Один в поле воин: интересные факты о фильме «Первая кровь» (10 фото)

Лично я считаю эту работу Слая самой пронзительной, глубокой и, как это странно ни прозвучит, недооценённой: грохот взрывов попросту заглушил трагический посыл, заложенный в этом киногерое, который оказывается куда более реальным и многогранным, чем можно представить.

Обложка оригинального издания романа "Первая кровь"

Есть такие фильмы, которые неотделимы от книг, по которым они сняты: поттериана, например. Ажиотаж вокруг киноадаптаций историй о мальчике-волшебнике неизменно подхлёстывал интерес к романам, и наоборот. Но есть фильмы, глядя на которые и мысли не возникает, что в основе их сценария лежит книжка. И «Первая Кровь» – как раз такой пример.

Сценарий картины написан по мотивам книги Дэвида Моррелла, сочинять которую он начал ещё в 1968-ом (используя в качестве вдохновения истории своих воевавших друзей) и опубликовавший в 1972-ом. Несмотря на неопытность автора (это был его дебют), роман пользовался успехом, получил преимущественно положительные отзывы и, само собой, попал в поле зрения голливудских продюсеров, которые выкупили права на экранизацию уже в год издания книги. Но из-за волокиты с постоянным переписыванием сценария и какого-то бесконечного поиска исполнителя главной роли, путь Рэмбо со страниц на широкие экраны растянулся на 10 лет. За такое время сценарий то тут, то там ушёл довольно далеко от своего первоисточника, но об этом поговорим чуть позже.

Рэмбо – несомненная визитка Сталлоне. Более того, слово из собственного превратилось в нарицательное: "Тоже мне, рэмбо нашёлся!" – подобное сравнение поймёт, наверное, даже бабушка из глухой сибирской деревни. Лаконичное и ёмкое – оно стало синонимом маскулинности и мужественности.

Но когда Моррелл только начал работу над книгой, он всё никак не мог придумать имя для своего героя. И тут на помощь пришла его супруга, с лёгкой руки (на самом деле – тарелки) которой ветеран войны обрёл своё имя. Во время работы над книгой, миссис Моррел подала мистеру Моррелу яблоко, которое так пришлось ему по вкусу, что он тут же решил узнать его сорт. «Рэмбо» – именно такой был сорт того удачного яблочка:

"Я сделал всего один укус и нашёл яблоко восхитительным. Спросил, что это за сорт. Услышал «Рэмбо» и понял: сильно звучит".

Кстати, у этого имени много лет спустя появилась ещё одна история возникновения. Фильм готовились показать японскому зрителю, как вдруг выяснилось, что по-японски «Рэмбо» весьма созвучно с английским lawless, что можно перевести, как непокорный или необузданный. Бывают же совпадения!

Оди Леон Мерфи -- ветеран Второй мировой войны, прообраз Джона Рэмбо

Выше я упоминал, что образ Рэмбо ткался под влиянием опыта знакомых самого писателя, которые побывали на войне во Вьетнаме и делились с ним своими воспоминаниями. Конечно, образ получился во многом коллективный, собирательный, но это не значит, что Моррелл не вдохновлялся кем-то конкретным. И таким конкретным стал герой войны, нет, не в Азии, а в Европе, по имени Оди Мерфи.

Фигура, надо сказать, в равной степени легендарная и трагическая (то, что нужно для Рэмбо).

После атаки японцев на американскую базу Пёрл Харбор, юный Мерфи решил отправиться на фронт, но в ряды воющих зачислен не был: причиной отказа стал недовес и недоросль – на момент подачи документов с прошением о рекрутизации парню было всего 16. Мерфи не отступал и таки был принят на службу в 1942-м и уже в начале 1943-го прибыл в Европу. Воевать юноша стал так рьяно, что к завершению войны на его груди красовались все (!) возможные на тот момент военные награды США и, в придачу, ещё несколько от Франции и Бельгии. Т.е. Мерфи стал самым награждаемым американским воином времён Второй мировой.

Но Моррелл решил сосредоточиться на другой особенности его биографии. Дело в том, что после демобилизации, Мерфи страдал посттравматическим синдромом и пристрастился к алкоголю. Его жизнь оборвалась в 45 лет в результате авиакатастрофы. К слову, до этого он успел построить впечатляющую карьеру в кино (!), снявшись в 44 фильмах. В том числе, автобиографическом.

Аль Пачино и режиссёр Брайан де Пальма на съёмках "Лица со шрамом"

Прежде, чем за участие в экранизации взялся Слай, роль ветерана войны предлагалась самым разным и, на первый взгляд, далёким друг от друга по типажам актёрам. Часть из них была, скажем так, типичной: например, Чак Норрис, Клинт Иствуд или Де Ниро. Другие сегодня кажутся несколько мискастными, но не делайте поспешных выводов. Рэмбо, например, могли сыграть Траволта и даже Дастин Хоффман. Нет, с головой у продюсеров всё в порядке. И всё дело в том, что сценарий по многу раз переписывался, тональность картины и сам образ протагониста менялся. Так что не волнуйтесь: если в параллельной вселенной Хоффман и получил роль, с пулемётом наперевес он там вряд ли бегает.

Кстати, был ещё один не менее интересный кандидат – Аль Пачино.

