Криминальная история АвтоВАЗа: "Откаты придумали в Тольятти" (19 фото)

«Журналистов пытались подкупить, а когда не вышло — убили»

— Как известно, 1990-е ознаменовались периодом первоначального накопления капитала, — любая история о возникновении криминальной группировки в России начинается с этих слов. — Особенность Тольятти в том, что это моногород, экономическая модель которого во многом зависела от «АвтоВАЗа». В те годы каждый седьмой горожанин так или иначе работал на это предприятие: кроме завода ведь были ведомственные сады, больницы, профилакторий.

С журналистом Сергеем Давыдовым, главным редактором тольяттинского интернет-издания TLTgorod, мы встретились в центре города. Атмосфера уютной кофейни совсем не сочетается с темой разговора о событиях тех лет. В 1990-е наш собеседник работал в газете «Тольяттинское обозрение», которая первой стала регулярно публиковать статьи о криминальных разборках, открыто называя имена, клички, факты.

Разумеется, нравилось это далеко не всем. Намеки, прямые угрозы, попытки завести уголовные дела в отношении журналистов... Это не сработало. И в начале 2000-х были убиты двое главных редакторов издания — Валерий Иванов и Алексей Сидоров, хорошо знавшие подробности теневой жизни города (об этом ниже).

Именно с их легкой руки события в Тольятти получили название «великие рэкетирские войны: первая, вторая и третья».

— Ощущения страха в городе не было. Обычные люди жили своей жизнью, — подчеркивает Сергей Давыдов. — А в другом, параллельном мире происходили заказные убийства, разборки, «стрелки» и пр. Мишенью бандитов, как правило, становились те, кто зарабатывал деньги или обладал властью, ресурсами. А также сами преступники. Остальные узнавали об этом из нашей газеты, читая статьи как неразрывные части детектива.

Журналист не скрывает, что большие тиражи издания обеспечили развернутые публикации о «рэкетирских войнах», но обращает внимание, что из 40 полос лишь 6 были посвящены криминальной тематике. На остальных рассказывалось о городской жизни, культурных и спортивных событиях: «Впечатление, будто город жил в страхе, на улицу боялись выйти, дворы опустели — в корне неверное».

Ребята с нашего двора

Поначалу в сферу интересов криминала попали азартные игры (вроде наперстков), торговля контрафактным алкоголем, проституция и т. п. То есть город ничем не отличался от остальной России. Но центром внимания в Тольятти всегда оставался «АвтоВАЗ».

Заход на завод преступные группировки начали с контроля канала поставки краденых запчастей. А потом случился исторический момент: одному из авторитетов удалось получить доступ к так называемому выгону автомобилей с завода. С каждой партии бандиты стали получать процент, причем хороший! Теневой доход достигал 10—20% от общей прибыли.

С тех пор подобные схемы стали называть «откатами». Так что слово, получившее впоследствии столь широкое распространение, имеет тольяттинское происхождение.

Затем у завода появились посреднические фирмы, занимавшиеся продажей автомобилей по льготным ценам. Эта ниша тут же стала интересной рэкетирам, наложившим оброк.

Чем дальше — тем больше охотников было до «жигулевских» денег. Преступные группировки появлялись, дробились, воевали между собой. Доход и способы его получения стали легализоваться. Криминал как ширмой обрастал коммерческими предприятиями: число фирм, связанных с автосферой, достигало нескольких сотен. Стоянка, на которую выгоняли только что произведенные автомобили, была четко поделена на клетки. А те уже были распределены между фирмами, подконтрольными ОПГ.

По данным правоохранительных органов, в 1992—93 годах в городе насчитывалось 4—5 организованных преступных группировок. Впоследствии выделились две из них, набравшие наибольшую силу. Между ними и развернулась основная борьба за влияние и контроль на предприятии.

Настало время дележки, которое, как повелось в России образца 1990-х, было связано с разборками и заказными убийствами. Одна из самых громких стычек произошла 30 мая 1994 года возле КПП №17, когда конфликт из-за партии в три тысячи автомобилей привел к перестрелке. Рубикон был перейден — началась война.

— Как так случилось, что внезапно появились люди, готовые массово убивать? — спрашиваем у Сергея Давыдова, который пристально наблюдал за происходящим.

— Разумеется, это был не специально подготовленный десант, который забросили из глухой тайги. В основном бандитами становились местные пацаны, выросшие в обычных дворах. Никакого хитрого плана не было. Просто одни пошли в учителя и инженеры, а другие — в рэкетиры... Выживал тот, кто был наглее и борзее. Они хотели и брали свое, прекрасно понимая, что это сопряжено с опасностью. Вообще, пути было два: успешный бизнес или могила.

По словам тольяттинских журналистов, особенностью было то, что большинство бандитов «новой формации» никогда не сидели и не имели судимостей.

Да, периодически их задерживали, так как они находились под контролем милиции, но формально перед законом большинство были чисты. Люди, которых они «крышевали», редко подавали заявления в правоохранительные органы. Такие времена...

