Дилемма полковника Сандлерса (13 фото)

Старожилы рассказывают, что в тот злополучный день за городом, с той стороны полуострова, где Малабарские Холмы, на полу своей хижины сидел старый сапожник-индиец... Вдруг крыша хижины дрогнула, и у ног старика воткнулся в землю, как ему показалось, кирпич. Старик схватился за «кирпич» и обжег руку. Это был раскаленный слиток золота весом 22 кг, один из 155, которые были рассеяны взрывом, когда на воздух взлетел английский пароход «Форт Стайкин». Позже, узнав в чем дело, честный сапожник сдал слиток портовым властям. Остальные слитки не были найдены.
— Что там золотой слиток! — скажут вам индийцы. Трехтонный якорь взорвавшегося парохода рухнул на судно, которое стояло в километре от места взрыва...

Английский грузовой пароход «Форт Стайкин», построенный в Канаде в 1942 г., — транспортное судно военного времени — имел вместимость чуть больше 7000 рег. т, длину 140 и ширину 19 м, паровую машину в 500 л. с. На судне были установлены два 12-фунтовых орудия и несколько пулеметов системы «Эрликон» для защиты от немецких сумбарин и самолетов.
24 февраля 1944 г. «Форт Стайкин», имея на борту военный груз, покинул английский порт Биркенхед, вышел в Атлантику, благополучно избежал встреч с немецкими подводными лодками, обогнул Африку и 30 марта прибыл в пакистанский порт Карачи. Здесь с парохода выгрузили несколько самолетов, которые перевозили на палубе разобранными, и кое-какое вооружение с боеприпасами.
Через несколько дней во чрево «Форта Стайкина» погрузили 8700 кип пенджабского хлопка, каучук, серу и другие грузы, в том числе 155 слитков золота весом по 22 кг на сумму 5 миллионов долларов. После этого судно снялось с якоря и взяло курс на Бомбей, где в 11 часов 30 минут 12 апреля ошвартовалось у пирса № 1 в приливном док-бассейне «Виктория-Док». Капитан парохода, взяв портфель с документами, отправился в управление порта, где предъявил секретные документы. Из них явствовало, что судно необходимо как можно скорее разгрузить — на его борту находились, помимо названного груза, 1395 т сильных взрывчатых веществ и 300 т тринитротолуола.

Несмотря на срочность и важность документов, предъявленных капитаном «Форта Стайкина», выгрузку взрывчатки начали лишь через день, 14 апреля. Рано утром докеры стали выгружать тринитротолуол и боеприпасы из твиндеков трюма № 2 и кипы хлопка со дна того же трюма, уложенные под взрывчаткой.
Монотонный грохот паровых лебедок на палубе раздавался все утро до полудня, пока в порту не наступило время обеденного перерыва. Работы приостановились. В трюмах парохода еще оставался смертоносный груз: и ТНТ и 1370 т боеприпасов, уложенных в трюмах № 2 и 4.

Работы возобновились в 13 часов 30 минут. Вскоре один из индийских докеров, работавших в трюме № 2, заметил дым, поднимавшийся из щели между двумя штабелями кип. Он сообщил об этом своему бригадиру, и тот бросился на капитанский мостик с криком «Пожар!» Команда судна стала раскатывать по палубе пожарные рукава. Вахтенный помощник капитана бросился на причал звонить по телефону.
Диспетчер пожарной охраны порта получил оповещение о пожаре в 14 часов 16 минут. Он направил к «Форту Стайкину» всего две машины, которые прибыли к первому пирсу через 7 минут. Тут приехал полковник Сандлерс, англичанин, начальник противопожарной службы Бомбейского порта. Капитан парохода сообщил полковнику, что беглый осмотр верхних штабелей кип не дает основания считать загорание в трюме № 2 диверсией. Моряк считал, что произошло самовозгорание одной из кип хлопка.

