Загадки войны: зачем генерал Доватор стер с лица земли Оршу-Товарную (10 фото)

Уже после первого месяца войны Гитлер назначил за голову лихого кавалериста Льва Доватора награду в 100 тысяч рейхсмарок. Гибель любимого командира потрясла казаков, составлявших немалую часть 2-го Гвардейского Кавалерийского корпуса, и месть за него стала своеобразным знаменем доваторцев. Через два дня после гибели Лев Михайлович Доватор был удостоен звания Героя Советского Союза.

Жизнь этого отважного человека оказалась быстрой и блестящей, как сабельный клинок. Начав войну в звании полковника, за пять месяцев он стал генерал-лейтенантом – и это в то время, когда генеральские звания чаще снимали, чем присваивали. Казалось бы, кавалерия, в которой он воевал, давно морально устарела: уже в Первую мировую, когда автоматическое оружие, танки и авиация только-только появлялись на полях сражений, она утратила немалую часть своего боевого значения. В 1941 году же танковые и механизированные соединения фашистов рассекали нашу оборону, как ножом, в котлах оказывались целые группы армий – что тут мог какой-то кавалерийский корпус? С саблей на танки?!

Ан нет – отдельная кавалерийская группа Доватора, быстро превратившаяся в корпус, была столь грозной силой, что в бессильной ярости немцы сожгли родное село Льва Михайловича – Хотино в Белоруссии. Никто не может сказать, каких высот мог добиться этот незаурядный человек, когда б не случайная пулеметная очередь в декабре 1941 г.
Но если внимательно приглядеться к боевому пути Льва Михайловича, то возникает ряд вопросов. Очень серьезных вопросов.

Осенью 1936 года командир отдельного разведывательного батальона 93-й стрелковой дивизии капитан Доватор был направлен для учебы в Военную академию имени Фрунзе. Затем вдруг 22 ноября 1938 года в этой самой академии он пишет свою автобиографию, которую заканчивает дежурным: «за границей не был, под судом и следствием не находился». И все бы хорошо, вот только подобные автобиографии обычно пишутся как раз при вступлении в высшие учебные заведения. Уж точно не посреди учебного процесса.
Мелочь? Конечно, мелочь. Вот только, как вспоминает дочь генерала Рита Львовна Доватор, в том самом 1936-м капитан Доватор вдруг обзавелся штатским костюмом и ботинками. Должно быть, обучение завязыванию шнурков было настолько эпично, что врезалось в детскую память. Еще бы – до этого единственной обувью Льва Михайловича были сапоги. Затем бывший командир разведбата отправился в дальнюю командировку. Семья изредка получала от него однообразные письма: «Жив, здоров, много работы, люблю, целую». Никаких деталей, подробностей, даже разговоров о погоде.
Такие письма обычно писались загодя перед отправкой за границу, а затем командование время от времени пересылало их семьям. Когда Доватор вернулся, как вспоминает Рита Львовна, он привез всем заграничные подарки. Но что еще более важно, он вскользь упоминал, что во время возвращения на родину корабль, на котором он плыл, бомбили фашисты. Из таких проговорок совершенно недвусмысленно можно заключить, что все это время Доватор находился в Испании. Именно туда в 1936 году наши военспецы ездили в штатском. Именно возвращаясь оттуда, рисковали угодить под бомбежку. Можно предположить, что капитан-разведчик там на деле изучал тактику марокканской кавалерии франкистов, успешно действовавшей в связке с мотопехотой. Полученный опыт он творчески и весьма умело применял в начале войны, разработав и применив тактику глубоких рейдов по немецким тылам.

После окончания академии с красным дипломом Доватор получил новую должность, о которой, пожалуй, мог только мечтать всякий выпускник -- в Москву начальником штаба особого отдельного кавполка. Стоит ли говорить, что абы кого в такую часть, а уж тем более на такую должность не ставили. Чуть позже он стал начальником штаба всей 36-й Особой кавалеристской Краснознаменной ордена Ленина бригады имени Сталина. Эта воинская часть считалась настоящей кузницей кадров для всей советской кавалерии. Сформированная на базе подразделений 1-й Конной армии, она была под особым вниманием и опекой наркома Ворошилова, маршала Буденного и многих других видных деятелей советской власти. Так, частым гостем располагавшихся в Хамовниках конюшен стал Василий Иосифович Сталин, который был не только отчаянным летчиком, но и лихим наездником.

Чаще всего принимать сына вождя народов приводилось именно Доватору – великолепный наездник и рубака даже в своей бригаде уже стал живой легендой. Недаром же именно его пригласили дублировать известного актера Черкасова в фильме «Александр Невский». Возможно, эта близость обусловила особое доверие Кремля к будущему генералу, что сыграет потом свою роль.
22 февраля 1941 года Лев Михайлович получает орден Красной Звезды – высокую и довольно редкую в ту пору боевую награду. Со времени его возвращения из Испании уже прошло несколько лет, в войне с Финляндией или же в действиях на Халхин-Голе Доватор участия не принимал. За красивые глаза в ту пору орденов не давали… За что же? Известно лишь, что незадолго перед награждением он активно перемещался «по делам службы» по территории Западного Военного округа. Но в чем была суть его командировки? Этого никто сегодня не знает. Быть может, тонкую ниточку дает его первое награждение после начала Отечественной Войны. Хотя и оно порождает больше вопросов, чем ответов на них.

