причине, что постаревший и собирающийся выходить на пенсию отец более не мог присылать ему даже тех скудных денег, которые отправлял прежде. По возвращении Циолковский, благодаря родительским связям, смог быстро найти клиентуру и давать частные уроки. После выхода отца в отставку в 1878 году вся оставшаяся семья Циолковских вернулась в Рязань. Осенью 1879 года в Первой губернской гимназии Рязани Константин успешно сдал полный экзамен на уездного учителя математики. После сдачи экзамена Константин получил направление в Боровское уездное училище на должность учителя арифметики, куда и уехал в январе 1880 года. В Боровске, расположенном в 100 км от Москвы, Константин провел следующие 12 лет своей жизни. Именно в годы жизни в Боровске Циолковский стал развивать теорию аэродинамики, мечтая о покорении неба. В 1886 году он завершил работу «Теория и опыт аэростата, имеющего в горизонтальном направлении удлинённую форму», основанную на опыте конструирования и апробирования собственной конструкции аэростата. Примерно в это же время, в 1887 году, Циолковский опубликовал и свое первое литературное произведение – научно-фантастическую повесть «На луне». С этого времени научная фантастика будет занимать его не меньше, чем теоретические основы воздухоплавания.
Родился Константин Эдуардович в селе Ижевском под Рязанью, где в то время служил его отец. В 1868 году отец перевелся в Вятку, где получил место столоначальника Лесного отделения. В Вятке Константин и пошел в местную гимназию. Будущему гению учеба в гимназии давалась сложно. Ситуация осложнялась тем, что в детстве, во время катания на санках, Константин простудился, переболел скарлатиной и вследствие осложнения получил частичную потерю слуха. Этот недуг тоже не способствовал хорошей учебе. Тем более, что в 1869 году внезапно умер старший брат Константина Дмитрий, учившийся в Морском училище в Петербурге. Смерть старшего сына стала страшным ударом для матери, Марии Ивановны, и в 1870 году она скоропостижно скончалась. Оставшись без матери, Константин Циолковский стал проявлять еще меньше рвения к учебе, остался на второй год, а в 1873 году был отчислен из гимназии с рекомендацией «к поступлению в техническое училище». Так и закончилось формальное образование Циолковского – после исключения из гимназии он больше уже нигде и никогда не учился. Не учился – в официальном, формальном понимании этого слова. На самом деле, Константин Циолковский учился всю жизнь. Именно самообразование позволило ему стать тем человеком, о котором вспоминают спустя 160 лет после рождения.
В июле 1873 года отец отправил Константина в Москву – поступать в Высшее техническое училище (ныне МГТУ им. Баумана). Юноша получил с собой письмо к приятелю отца, в котором Эдуард просил его помочь сыну обустроиться на новом месте. Но это письмо Циолковским было утеряно, после чего юноша снял комнату на Немецкой улице и занялся самообразованием в бесплатной Чертковской публичной библиотеке. Надо сказать, что к своему самообразованию Циолковский подошел очень основательно. Денег ему не хватало – отец присылал всего по 10-15 рублей в месяц. Поэтому жил Циолковский на хлебе и воде – в буквальном смысле. Но терпеливо ходил в библиотеку и грыз гранит наук – физики, математики, химии, геометрии, астрономии, механики. Не обходил вниманием Константин и гуманитарные дисциплины.
В Москве Константин прожил 3 года. Вернуться в Вятку пришлось по той причине, что постаревший и собирающийся выходить на пенсию отец более не мог присылать ему даже тех скудных денег, которые отправлял прежде. По возвращении Циолковский, благодаря родительским связям, смог быстро найти клиентуру и давать частные уроки. После выхода отца в отставку в 1878 году вся оставшаяся семья Циолковских вернулась в Рязань. Осенью 1879 года в Первой губернской гимназии Рязани Константин успешно сдал полный экзамен на уездного учителя математики. После сдачи экзамена Константин получил направление в Боровское уездное училище на должность учителя арифметики, куда и уехал в январе 1880 года. В Боровске, расположенном в 100 км от Москвы, Константин провел следующие 12 лет своей жизни. Именно в годы жизни в Боровске Циолковский стал развивать теорию аэродинамики, мечтая о покорении неба. В 1886 году он завершил работу «Теория и опыт аэростата, имеющего в горизонтальном направлении удлинённую форму», основанную на опыте конструирования и апробирования собственной конструкции аэростата. Примерно в это же время, в 1887 году, Циолковский опубликовал и свое первое литературное произведение – научно-фантастическую повесть «На луне». С этого времени научная фантастика будет занимать его не меньше, чем теоретические основы воздухоплавания.