Портовые пожарные взяли дело в свои руки. В люк открытого трюма они направили две мощные струи воды. При этом они даже не спросили докеров, в каком месте трюма находятся горевшие кипы хлопка. Поэтому вода, видимо, не достигала цели, хоть трюм постепенно наполнялся водой. Горевшие кипы всплывали со дна трюма под твиндек, на котором были уложены боеприпасы и ТНТ...

Прошло уже более получаса, а пожар не был потушен. Тогда Сандлерс вызвал еще восемь пожарных машин, которые прибыли к горевшему судну через 10 минут.
К 15 часам на левом борту «Форта Стайкина» появилось большое вишневое пятно: очаг пожара был расположен в задней, кормовой части трюма. Но добраться теперь туда можно было только с внешней стороны, разрезав обшивку. Срочно требовался газорезочный аппарат. В порту имелся всего один такой аппарат, но он был неисправен, а починить его не смогли.
Пожар в трюме «Форта Стайкина» не унимался. Казалось, что вода, которая врывалась в люк мощными струями, только разжигала огонь в чреве парохода.
Полковник Сандлерс стоял на залитой водой палубе горящего судна и решал, пожалуй, самую трудную и, как оказалось, последнюю в своей жизни задачу.
Драгоценное время истекало... Самым правильным решением было бы вывести горящее судно на внешний рейд (пока не наступило время отлива). Следует учесть, что «Форт Стайкин» стоял в приливо-отливном док-бассейне, шлюзовые ворота которого открывались только при большой воде. Правда, для вывода «Форта Стайкина» из док-бассейна потребовались бы буксиры, так как его паровая машина была частично разобрана. Тем не менее судно можно было вывести из дока буксирами, пока позволяла вода. Ведь оно было ошвартовано почти напротив шлюзовых ворот дока! Но драгоценное время уже было упущено...
Оставалось два выхода: продолжать попытки тушить пожар или затопить пароход в доке у стенки.
Собравшиеся на борту «Форта Стайкина» начальники различных служб порта только выдвигали свои идеи и давали капитану советы, от которых у него голова шла кругом. Тут уж нужен был не совет, а приказ о немедленном затоплении парохода. Но такой приказ так и не был отдан... Полковник Сандлерс побоялся рискнуть. Он приказал продолжать тушение огня.
В 15 часов 45 минут синий дым, валивший из трюма «Форта Стайкина», сделался вдруг черным. Потом из люка взвилось до клотиков мачт яркое пламя и снова исчезло.
В 15 часов 50 минут команда парохода покинула свое судно и побежала к воротам порта. Моряки лучше Сандлерса понимали, что «Форт Стайкин» вот-вот взорвется. Борта парохода уже светились вишневым цветом, вдоль всей его ватерлинии с воды поднимался пар. Над док-бассейном, где стояло судно, повисло темное облако дыма.

Тем временем работы в порту шли своим чередом, на рейде сновали катера, буксиры тащили лихтеры, слышался грохот лебедок. Весть о грозившей опасности еще не успела распространиться среди портового люда. Пожар «Форта Стайкина» не привлекал к себе особого внимания индийских докеров: в те годы пожары на судах с грузом хлопка были весьма часты в Бомбейском порту. Пожарные по-прежнему лили в трюм парохода воду...

Работавшие на полях в 20 милях от города крестьяне с удивлением почувствовали неожиданный мощный порыв горячего ветра. Через несколько секунд до их ушей донесся со стороны города сильный гул.
«Форт Стайкин» взорвался в 16 часов Об минут. На какое-то мгновение пароход исчез в клубах дыма и пламени. Стальные останки половины его корпуса, обломки паровой машины, ящики с грузом, кипы хлопка, золотые слитки и искромсанные тела людей взлетели на высоту 300 м и упали на город. В бетонном теле пирса, у которого был ошвартован пароход, напротив его второго трюма образовалась огромная воронка. Восемнадцать пожарных машин сдуло с пирса, словно крошки хлеба со стола. Пожарные, находившиеся на борту парохода и на пирсе, исчезли. Позже нашли лишь их металлические пожарные каски.