Войну полковник Доватор встретил… в госпитале с острым радикулитом. Однако уже 7 июля он пишет семье из Смоленска – из тех самых мест, где «путешествовал» прошедшей зимой. А совсем скоро, 24 июля, его награждают орденом Красного Знамени с формулировкой, на вид довольно блеклой: «В период боев с германским фашизмом с 11 июля полковник Доватор выполнял ответственные задачи Главнокомандующего по передаче оперативного приказа соединениям, также по доставке боеприпасов на передовые позиции. 16 июля, выполняя приказ Главнокомандующего, обнаружил мотомех. отряд противника, двигающийся к Красному (Смол. обл.) половник Доватор организовал разрозненные части и с ними ударил по врагу и выбил его из Красного. Несмотря на сложную боевую обстановку, полковник Доватор все задачи Главнокомандующего выполнил полностью и в срок».

Из этого документа становится понятно несколько важных моментов ‒ Лев Михайлович в это время выполнял непосредственно приказ командующего (маршала Тимошенко, знакомого еще по отдельному особому кавполку), некое особое поручение, которое нельзя было доверить никому другому.
Обычно считается, что свой орден полковник Доватор получил за помощь отряду полковника Лизюкова, удерживавшего переправу через Днепр. Однако в этом районе Доватор появился несколько позже. Так, маршал Рокоссовский вспоминал, как прибыв в штаб Тимошенко 17 июля, узнал, что переправа держится крепко, что сам комфронта недавно посылал туда полковника Доватора… Но, как известно из наградных документов, еще 16 июля Лев Михайлович вел бой в Красном, более чем в 100 км от Соловьевской переправы! Даже для мастера стремительных рейдов немалое расстояние. Но все же реальное, если предположить, что как раз в это время Доватор как раз возвращался с выполнения того самого особого задания, ради которого был срочно вызван в Смоленск.

По имеющимся зацепкам можно выстроить вполне непротиворечивую версию. 10 июля немцы начали наступление на Смоленск, и уже на следующий день специалист по рейдовой войне полковник Доватор получает особое задание ‒ добраться до штаба 57-й танковой дивизии и совершить бросок к Орше. Нелишне упомянуть, что командир этой дивизии, полковник Мишулин, в тот же день 24 июля, когда Доватор получил орден, минуя звание генерал–майора, сразу стал генерал-лейтенантом. Немалое продвижение по службе, и уж точно не на пустом месте!
Что же такого необычного произошло в это время в этом месте? Всякий специалист по Великой Отечественной ответит без минуты на размышление: удар БМ-13 «Катюш» батареи капитана Флерова. До этого батарея находилась около г. Борисова. Затем вдруг по приказу развернулась и устремилась к Орше. В ту пору БМ-13 были секретным оружием, распоряжаться ими могли только главкомы, и уничтожить их в случае возможности захвата врагом необходимо было даже в случае гибели экипажа. Итак, 153 км по занятой невесть кем территории – крайне рискованное предприятие. К тому же семь БМ-13 и 170 машин сопровождения плюс части прикрытия – прекрасная мишень для авиаударов. Однако рейд был проведен без сучка и задоринки. 14 июля по станции Орша-Товарная был нанесен удар невиданной дотоле силы. По воспоминаниям, немцы опасались войти в город еще целую неделю. Стремительно атаковав, рейдовая группа столь же быстро направилась к своим. Дорога же от Орши к Соловьевской переправе как раз идет через Красный.

Остается лишь гадать, что именно находилось на этой станции. Известно лишь, что появившееся в эти же дни распоряжение ГКО №67сс «О переадресовке транспорта с вооружением и боеприпасами в распоряжение вновь формируемых дивизий НКВД и резервных армий», среди прочего, требовало: срочно разыскать между Смоленском и Оршей среди отходящих на восток составов какие-то очень важные грузы, которые ни в коем случае не должны попасть к немцам.
Вероятно, именно полковник Доватор, учитывая его предвоенные «командировки» и рейдовый опыт, знал, чтó именно необходимо было найти и уничтожить, и смог это сделать. Не зря же именно по этому неведомому объекту был нанесен первый удар «Катюш»! Именно это задание Главнокомандующего и было блестяще выполнено полковниками Доватором, Мишулиным и капитаном Флеровым.

Однако что же за груз находился на станции Орша, так доподлинно и неизвестно. Ответ на эту загадку генерал Доватор унес с собой в могилу.