В 1892 году Циолковский, считавшийся к этому времени одним из лучших учителей в Боровске, по представлению директора народных училищ Д.С. Унковского был переведен в Калугу – в Калужское уездное училище. В Калуге Константин Эдуардович обосновался на всю оставшуюся жизнь. Именно здесь он осуществил большую часть своих научных разработок и сформировал свою научно-философскую систему взглядов.
Как известно, Константин Циолковский был не только ученым-практиком, но и философом науки. По своим философским взглядам он примыкал к русским космистам. Еще в юные годы, во время занятий в московской библиотеке, Циолковский познакомился с Николаем Федоровичем Федоровым – помощником библиотекаря, который на самом деле был видным религиозным философом и ученым, «московским Сократом», как его называли восторженные ученики. Однако из-за своей природной стеснительности и «дикости», как вспоминал позже сам Циолковский, он тогда так и не познакомился именно с философской концепцией Николая Федорова – одного из основоположников русского космизма.
Федоров считал, что во Вселенной преобладает хаос, имеющий разрушительные последствия. Чтобы избежать гибели Вселенной, необходимо преобразовать мир, сочетая науку и религиозные истины, объединяя человечество вокруг некоего «Общего Дела». В концепции Федорова религия не противоречила науке, а человечество должно было добиться возможности управления природой, преодолеть конечность пространства и времени, освоить космос. Удивительной была сама идея воскрешения умерших людей путем использования научных достижений. Циолковский, следуя в целом в русле идей русского космизма, представлял уже не религиозное, а естественнонаучное его направление.
Одним из важнейших достижений философии Циолковского стало понимание космоса не просто как физической среды, вмещающей в себя материю и энергию, но как пространства применения творческой энергии и способностей человека. К космосу Циолковский относился восторженно, считая его вместилищем довольства и радости, поскольку космическое пространство должно быть населено совершенными организмами, сумевшими его покорить и освоить. Человек, осваивая космос, также совершенствуется и приближается к этим совершенным организмам.
По мнению Циолковского, освоение космоса является неотъемлемым и важнейшим этапом эволюции человечества. Веря в совершенствование и развитие человечества, Циолковский был убежден в том, что современному ему человеку есть куда развиваться. Он должен преодолеть свою незрелость, следствиями которой являются войны и преступления. Именно в научно-техническом прогрессе Циолковский видел способ радикальной трансформации и окружающего мира, и самого человечества. Но, в то же время, будучи последовательным сторонником научно-технической революции, Циолковский не забывал и о вопросах этики, которые имели большое значение в рамках его философской концепции.
Как известно, Константин Циолковский был не только ученым-практиком, но и философом науки. По своим философским взглядам он примыкал к русским космистам. Еще в юные годы, во время занятий в московской библиотеке, Циолковский познакомился с Николаем Федоровичем Федоровым – помощником библиотекаря, который на самом деле был видным религиозным философом и ученым, «московским Сократом», как его называли восторженные ученики. Однако из-за своей природной стеснительности и «дикости», как вспоминал позже сам Циолковский, он тогда так и не познакомился именно с философской концепцией Николая Федорова – одного из основоположников русского космизма.