О силе взрыва можно судить хотя бы по тому, что некоторые обломки парохода пролетели по воздуху почти километр, один из паровых котлов судна оказался на улице города в 900 м от места взрыва.
Никто не мог объяснить, почему после взрыва кормовая часть «Форта Стайкина» уцелела, погрузившись на грунт док-бассейна. В четвертом трюме этой части парохода оставалось 800 т взрывчатых веществ...

Второй взрыв последовал в 16 часов 33 минуты. Очевидцы утверждают, что он был сильнее первого. Достаточно сказать, что корма «Форта Стайкина» вместе с 12-фунтовой пушкой, которая была укреплена на юте, перелетела через склады высотой 14 м и упала на дорогу в 200 м за воротами порта.
После второго взрыва в бетонном пирсе появилась вторая воронка.

Последствия этих двух взрывов были ужасны. Около тридцати судов, находившихся в док-бассейнах «Виктория» и соседнем «Принц», было уничтожено и выведено из строя.
Ошвартованный по корме «Форта Стайкина» английский грузовой пароход «Джапаланда» вместимостью почти 4000 рег. т взрывом выбросило на крышу склада.
Как после первого, так и после второго взрыва по акватории дока-бассейна и по внешнему рейду прокатились две гигантские волны. При этом швартовные концы судов обрывались, как нитки, а тяжело груженые суда, словно щепки, било о бетонные пирсы и причалы. Загорелись 12 судов, а 18 торговых и 3 военных судна были затоплены или сильно повреждены. Общий регистровый тоннаж поврежденных судов составил более 50 000 т.
Взрывами разрушило более пятидесяти портовых складов, хранившееся в них зерно, множество боеприпасов, военной техники было разбросано по всей территории порта. Разлетевшиеся горевшие кипы хлопка и раскаленные осколки вызвали многочисленные пожары. В дыму слышались взрывы — рвались склады со снарядами... Все это происходило в полумиле от города.
Упавшие на деревянные дома Бомбея горящие кипы хлопка вызвали пожары в самом городе.
Раздуваемый свежим муссоном, пожар в порту распространялся на север к центру города. Бомбею грозила смертельная опасность. Вечером зарево над погибшим портом было видно с моря за 75 миль. Всю ночь со стороны порта доносились взрывы и грохот рушившихся зданий. Пожарная служба города оказалась бессильной ликвидировать этот адский костер.

Чтобы спасти город от огня, решено было сделать между портом и городом «мертвую зону» шириной в 500 м. В создавшейся обстановке это было единственно правильное решение. На эту работу бросили несколько тысяч солдат и моряков военно-морского флота; им помогали добровольцы из числа уцелевших моряков торгового флота. За первую ночь из пылающего порта удалось вывезти 1500 т взрывчатых веществ.

Битва за Бомбей длилась три дня и три ночи. Город был спасен от огня благодаря тому, что в «мертвой полосе» шириной 500 м взорвали все здания, которые могли дать пищу огню. Последние очаги пожара догорели к 1 мая 1944 г.

Число жертв бомбейской катастрофы неизвестно, так же как точно не было известно и число жителей этого огромного перенаселенного города. Тогда были учтены только те жертвы, которые зарегистрировали морги и больницы. По официальным данным — 1500 убитых и более 3000 раненых. Сколько человек пропало без вести, никто не знает.
Порт пришлось отстроить заново, восстановить 6 миль железной дороги, электрическую и телефонную сеть. Сумма нанесенного взрывом «Форта Стайкина» ущерба не была точно подсчитана. Ориентировочно ее принимают в 1,5 миллиарда американских долларов. Бомбейский порт был закрыт до 28 октября 1944 г.