Люди в малиновых пиджаках ходили по цехам, раздавая поручения

Верхушка айсберга была на виду и хорошо знакома милиции. Однако основной процесс шел внизу — в цехах завода, на конвейере. Криминальная схема включала большую технологическую цепочку. Проникновение на предприятие было настолько глубоким, что члены ОПГ начали контролировать даже производственный процесс. Старожилы рассказывали, как братки в малиновых пиджаках ходили по цехам, отдавая распоряжения работягам.

Вес преступных группировок рос, роли в структуре были четко распределены. Имелись свои экономисты, силовики (отвечавшие за подготовку боевиков), киллеры. Лидеры ОПГ предпочитали не марать руки, делегируя важные полномочия своим «агентам».

Стремясь подчинить себе завод, бандиты стали образовывать конгломераты, союзы, альянсы. Так, в практику вошло приглашать киллеров из соседних регионов. Одна из ОПГ выписывала киллеров из группировки, державшей в страхе Рязань. Перекрестные «командировки» неминуемо означали новые жертвы. В самое ожесточенное время в Тольятти ежедневно происходило до трех заказных убийств.

— Как-то наш фотокорреспондент возвращался со съемки на месте заказного убийства, — вспоминает Сергей Давыдов. — По дороге в редакцию из окна троллейбуса заметил тело, лежащее на улице, и рядом опергруппу. Он даже не посчитал нужным выйти и сделать снимки, настолько привычным уже казалось происходившее.

Жертвами передела рынка порой становились предприниматели, пытавшиеся заниматься бизнесом. Балансировать между несколькими ОПГ, пытаясь угодить и тем, и тем, было невозможно. Были зафиксированы многочисленные покушения на директоров фирм, сотрудников «АвтоВАЗа», а также чиновников. Во время рэкетирских войн преступники убили несколько следователей, сотрудников прокуратуры и милиции.

— Можно ли было избежать всего этого? — переспрашивает наш собеседник. — Наверное, нет. Рэкетирская война было обусловлена несколькими факторами. Производился дефицитный товар, на который сохранялся огромный спрос. За рынок велась ожесточенная борьба. А правоохранительные органы на тот момент были ослаблены.

Когда изучаешь материалы, старые публикации, архив телепередач о криминальной войне в Тольятти, на ум невольно приходит аналогия: братки подменили собой власть, выполняя ее функции на свое усмотрение.

— Это сравнение несколько преувеличено, — не соглашается Сергей Давыдов. — Они занимали определенную нишу, но не могли подмять под себя весь город. Например, после пресловутой разборки возле КПП №17 были задержаны несколько десятков ее участников.

Правда, основные «потери» по загадочному стечению обстоятельств понесла лишь одна из группировок. В те темные времена образовывался клубок хитросплетений. На похоронах криминальных авторитетов были замечены высокопоставленные сотрудники правоохранительных органов, чиновники и другие уважаемые в городе люди.

В этом здании (на фото выше) находился секретный отдел тольяттинской милиции, в задачи которого входило наружное наблюдение. Внезапно случился пожар. Говорят, пострадала значительная часть документов, имевших гриф «совершенно секретно». Официальная версия — замыкание электропроводки — вызвала много вопросов.

Сотрудники милиции, противостоявшие многочисленным ОПГ, сетовали: сразу после оперативных совещаний кто-то передавал информацию лидерам группировок. В такой ситуации противостоять криминалу, проникавшему в высокие кабинеты, было очень непросто. Что уж говорить о низовом составе правоохранительных органов. Вот один установленный факт: одного из авторитетов возил действующий сотрудник ГАИ Тольятти, обеспечивавший прикрытие.

Когда усилили контроль вокруг предприятия, братки стали возить пистолеты и автоматы в машинах скорой, использовать в качестве оруженосцев девушек. Словом, на каждый ход сотрудников милиции следовали хорошо разработанные контрмероприятия.

О том, насколько цинично и хладнокровно действовали преступники, говорит история двоих киллеров, получивших меткую кличку Уткороботы за слепое повиновение и дотошную исполнительность. Они действовали как засекреченные шпионы: постоянно меняли сим-карты, места проживания, номера автомобилей. У них имелись удостоверения внештатных сотрудников милиции, чем они пользовались при перевозке крупных сумм денег, оружия и пр. Их жертвами стали более десяти человек, в том числе один из лучших оперативников города, на жизнь которого покушались несколько раз.

Ребята с нашего двора...

Баныкинское кладбище Тольятти — уникальное в каком-то смысле место. Центральная дорожка получила название «Аллея героев». С одной стороны покоятся архитекторы, писатели, инженеры, много сделавшие для города и его жителей. С другой — совсем другие «герои»...

Прямо возле ворот установлен мраморный памятник, на котором изображен портрет и нанесено только имя — «Дима». Здесь похоронен Дмитрий Рузляев, или Дима Большой, как его все называли. Будучи одним из лидеров мощной преступной группировки, он, несмотря на многочисленную охрану, погиб — его расстреляли из трех точек. Чуть поодаль — могила предшественника Димы Большого — Александра Маслова, также погибшего от пули киллера. Рядом покоятся братья Купеевы, соратники Димы. Если пройти дальше, то взгляд зацепится за целые скульптурные композиции. Примечательно, что дата смерти на таких могилах одна и та же. Впрочем, что о них говорить...