Федоров считал, что во Вселенной преобладает хаос, имеющий разрушительные последствия. Чтобы избежать гибели Вселенной, необходимо преобразовать мир, сочетая науку и религиозные истины, объединяя человечество вокруг некоего «Общего Дела». В концепции Федорова религия не противоречила науке, а человечество должно было добиться возможности управления природой, преодолеть конечность пространства и времени, освоить космос. Удивительной была сама идея воскрешения умерших людей путем использования научных достижений. Циолковский, следуя в целом в русле идей русского космизма, представлял уже не религиозное, а естественнонаучное его направление.
Одним из важнейших достижений философии Циолковского стало понимание космоса не просто как физической среды, вмещающей в себя материю и энергию, но как пространства применения творческой энергии и способностей человека. К космосу Циолковский относился восторженно, считая его вместилищем довольства и радости, поскольку космическое пространство должно быть населено совершенными организмами, сумевшими его покорить и освоить. Человек, осваивая космос, также совершенствуется и приближается к этим совершенным организмам.
По мнению Циолковского, освоение космоса является неотъемлемым и важнейшим этапом эволюции человечества. Веря в совершенствование и развитие человечества, Циолковский был убежден в том, что современному ему человеку есть куда развиваться. Он должен преодолеть свою незрелость, следствиями которой являются войны и преступления. Именно в научно-техническом прогрессе Циолковский видел способ радикальной трансформации и окружающего мира, и самого человечества. Но, в то же время, будучи последовательным сторонником научно-технической революции, Циолковский не забывал и о вопросах этики, которые имели большое значение в рамках его философской концепции.
Космическая этика Циолковского весьма оригинальна. Например, она признает превосходство одних форм жизни, которые относятся к развитым и имеющим перспективу, над другими – несовершенными, неразвитыми. Колонизация космического пространства осуществляется именно развитыми, совершенными формами, которые искореняют примитивные организмы. При этом Циолковский разделяет идею «разумного эгоизма», который заключается в «истинном себялюбии, заботе о будущности своих атомов». Поскольку в космосе осуществляется обмен атомами, разумные существа находятся в нравственных взаимоотношениях. Условия для благополучного развития атомов во Вселенной создаются именно совершенными и развитыми организмами. Любое дальнейшее усложнение организмов является, с точки зрения Циолковского, большим благом.
Такие взгляды Циолковского оказали влияние и на его позицию в отношении социального, демографического развития общества. Хотя основное внимание в своей философской концепции Циолковский всегда уделял вопросам космоса, космического разума, он не был чужд и т.н. «социальной инженерии», сформулировав собственное видение евгеники. Нет, евгеника Циолковского не имела ничего общего с евгеническими теориями европейских расистов, популярными в начале ХХ века. Но Циолковский утверждал, что будущее человечества, его совершенствование и благополучное развитие зависят от того, сколько в мире рождается гениев – локомотивов этого развития. Чтобы гениев рождалось больше, этим процессом, с точки зрения Циолковского, необходимо управлять. В каждом городе или населенном пункте необходимо создать и обустроить т.н. «лучшие дома». В них должны выделяться квартиры для наиболее способных и талантливых мужчин и женщин. Браки таких «гениальных людей» должны заключаться только с соответствующего разрешения, как и на деторождение также должно быть получено соответствующее разрешение. Циолковский считал, что реализация этой меры приведет к тому, что через несколько поколений количество талантливых и способных людей и даже гениев стремительно возрастет, т.к. гении будут заключать браки только с себе подобными и дети будут рождаться от гениального отца и гениальной матери, наследуя все качества биологических родителей.
Конечно, многие взгляды Циолковского сейчас кажутся наивными, а некоторые – чрезмерно радикальными. Например, он утверждал необходимость избавления общества от больных, калек, слабоумных. Заботиться о таких людях надо хорошо, но они не должны давать потомства и если им препятствовать в размножении, то и человечество со временем станет лучше, считал Циолковский. Что касается преступников, то их ученый и философ предлагал «расщеплять на атомы».