Какова была причина пожара на «Форте Стайкине»? Почему в течение почти двух часов пожар на пароходе не могли потушить?
Назначенная правительством страны особая комиссия по разбору причин катастрофы не смогла точно установить причину возникновения пожара. По ее мнению, появление огня могло быть вызвано или самовозгоранием хлопка или брошенным в трюме окурком сигареты Поскольку пожарные не знали точно место, где лежали в трюме горевшие кипы хлопка, они лили воду, в грузовой люк, но струи воды не достигали цели.
Конечно, сейчас, спустя более четырех десятков лет, мы можем только удивляться, почему для тушения этого пожара не применили инертные газы. Но в те годы этот радикальный способ борьбы с пожарами на судах еще не нашел широкого распространения.
Читатель вправе спросить: «Почему в трюм не послали людей, чтобы они определили место очага пожара?» Но следует учесть, что пожар на морских судах, как правило, сопровождается очень быстрым повышением температуры в помещении, где он начался. Поэтому уже спустя несколько минут после начала пожара в трюм «Форта Стайкина» спуститься было просто невозможно. Для этого необходим был защитный асбестовый костюм с дыхательным прибором, которого под рукой не оказалось. Не нашлось также в порту и исправного аппарата для резки металла. Если бы такой аппарат был, то, прорезав, внешний борт выше ватерлинии, пожар наверняка смогли бы потушить.
Причиной взрыва парохода явилось нарушение элементарных норм предосторожности при погрузке «Форта Стайкина». Ни в коем случае нельзя было грузить в один трюм тринитротолуол, боеприпасы и хлопок, который, как известно, занимает второе после угля место по вероятности самовоспламенения.
Роковой ошибкой со стороны администрации Бомбейского порта явилось то, что она поставила взрывоопасное судно в док-бассейне, забитом другими судами, причем в порту, который фактически слит с городом в одно целое. Такое судно, как «Форт Стайкин», нужно было разгружать на внешнем рейде вдали от порта.
Поставив «Форт Стайкин» под выгрузку среди десятков других судов, портовые власти Бомбея даже не позаботились оповестить о необходимых мерах безопасности их экипажи и портовых рабочих. На клотике фок-мачты этого парохода по международным правилам должен был быть поднят красный флаг, обозначающий по однофлажному коду сигналов «Имею на борту опасный груз».
При тушении пожара на пароходе «Форт Стайкин» не было централизованного руководства действиями пожарных бригад.
Начальник противопожарной службы не имел полномочий для принятия решения по выводу судна из дока или его затоплению у пирса.
Ни капитан порта, ни командующий военно-морским флотом Индии не были поставлены в известность, что судно необходимо или вывести из дока на рейд, или затопить у причала; согласно действовавшим во время войны правилам каждый из них имел на это право.
Кроме того, второй взрыв на борту злосчастного парохода можно было предотвратить, если бы после возникновения пожара в трюме № 2 были немедленно задраены расположенные за надстройкой в корме люки трюмов № 4 и 5. Однако это не было сделано, и хлопок в кормовых трюмах загорелся. Из-за этого боеприпасы, которые были уложены на твиндеках, нагревшись, взорвались...
И, наконец, роковую роль в этой истории сыграла нерешительность начальника противопожарной службы Бомбейского порта полковника Сандлерса. Если бы он, видя, что пароход невозможно вывести на рейд, взял бы на себя ответственность и приказал затопить «Форт Стайкин» у пирса, то катастрофы не произошло бы.

1. Тест взят из книги Льва Скрягина "Тайны морских катасторф " 1978г.
Лучше Льва Николаевича эти события, на мой взгляд, никто не описывал. Поэтому скопипастил. Целью поста является популяризация творчества писателя.
2. Годом выпуска издания объясняются некоторые временные странности "по прошествии 40 лет" и т.д.
3. Фотографии взяты с просторов интернета, за достоверность некоторых поручиться не берусь, они приведены в посте в качестве ИЛЛЮСТАЦИЙ того, что могло происходить. В самом деле, сомневаюсь, что в то время в Бомбее было много фотографов....
Если у Вас, уважаемые коллеги, есть более достоверные фотографии, очень попрошу дополнить данный пост.