И интересен он тем, что от роли отказался сам (хотя очень хотел сыграть в фильме). А отказался, т.к. очень хотел сделать из Рэмбо ну уж совсем поехавшего и контуженного. Не найдя среди продюсеров поддержки, он проект покинул, а его место занял Сталлоне.

И вскоре о своём согласии он сииииильно пожалел.

Режиссёр Тед Котчефф и Сильвестр Сталлоне на съёмках "Первой крови", Канада

«Первая Кровь» добиралась до экранов целое десятилетие. Сначала права купила студия Коламбия Пикчерз. Так ничего и не представив, она перепродала их Уорнерам, которые тоже не довели дело до ума. В итоге проект попал в руки (тогда ещё) дуэта продюсеров – Марио Кассару и Эндрю Вайне. Их имена вы точно слышали: они звучат в начале таких фильмов, как «Красная Жара», «Терминатор 2» и «Вспомнить всё».

Скрипт переписывался и до них, а с утверждением на роль Слая подвергся новым корректировкам. Доподлинно известно о 26 (!) вариантах истории о конфликте ветерана в американском захолустье. Некоторые из них сочинил сам Сталлоне, который за свои труды получил дополнительные $3.5 млн.

Но даже своей работой он оставался недоволен, считая, что и с историей плохо (Рэмбо был то излишне говорлив, то излишне агрессивен), и с самой кармой проекта: 10 лет нахождения в производственном чистилище, смена кучи титульных актёров – всё это беспокоило Слая. Всерьёз. И даже после того, как фильм был снят и смонтирован – актёр испытывал такой скепсис, что даже намеревался выкупить плёнки-исходники, чтоб от фильма и следа не осталось. Возможно, тут ещё дело в хронометраже: первоначальная продолжительность фильма превысила три (!) часа.

К счастью, фильм перемонтировали сначала в 40-минутное превью (которое Сталлоне понравилось), а потом в уже знакомые нам полтора часа. Фильм был спасён.

Скан лобби-карточки с полковником Траутманом

Поначалу полковника Траутмана собирались сделать куда более жёстким и прагматичным героем, т.е. совершенной противоположностью образу «фигура отца» и заботливого наставника, созданному актёром Ричардом Кренной. Таким он, к слову, был и в книге: автор наделил его чертами жёсткого вояки, чтобы создать персонифицированный образ Дяди Сэма. А значит – самой Америки: страна послала его воевать, сделал моральным калекой, а потом разводила руками, открещиваясь от своего сына-ренегата.

Кстати, несмотря на смягчение образа полковника, отсылка к дяде Сэму осталась: зовут Траутмана Сэмюэл «Сэм» Траутман.

Съёмки сцены в горах. Парк "Голден Ирс", Британская колумбия, Канада

Серия фильмов о ветеране, поливающим супостатов пулемётным свинцом от бедра, с годами стала образцом кровавого боевика. Третья часть в своё время даже попала в Книгу рекордов Гиннеса, как лента с наибольшим числом насильственно лишённых жизней людей (но они же все были злодеи!). Этот факт даже был ловко поддет в пародийной ленте «Горячие Головы, ч.2».

Но такой титул выглядит ещё более неожиданным, если принять во внимание тот факт, что в «Первой крови» Рэмбо не убил НИ ОДНОГО человека. Официально в фильме лишь одна жертва: ретивый коп, стрелявший в безоружного Рэмбо с вертолёта, и из этого самого вертолёта выпавший. Особо дотошные зрители называют цифру в 4 жертвы, записав в покойники офицеров патруля, перевернувшихся на своём авто во время погони. Но это домыслы, конечно.

У фильма была другая развязка и другой полковник: на роль Траутмана был утверждён Кирк Дуглас

Как и в книге, итоговый сценарий предполагал очень суровую (для Джона Рэмбо) развязку. К финалу бедолага был изранен, истекал кровью и фактически умирал. Умирал, но не сдавался: и дело даже не в цепких руках правосудия, наказании и прочей чепухе, а в невозможности найти себя в жизни без войны. Вспомните последние слова Рэмбо: "на войне мне доверяли технику ценой в миллионы долларов, а дома я не могу устроиться на работу даже на бензоколонку". Желая завершить страдания, он просит Траутмана добить себя.

Во время тестовых прогонов фильма такая развязка погрузила зрителей в гробовое молчание: все были обескуражены и хотели худо-бедно позитивного конца для настрадавшегося парня. К мнению прислушались и сцену полностью пересняли. К счастью, плёнка с забракованным финалом выжила и даже перекочевала в четвёртый фильм, где явилась кошмарным сном Джона Рэмбо.

Пройдя через впечатляющие испытания бесконечной череды переписываний сценария, передачи прав, смены режиссёров/актёров и пересъёмок, фильм всё же добрался до зрителя, выйдя на экраны 22 октября 1982-го года. Подобные трудности и муки рождения принесли свои нетленные плоды: фильм снискал любовь зрителей и одобрение критиков в год выхода. Фильм держит марку и по сей день.

Благодаря скрупулёзной и дотошной работе родилась история, которая неизменно берёт за живое и оставляет глубокий эмоциональный след, отпечатывая в сердце и в памяти трагический образ загнанного одиночки и неприкаянного героя, для которого война так и не закончилась