Особое отношение у Циолковского было к вопросам смерти и бессмертия. Для Циолковского, как и для некоторых других представителей философии русского космизма, была характерна вера в возможность рационального достижения человеческого бессмертия – с помощью научного прогресса. Возможность бессмертия выводилась ими из величия Космоса, жизнь которого не может не быть бесконечной. В то же время, космисты понимали, что бессмертие для несовершенного человека не нужно, бесконечность существования имеет смысл лишь для совершенных, разумных созданий. С точки зрения Циолковского, на текущем этапе развития человечества смерть играет роль искусственного отбора, способствуя дальнейшему совершенствованию человеческого рода. Относительная смерть человека, как и другого существа, с точки зрения Циолковского, есть некоторая остановка в существовании, не несущая абсолютной смерти. После кончины человека атомы принимают более простую форму, но они могут возродиться вновь.
В то же время, поскольку умирание всегда несет страдание, Циолковский рассматривает его как нежелательный процесс. Особенно нежелательно умирание «разумного существа», поскольку оно прерывает реализацию планов и задач последнего и это затормаживает общее развитие человечества, негативно сказываясь на его совершенствовании. Здесь Циолковский подходит к идее иммортализма – личного физического бессмертия для конкретного человека, которое, по его мнению, можно реализовать тремя путями: продлением человеческой жизни (для начала до 125-200 лет), изменением самой природы человека и его организма, перерождением человеческой личности.
Октябрьская революция произошла, когда Циолковский был уже пожилым человеком. Последующие 18 лет он прожил в советском государстве и, надо сказать, отношения с советской властью у Циолковского сложились вполне хорошие. Например, он удостоился еще в 1921 году пожизненной пенсии за заслуги перед отечественной и мировой наукой. Вряд ли в царской России он получил бы подобное поощрение. К исследованиям Циолковского советская власть относилась в высшей степени серьезно. Уже после смерти ученого он стал одной из «икон» советской космонавтики и ракетостроения, которые возводились, в том числе, и к Константину Циолковскому. Его именем были названы множество улиц в целом ряде городов Советского Союза, учебные заведения, музеи. Во многом, именно благодаря советской власти «калужский мечтатель» навсегда остался в русской истории – не только как прожектер, философ и фантаст, но и как провозвестник и теоретик освоения космоса.
Автор: Илья Полонский
Такие взгляды Циолковского оказали влияние и на его позицию в отношении социального, демографического развития общества. Хотя основное внимание в своей философской концепции Циолковский всегда уделял вопросам космоса, космического разума, он не был чужд и т.н. «социальной инженерии», сформулировав собственное видение евгеники. Нет, евгеника Циолковского не имела ничего общего с евгеническими теориями европейских расистов, популярными в начале ХХ века. Но Циолковский утверждал, что будущее человечества, его совершенствование и благополучное развитие зависят от того, сколько в мире рождается гениев – локомотивов этого развития. Чтобы гениев рождалось больше, этим процессом, с точки зрения Циолковского, необходимо управлять. В каждом городе или населенном пункте необходимо создать и обустроить т.н. «лучшие дома». В них должны выделяться квартиры для наиболее способных и талантливых мужчин и женщин. Браки таких «гениальных людей» должны заключаться только с соответствующего разрешения, как и на деторождение также должно быть получено соответствующее разрешение. Циолковский считал, что реализация этой меры приведет к тому, что через несколько поколений количество талантливых и способных людей и даже гениев стремительно возрастет, т.к. гении будут заключать браки только с себе подобными и дети будут рождаться от гениального отца и гениальной матери, наследуя все качества биологических родителей.
Конечно, многие взгляды Циолковского сейчас кажутся наивными, а некоторые – чрезмерно радикальными. Например, он утверждал необходимость избавления общества от больных, калек, слабоумных. Заботиться о таких людях надо хорошо, но они не должны давать потомства и если им препятствовать в размножении, то и человечество со временем станет лучше, считал Циолковский. Что касается преступников, то их ученый и философ предлагал «расщеплять на атомы».