Разговор продолжается по другую сторону аллеи. Рядом покоятся двое друзей, которые при жизни шли рука об руку. Оба бывшие главные редакторы «Тольяттинского обозрения» — Валерий Иванов и Алексей Сидоров. Коллеги поднимали острые темы, привлекая внимание к проблеме. Кроме профессионального азарта, было большое желание жить в спокойном, мирном городе.

Сергей Давыдов вспоминает, что некоторым бандитам сомнительная слава даже нравилась — мол, про меня опять написали. Но те, что были поумнее, понимали: такая популярность им ни к чему, ведь при легализации доходов сложившаяся репутация не будет вязаться с образом респектабельного бизнесмена.

— Кто-то приходил в ярость, приезжал в редакцию, обещал обратиться в суд, — рассказывает журналист. — Сначала угрозы поступали лично Валерию Иванову, но он им не придавал особого значения, считал это элементом флера, журналистской романтики. Значит, мы важными делами занимаемся, раз угрожают.

Валерия Иванова убили возле подъезда его дома 29 апреля 2002 года. Журналисту было 32 года, у него остались жена и дочь. Несмотря на то что киллера, произведшего шесть выстрелов, видели многочисленные свидетели, а власти города обещали большое вознаграждение за информацию, преступление не раскрыто до сих пор.

Было несколько версий, одна из которых касалась депутатской деятельности. Однако многие коллеги считают, что это была месть за серию публикаций, связанных с организованной преступностью.

— Незадолго до убийства Иванов встречался с лидером одной из ОПГ, который предлагал деньги за то, чтобы Валера перестал упоминать имена членов его группировки. Деньги редактор не взял, а при прощании с собеседником они даже пожали руки. Публикации, впрочем, не прекратились, — отмечает Сергей Давыдов.

Это было одно из первых убийств журналистов в Тольятти, но далеко не последнее. Вскоре пост главного редактора занял Алексей Сидоров. Они вместе с Валерием Ивановым разрабатывали криминальную тему. Как считают коллеги, новый редактор отнесся к угрозам серьезнее, но полагал, что с ним все равно ничего не случится, поэтому от охраны отказался.

По городу ходил слух, будто перед выходом главный редактор надевает бронежилет. Сергей Давыдов вспоминает: «Помню, он говорил, что нужно продолжать дело. Я все же думаю, он не воспринимал опасность всерьез. Это было психологической установкой: со мной ничего не случится».

Но через год, в 2003-м, 31-летнего Алексея Сидорова убили возле дома. Преступник нанес несколько ножевых ранений. Вскоре был установлен подозреваемый — рабочий одного из тольяттинских предприятий. Коллеги погибшего посчитали, что если он и имеет отношение к произошедшему, то косвенное.

— Сложилась парадоксальная ситуация. Близкие родственники погибшего стали выступать в защиту подозреваемого, хотя тот давал признательные показания на видеокамеру, — вспоминает Сергей Давыдов. — Все заседания суда я посещал, листал материалы дела. Установлено, что свидетели видели двух-трех человек, долгое время стоявших по периметру дома Сидорова. В итоге суд полностью оправдал подозреваемого и он даже получил компенсацию. А дело об убийстве Алексея считается нераскрытым.

Как считает наш собеседник, наиболее вероятная причина убийства Сидорова тоже касается профессиональной деятельности и, скорее всего, этот «хвост» тянулся еще со времен Иванова.

— Возможно, мы не знаем всего, — говорит Сергей Давыдов. — Что за темы находились в разработке, с кем общались, какие были источники, они не афишировали. Даже самые близкие не знали этих подробностей.

Финита ля трагедия

Напряжение стало спадать в начале 2000-х, когда основные группировки были разгромлены (либо конкурентами, либо своими же). Количество заказных убийств начало резко снижаться. На «АвтоВАЗе» была проведена масштабная операция «Циклон». В Тольятти прибыли сотрудники милиции из других городов, которых сложно было запугать. Произошла системная зачистка предприятия: у малиновых пиджаков отобрали пропуска, не стало бирочек, бронирующих автомобили, надписей на лобовых стеклах.

По словам Сергея Давыдова, из Тольятти ушли большие деньги, и он стал одним из самых спокойных городов в России. Осталась лишь одна ОПГ, в которой несколько лет назад произошел раскол. Ее лидер уехал из страны, рассчитывая по-прежнему получать прибыль из Тольятти. Но остальные решили справиться без него.

— По итогам прошлого года подводил криминальные итоги, — вспоминает журналист. — Статья начиналась со слов: «Впервые за 25 лет в Тольятти не произошло ни одного заказного убийства». Но одно все-таки произошло...

Постепенно в России открывались все новые заводы по сборке легковых автомобилей. В Тольятти перестали массово ездить за машиной — бизнес в городе давно поделен, проблемы стали решать цивилизованным путем. А заказное убийство уже воспринимается как чрезвычайное происшествие. Как оно и должно быть.