«Д’Артаньян должен уметь все» (14 фото)

Обычно это становилось поводом для шуток у всей съемочной группы, но порой и самому актеру, и окружающим было совсем не до смеха.

На съемках фильма «Д’Артаньян и три мушкетера» с Боярским постоянно происходили истории, исход которых мог бы оказаться не слишком веселым. Однажды во время съемок битвы на шпагах актера случайно ранили в небо. Как показал рентген, рана была в сантиметре от мозга. К счастью, все обошлось без серьезных последствий. А сам актер с незажившим небом вскоре давал бесплатный двухчасовой концерт во Дворце моряков в Одессе, чтобы группу туда пустили на съемки.

Во время съемок «Собаки на сене» Михаил Боярский тоже пострадал – правда, на этот раз некритично. Маргарита Терехова в одной из сцен должна была давать ему пощечины и так вошла в образ, что отхлестала его по щекам с такой силой, что у него пошла кровь носом и выступили слезы на глазах. «Я себя чувствовал, как побитая собака», – признавался актер.

Все трюки на съемках должны были выполнять каскадеры, в опасных эпизодах разрешали сниматься только тем актерам, которые прошли специальную подготовку. Однако Михаил Боярский всегда рвался испытать на себе абсолютно все ощущения и предпочитал выполнять трюки самостоятельно. Узнав, что за трюки платят по 50 рублей за каждый, актер вызвался прыгнуть с высоты пятого этажа в стог сена. Режиссер Юнгвальд-Хилькевич объяснял: «Говорил, что хотел заработать друзьям на ресторан. Но на самом деле себя на прочность пробовал». Сам актер рассказывал: «Я раз прыгнул. А потом думаю: пятьдесят рублей – чего-то маловато, не хватит на всех. Прыгнул еще раз. А оказывается, все остальное – бесплатно, потому что в день за трюк платят только пятьдесят рублей. И не больше. На следующий день я снова прыгнул... Я хотел доказать, что я не хуже. Я считал, что Д’Артаньян должен уметь все».

Пробовать себя на прочность Боярскому довелось и на съемках фильма «Пеппи – Длинный чулок», где он играл отца главной героини. По сюжету, ему и Льву Дурову нужно было бросаться в море, спасая Пеппи от гибели. А происходило это поздней осенью. Подготовки к съемке этой сцены затянулись, актеры продрогли, но все же прыгнули в ледяную воду. Боярский рассказывал: «Ощущение – как будто кипяток обжигает: настолько вода была холодной. Еле догребли до Пеппи – и мигом обратно. На берегу режиссер Маргарита Микаелян встретила нас оглушительным криком: мол, мы убили ей картину – плыли неестественно, спасали некрасиво! Да как объяснишь, что в такую холодрыгу по-другому и быть не могло!».

Несколько раз съемки приходилось отменять из-за того, что актеры позволяли себе выпить лишнего. Каскадер Николай Ващилин рассказывал: «Картину мы снимали три месяца. Первый месяц «мушкетеры» у меня ходили строем: репетиция утром, вечером... Но где-то через месяц артисты заметно расслабились. Что вполне объяснимо: когда треть картины снята, никто не будет менять исполнителей. Помню, утром предстояло снимать сложнейшую сцену «засада Арамиса», надо скакать, а они все пьяные! И я понимаю, что все может закончиться печально. И отказался ставить подпись в журнале: не буду брать на себя ответственность! Съемку отменили, Георгий Эмильевич на артистов «спустил собак», на меня рассердился. Так «мушкетеры» меня тихо возненавидели. Хотя после завершения трюковых съемок в Одессе расстались хорошо: они мне теплые слова говорили, пожелания на фото написали, мы выпили шампанского, и я уехал».

На съемках фильма «Узник замка Иф» актеры тоже часто злоупотребляли спиртным. Михаил Боярский рассказывал: «Еще мы снимались в Одессе и Таллине, который я особенно запомнил потому, что съемки проходили вблизи одного из пивзаводов. На этом заводе мы выпили, наверное, годовой запас продукции… Лучше всего у нас получалась «импровизация», когда дело доходило до того, чтобы сгонять за бутылкой. Даже курьезы бывали. Например, Гия объявлял десятиминутный перерыв между съемками, десять минут проходили, а снимать уже было некого – все «импровизировали»! Сначала Юнгвальд злился, а потом садился рядом с нами и выпивал».

На съемках фильма «Возращение мушкетеров» в Одессе стояла сорокаградусная жара, и в свободные минуты актеры сбрасывали камзолы и бежали к морю охладиться. В один из таких моментов Боярского в трусах и ботфортах заснял папарацци. Заметив это, актер бросился за ним с криками: «Мужчина ты, в конце концов, или нет?».