Особое отношение у Циолковского было к вопросам смерти и бессмертия. Для Циолковского, как и для некоторых других представителей философии русского космизма, была характерна вера в возможность рационального достижения человеческого бессмертия – с помощью научного прогресса. Возможность бессмертия выводилась ими из величия Космоса, жизнь которого не может не быть бесконечной. В то же время, космисты понимали, что бессмертие для несовершенного человека не нужно, бесконечность существования имеет смысл лишь для совершенных, разумных созданий. С точки зрения Циолковского, на текущем этапе развития человечества смерть играет роль искусственного отбора, способствуя дальнейшему совершенствованию человеческого рода. Относительная смерть человека, как и другого существа, с точки зрения Циолковского, есть некоторая остановка в существовании, не несущая абсолютной смерти. После кончины человека атомы принимают более простую форму, но они могут возродиться вновь.
В то же время, поскольку умирание всегда несет страдание, Циолковский рассматривает его как нежелательный процесс. Особенно нежелательно умирание «разумного существа», поскольку оно прерывает реализацию планов и задач последнего и это затормаживает общее развитие человечества, негативно сказываясь на его совершенствовании. Здесь Циолковский подходит к идее иммортализма – личного физического бессмертия для конкретного человека, которое, по его мнению, можно реализовать тремя путями: продлением человеческой жизни (для начала до 125-200 лет), изменением самой природы человека и его организма, перерождением человеческой личности.
Октябрьская революция произошла, когда Циолковский был уже пожилым человеком. Последующие 18 лет он прожил в советском государстве и, надо сказать, отношения с советской властью у Циолковского сложились вполне хорошие. Например, он удостоился еще в 1921 году пожизненной пенсии за заслуги перед отечественной и мировой наукой. Вряд ли в царской России он получил бы подобное поощрение. К исследованиям Циолковского советская власть относилась в высшей степени серьезно. Уже после смерти ученого он стал одной из «икон» советской космонавтики и ракетостроения, которые возводились, в том числе, и к Константину Циолковскому. Его именем были названы множество улиц в целом ряде городов Советского Союза, учебные заведения, музеи. Во многом, именно благодаря советской власти «калужский мечтатель» навсегда остался в русской истории – не только как прожектер, философ и фантаст, но и как провозвестник и теоретик освоения космоса.
Автор: Илья Полонский
СОПЕРНИК ЦИОЛКОВСКОГО. Автор: Соломон НАФФЕРТ
Имя Константина Эдуардовича Циолковского, основоположника современной космонавтики, широко известно каждому культурному человеку. Ему поставлены памятники, открыты музеи, изданы и переизданы труды, а главное - космические корабли летают, согласно формулам, выведенным им век назад. Имя же Коровина Ивана Федоровича знакомо лишь дюжине литературоведов, краеведов и историографов отечественного металловедения. А может, и дюжины не наберется. Но, тем не менее, Коровина больше всего в жизни интересовало то же, что и Циолковского, - межпланетное сообщение. Но в отличие от Константина Эдуардовича он пошел иным путем. И, возможно, зашел слишком далеко... Интересовался полетом к Луне он еще с детства, но то были пустые мечтания - построить башню в сорок тысяч верст вышины, гигантскую катапульту или еще что-нибудь подобное. Заканчивал образование он во Франции, в знаменитом Политехническом институте, где наших соотечественников было - раз и обчелся. Вернувшись в 1889 году в Россию, Коровин быстро завоевал авторитет среди металлургов как один из новаторов - и удачливых новаторов! Промышленности требовались новые металлы и сплавы, как для мирных, так и для военных целей. Он разработал вязкую броню Коровина , пластинчатый панцирь, который при весе в полтора пуда прикрывал все туловище человека и не пропускал пулю из мосинской трехлинейки, выпущенную с расстояния в сто саженей. Стволы из новой пушечной стали, также созданной им, выдерживали