Грозный Иван (7 фото)

В справочниках и энциклопедиях пишут, что Поддубный происходит из рода «потомст­венных запорожских казаков». Однако сам Иван Максимович о своих корнях рассказывал так: «Предок наш, он при Полтаве воевал - на штык шведов зараз взял в бою чуть не дюжину, да ещё и стяг вражеский. А царь Пётр за это его наградил и после службы землёй пожаловал». Запорожцы действительно участвовали в Полтавской баталии. Но... вместе с изменником Мазепой, на стороне шведов. Так что версия происхождения русского богатыря от «потомст­венных запорожцев» весьма сомнительна.

Зато сведения о почти нечеловеческой силе предка, скорее всего, несомненны. Когда самого Поддубного называли самым сильным человеком мира, он возражал: «На ковре, в борьбе - может быть… А в жизни отец мой куда сильнее меня!» Справедливости ради надо сказать, что «в жизни» сильнее Ивана Поддубного вполне мог быть Митрофан Поддубный - его младший брат. В 1916 г. на гастролях в Тульском цирке братья выступили вместе. Иван демонстрировал свой коронный номер - поднимал на плечи телеграфный столб, за концы которого хваталось по 6 человек. После нескольких встряхиваний столб ломался. Митрофан же брал на плечи помост с цирковым оркестром из 12 человек и удерживал до тех пор, пока тот не исполнит до конца «Многая лета».

Однако сам Иван Максимович, большой любитель сочинять короткие забавные стишки, говорил: «Сила есть, большой кулак. Но без техники - никак!» Под «техникой» понималась борьба как таковая. И здесь он достиг небывалых высот. В 1924 г. в Англии выходит книга «Короли ринга». Абсолютным рекордсменом, непобедимым и самым результативным борцом там признан Иван Поддубный - более 2 тысяч побеждённых противников. А ведь на тот момент карьера его завершена не была, несмотря на возраст 53 года.

Самое интересное, что как раз в красоте, в той самой «технике», Поддубному часто отказывали. «Русский мужлан берёт грубой животной силой», «Поддубный - какой-то неповоротливый чурбан» - это иност­ранные отзывы. А вот уже русский журнал «Циклист» 1903 г.: «Манера г-на Поддубного - нечто среднее между пресловутой ломкой и стремлением дать под зад своему сопернику». И только профессионалы, например цирковой ветеран Александр Ширай, видели суть: «В начале борьбы он выглядел расслабленным и даже сонным. Но если манерой двигаться он напоминал медведя, то мгновенной реакцией - тигра».
Некоторыми западными борцами эти уловки расценивались как нечестное поведение. Хотя о чести кое-кому лучше бы помолчать. В те годы фармакология ещё не стала основной дисциплиной большого спорта. И вместо допинговых скандалов разражались, например, «масляные». В кожу заранее втиралось оливковое масло, которое в процессе борьбы выходило из пор вместе с потом. Такого противника было невозможно взять в борцовский захват - он ускользал.

Всем известен, хотя бы по фильму «Борец и клоун», эпизод с Раулем Буше, соперником Поддубного, который пошёл на такой дешёвый трюк. И победил. Но спустя год был наказан - на новом чемпионате Поддубный всё же умудрился взять его в захват, поставил в партер, то есть в позу «раком», и продержал так почти сорок минут под хохот и свист зрителей. Говорят, опозоренный француз рыдал навзрыд.
Меньше известно, что слезами дело не кончилось. «Масляный» чемпион решил взять реванш. Но не на ковре, а чужими руками, исподтишка. На чемпионат в Ниццу были подосланы наёмные убийцы. И если бы не проницательность Поддубного, который вычислил их и даже обратил в бегство, дальнейшей карьеры русского борца попросту бы не было.

А она была. Перечислять все чемпионаты, подвиги и призы бессмысленно. Можно ограничиться одним косвенным рекордом: общий вес наград и медалей Поддубного тянул за 2 пуда (32 кг). Каждая из них - свидетельство того, что кто-то лёг на лопатки. Однако двух соперников русский богатырь на лопатки так и не положил, поединки засчитали как ничью. Правда, спиной одного, поляка Станислава Цыганевича, в 1906 г.
Поддубный разнёс в щепки судейский стол. А другого, эстонца Александра Аберга, в 1913 г., не рассчитав сил, швырнул в оркестр. Но не на ковёр, а потому - ничья.

Ещё один случай окончился для противника Поддубного переломом. И дело здесь не в «исключительной жестокости русского», как любили говорить иностранные репортёры. Просто его соперник дрался... ногами - он был «профессором» только-только появившейся в Европе борьбы джиу-джитсу. «Профессор», несмотря на экзотическое имя Ре-Най, был не японцем, а французом Эрнестом Ренье. Но учился у настоящего японца, Юкио Тани, в лондонском клубе «Бартитсу», который, кстати, в искажённом виде попал в один из рассказов о Шерлоке Холмсе - помните профессора Мориарти, знатока «смертоносной борьбы баритсу»? Но - слово самому Поддубному: «Стал он вокруг меня крутиться и прыгать, норовит поймать на какой-нибудь ихний приём… Наконец попробовал ногой ударить. Я его за ногу-то и поймал. Тряхнул - перелом бедра...»
Спустя многие годы Поддубного примерно так же и с похожим результатом - перелом шейки бедра - «тряхнёт» другой соперник, с которым тягаться трудно. Старость. В последние годы он ходил на костылях. Но всё равно, пусть и лёжа, занимался штангой: «Я выдюжу». И был весел до самой смерти, после которой на обороте одной из грамот нашли его стихи: «То нам жарко, то прохладно, а то ветер, а то тишь. Человеку много надо - никогда не угодишь».