втрое больше выстрелов, чем прежде. Он внедрял в практику дюралюминий и титан, серебро и золото как промышленные металлы новой отрасли - электротехники. Но заветной мечтою оставалось создание эфироплавающего аппарата . Если человек нашел способ плавать в воде и в воздухе, он непременно отыщет способ плавать и в мировом эфире, считал он (мировым эфиром прежде называли то, что сейчас именуется космосом). После смерти отца, одного из богатейших купцов Москвы, Коровин уволился со службы, ликвидировал отцовское дело, разместив, согласно собственной экономической теории, состояние не только в российских, но и во французских, английских и американских банках, и целиком посвятил жизнь созданию аппарата, способного совершить полет к Луне. Реактивный двигатель как основной он отверг сразу. Ваши расчеты убеждают, что это не двигатель, а мот, обжора, самоед! Девять десятых веса снаряда отдавать топливу? А ведь еще желательно было бы и вернуться с Луны! Нет, ваш металлический аэростат привлекает меня куда больше! - пишет он Циолковскому (1903 год, копия, Дерптский архив). Вывод один: строить межпланетный дирижабль! Оболочка, наполненная горячим эфиром (разумеется, межпланетным, а не химическим), способна поднять герметическую гондолу в стратосферу и выше, к самой Луне! Но вскоре Коровиным овладевает иная идея: магнитная сила! Болтаться в эфире без руля и без ветрил при расстояниях воистину астрономических на эфирном дирижабле теперь ему кажется делом малопривлекательным. Скорость, скорость и скорость! А скорость распространения электромагнитных волн идеально соответствует межпланетным расстояниям. Их бы поймать да заставить дуть в свои паруса! Вопрос лишь в корпусе и в парусине. Над входом в его частную лабораторию появился символический атрибут - два кольцеобразных магнита на деревянном стержне, повернутые друг к другу одноименными полюсами. Вот она, победа над силою притяжения Земли! Беда только, что мы очень плохо знакомы с магнитной энергией. Считать, что существует только два полюса, - все равно что считать, будто в мире всего два цвета: черный и белый. Ничего удивительного - мы лишь на пороге великих открытий... (Коровин - Циолковскому, март 1907 г., копия, Дерптский архив). Иван Федорович на свои средства закупает метеориты со всего мира, стараясь в них отыскать многополюсные магниты. С 1908 по 1916 год он отправляет экспедиции на Камчатку, чтобы из гейзерных солей извлечь новые, еще неизвестные металлы. Более того, вблизи Толбачика он строит рудник! Одновременно Коровин проводит геомагнитные исследования по всей Земле, включая побережье Антарктиды (частично финансируя экспедицию Скотта), будучи уверен - существуют не только Северный и Южный магнитные полюса, есть и другие, пока неведомые. Именно они могут притягивать и отталкивать аппараты, созданные из многополюсных магнитов. Отыскать полюса можно и косвенными методами. Похоже, что один из таких полюсов он нашел в Воронежской губернии, где под Острогожском покупает хутор Степной. Там он возвел одновременно и прекрасный особняк (Коровин любил и ценил комфорт), и цех для постройки аппарата. Для плавления руды, привезенной с камчатского рудника, а может, и для других целей он построил электрическую печь. Электроэнергию вырабатывали ветряные электростанции оригинальной конструкции. Конечно, мощность их была относительно невелика, но и производство-то экспериментальное, штучное. К имению проложили железнодорожную колею, по которой то и дело доставляли грузы, над цехом порой сверкали молнии, порой грохотал гром. Народ новшеств не одобрял, тем более что местных на службу Коровин брал мало, только на самую черную работу. Основные же его кадры - рабочая аристократия , высококвалифицированные петербургские и уральские мастера, которым он платил бешеные, по меркам местных обывателей, деньги - по 200-250 рублей в месяц, а лучшим так и больше. Во время Первой мировой войны цех стал работать и над правительственными заказами, выиграл конкурс на поставку окопных щитов - нечто вроде переносных убежищ, но труд над созданием аппарата не прекращался ни на день. Февральская революция заставила ускорить и без того невероятный темп. И в августе 1917 года аппарат был построен! Коровин рассылает приглашения друзьям, знакомым, просто известным людям. Он сознает - первый полет открывает новую эпоху. И вот вечером 21 августа все готово к старту. Вот как его описывает воронежский журналист И. Драгунов ( Провинциальные ведомости , 10 (23) августа 1917 г.): В поместье Степное , превращенное хозяином в великолепнейший дворец Семирамиды, приехали друзья и единомышленники господина Коровина, журналисты, инженеры, среди них известнейший писатель граф Алексей Толстой... Г-н Коровин объясняет устройство своего аппарата. Похожий на небольшой дирижабль, он выполнен, однако, целиком из металла, секрет которого г-н Коровин собирается вскоре передать новому российскому государству на безвозмездных условиях. Металл этот является магнитным, но отталкивается и притягивается к самым разнообразным предметам и даже к пустоте, которая, по словам г-на Коровина, сама является особого рода магнитом. Управляя магнитными рулями и парусами, можно заставить аппарат двигаться в нужном направлении - вверх, вниз, в любую из сторон света, при этом не требуется ни угля, ни дров, ни бензина! Аппарат подобен паруснику, для которого всегда есть попутный ветер. Идею аппарата ему подсказал его давнишний друг, господин Циолковский (пожилой господин со слуховой трубкой сначала протестующе машет руками, потом смущенно раскланивается)... Внутри аппарата расположена кабина для пассажира. Размером с комфортабельное купе, она содержит все, что может понадобиться эфирному путешественнику: абсолютно прозрачное окно-иллюминатор, электрическую лампу, кресло-кровать, бювар с письменными принадлежностями (писать придется карандашом), средства гигиены, запас еды и питья и, что главное, воздуха на две недели. Впрочем, г-н Коровин утверждает, что в межпланетном пространстве в условиях отсутствия веса еды, питья и воздуха расходоваться будет несравненно меньше, нежели на Земле. Кабина совершенно защищена и от лютых морозов, и от адской жары, которые царят в небесах одновременно! Солнце садится за горизонт, но странно - аппарат продолжает светиться! Таково свойство металла, объясняет г-н Коровин, реагировать излучением на окружающие магнитные поля. Сейчас он отправится в пробный полет. Подняться он намеревается на небывалую высоту - сто верст, после чего вернется на Землю. Аппарат требует доработки, и потому к Луне я отправлюсь позже, возможно, в конце осени , - обещает изобретатель. Он обнимается с друзьями. Фотографы сверкают магнием... Он заходит в кабинку, долго запирает дверь изнутри. Устроена дверь наподобие люка подводного судна и плотно прижата к поверхности. Вдруг совершенно бесшумно аппарат поднимается в воздух. Вот он уже на высоте десяти саженей, двадцати, ста... Мы все дружно кричим ура в честь первопроходца эфира! В воздух летят цветы, шляпы, самые экспансивные зрители, пользуясь отсутствием дам (те остались на террасе имения), срывают с себя пиджаки и размахивают ими! Широка русская душа! Тем временем аппарат продолжает набирать высоту. Через четверть часа он становится крохотным пятнышком. Наблюдение ведется через зрительные трубы, заблаговременно поставленные на штативы, и в бинокли. По полевому телефону мы связываемся с ассистентом г-на Коровина, который находится в пяти верстах от нас. Он и другой ассистент, находящийся на террасе усадьбы, сверяют данные и, проведя специальные вычисления, сообщают, что аппарат достиг высоты в пятнадцать верст! Мировой рекорд! Но это только начало, подъем не закончен. Зрители подкрепляются крепким чаем и кофе. Мы рассаживаемся на парусиновые стулья, в ногах, как известно, правды нет. Я смотрю в полевой бинокль, вижу крохотный размытый диск и более ничего. Граф Толстой любезно уступает мне место у зрительной трубы со стократным увеличением. Я узнаю знакомые очертания аппарата, мне кажется, что в круглый иллюминатор видно лицо г-на Коровина. Вероятно, это обман зрения - по данным ассистента, высота подъема превысила сорок верст. Признаюсь, была откупорена бутылочка-другая шампанского - слишком важен успех! Высота в сто верст достигнута! А наш российский Икар забирается выше и выше! Наконец, к полуночи он поднимается настолько высоко, что даже зрительная труба бессильна отыскать его в звездном небе. Мы ждем. Мы ждем до утра. Мы продолжаем ждать - и надеяться... Увы, возвращение не состоялось. Что случилось с аппаратом, осталось неизвестным. По одним предположениям, Коровин не справился с управлением несовершенной машины, и его унесло прочь от Земли. Некоторые считали, что это была гигантская мистификация: Коровин построил пусть и необыкновенный, но все-таки атмосферный дирижабль, воплотив идею Циолковского о цельнометаллическом управляемом аэростате , а высота подъема была нарочно завышена ассистентами. Предчувствуя падение Временного правительства, Коровин и не планировал возвращаться, по крайней мере в Россию, иначе зачем в пробный полет были взяты двухнедельные запасы? Но шансы, что он долетел до Америки (почему-то думали, что он летит в Америку; охваченная войной Европа была ничуть не привлекательнее тогдашней России), мизерны - такой человек, как Коровин, был по натуре слишком заметной фигурой, чтобы вести жизнь тихую и незаметную даже в африканской деревне, а уж в Америке... Скорее всего, аппарат упал и разбился в каком-нибудь безлюдном месте из-за технической неисправности или сбит над полем брани, принятый за вражеский аэростат. Возможно, он и сейчас покоится на дне Атлантического океана. Страшно и представить, каково было Коровину те две недели, покуда не истощились воздух и припасы... Поиски аппарата Коровина велись в Воронежской и всех прилегающих губерниях. Было объявлено солидное вознаграждение, но поиски успехом не увенчались. Вскоре в России произошли события, отодвинувшие полет Коровина в самый уголок человеческого сознания, а потом и полностью стершие его. Возможно, единственной памятью о Коровине остаются романы А.Толстого Аэлита , где он выведен в образе инженера Лося, и Гиперболоид инженера Гарина , в котором, по мнению близко знавших Коровина людей, черты его характера и даже биографии были поделены писателем между инженером Гариным и профессором Манцевым.
К вышесказанному добавлю, что идею многоступенчатой ракеты Циолковский, уже незадолго до своей смерти подсмотрел у немецкого ракетчика Германа Оберта, и эту идею затем славописцы стали приписывать К.Э...
Вся Калуга в памятниках посвящённых Циолковскому, колыбель космонавтики!
За славу Циолковского низкий поклон следует отвесить Чижевскому Александру Леонидовичу, его ученику и сподвижнику. Александр Леонидович ездил с лекциями по стране и рабочим заводов и фабрик рассказывал об освоении человечеством космического пространства, а на вырученные деньги переводил на европейские языки и отправлял в Академии наук Франции, Германии, Англии, Италии труды своего учителя. И уже одтуда, из Европы слава об учёном-самоучке пришла в Россию...
реально он был теоретик-философ. Ни одной мало-мальской ракеты он так и не запустил. Хотя бы слегка полетавшей в атмосфере. При том, что ещё древние китайцы делали первые ракеты, когда изобрели порох.
А сочинять этапы развития человечества - это хорошо, конечно. Да только если из твоих сочинений сбылась лишь какая-то небольшая часть, то ты, скорее, фантаст, а не учёный.
Зайцы, для того что бы понять кто такой К.Э. Циолковский нужно прочитать хотя бы пару из его работ. Особенно не относящиеся к полетам в космос.
https://royallib.com/author/tsiolkovskiy_konstantin.htmlhttps://royallib.com/author/tsiolkovskiy_konstantin.html
Ага, я собственно об этом :)
Ничё, еще не пропало!
...и мириады ракет, и от звезды до звезды
"И на Марсе будут яблони цвести!"
(К.Э. Циолковский)
Кстати, в Star Trek его именем был назван космический корабль
а я до ЦАГИ так и не добрался..(((
Он с Германом Обертом переписывался, а Оберт над Фау не работал, но разработал твердотопливную ракету. Видимо первую в мире.
не учитываешь что мне до туда добраться надо бы сначала)))
если поездом, то четверо суток)))