Жуковский (часть 1) и Быково. Можно ли "и в космос, и в церковь"?

Находится такое чудо в городе Жуковском (108 тыс. жителей), "авиационной столице" России между двух аэропортов в 25 километрах юго-восточнее Москвы. Фактически с этой стороны к МКАДу примыкает ещё один спонтанный город-миллионник, в отличие от полицентрических Коротищ вытянутый строго вдоль железной дороги на Рязань от Люберец до Раменского (так что и назовём его, наример, Люменское), куда входит и показанный в прошлой части Дзержинский. Жуковский - буквально в самой середине, и я расскажу о нём в 3 частях вместе с приросшим вплотную посёлками Быково и Кратово, исторические части которых вошли в состав города. Жуковский и Быково - это усадьба Воронцовых, готическая Владимирская церковь и тот самый храм с космическими кораблём уже в черте города.

Перенаселённость Подмосковья порождает множество топографических коллизий. Вот например есть ПГТ Быково (10 тыс. жителей), есть село Быково (1,7 тыс. жителей), а между ними ещё и бывший аэропорт Быково, основанный в 1935 году (второй в Москве после Ходынского поля) и зачашхий в 1990-х - его возможности позволяли принимать лишь небольшие самолёты типа Як-42 или Ан-12. Когда я ездил в эти края впервые в 2005 году, считалось, что аэропорт Быково умер, и последний рейс с него улетел в 2003 году в Магнитогорск. Потом видимо аэропорт ненадолго ожил - до 2009 года отсюда летали в Нижний Новгород и до самого конца базировалась такая экзотика, как авиатакси "Dexter". В 2011 аэропорт упразднили, вскоре снесли аэровокзал 1960-х годов, и видимо рано или поздно здесь вырастет микрорайон, как на месте старых аэропортов в центрах Брянска, Красноярска или Бишкека. Пока же вокруг - лишь буйство подмосковных дач, на которых в ХХ веке родились режиссёр Павел Чухрай (не путать с его отцом Георгием Чухраем), солист "Любэ" Николай Расторгуев и писатель-копрофил Владимир Сорокин.
Таблички, само собой, к ним отношения не имеют, да и сфотографированы на двух разных домах:

Аэропорт же приходится объезжать, и если время не пробочное - то в село Быково и вовсе лучше ехать напрямую из Москвы, автобусами с "Кузьминок". Если уж сели на электричку - то выходить лучше не на станции Быково, а на станции Удельная: автобус проходит их обе, но так путь немного короче. В ПГТ Быково среди частного сектора есть какие-то сталинки, а в селе Быково - явно дореволюционные дома:

Над которыми видны многочисленные шпили чудо-церкви Владимирской иконы Божьей Матери:

В Подмосковье ближнем и дальнем, то есть в краю старых русских усадеб, много нетривиальных церквей - вкусы помещика оказывались сильнее канонов Синода, но этот храм - в тройке если не лучших, то самых известных. Субботним утром я осматривал в его в компании целой группы экскурсантов с подъехавшего автобуса, которых водил колоритный седой гид в казачьей шапке. И на дворе рядом со стендами-проповедями стоят стенды с историческими справками - об архитекторах, владельцах усадьбы, масонах 18 века и новомучениках советской эпохи.

Владимирский храм по идее относится к усадьбе Быково, но всё же порядком вынесен за её пределы. Готическую церковь над Москвой-рекой построил в 1780-83 годах владевший тогда поместьем Михаил Измайлов. Кто был архитектором - точно не известно, но подозревают, как и со всякой другой русской готикой, конечно же Василия Баженова. Пара звонниц на фасаде стойко ассоциируется с Западной Европой, но на самом деле и в русском зодчестве это не такая уж редкость. Третью, отдельно стоящую колокольню пристроили в 1839 году, но смотрится она как родная. Пожалуй, даже интереснее фасада у Владимирской церкви "задняя" половина - уже действительно редкий в русской архитектуре правильный овал:

В 2005 году церковь впечатлила меня формами, но я даже не заметил, что из стен её глядит десяток голов! Теперь же эти каменные лица святых, каждое со своим неповторимым выражением и характером, стали главным впечатлением Быков

А эти двое на самом верху и на святых-то не похожи - помещики? Или монархи?

Шпили завершения и стрельчатые своды крыльца:

Владимирская эта церковь только летом, а зимой она Рождества Богородицы - вот что тут для русского зодчества сверхтипично, так это просторный летний и тёплый тесный зимний храмы на разных этажах.

Напротив церкви - дом с наличниками, один из последних в подмосковном селе, где никто не пашет поля и не доит скотину:

Странный дом по соседству глядит мавританскими окнами во двор пятиэтажки:

Через поломанную вертушку я зашёл с чёрного хода в парк усадьбы Быково:

Впервые Быково село у Москвы-реки упоминается в завещании Дмитрия Донского, составленном накануне Куликовской битвы. Здесь был то ли скотопрогон, то ли бойня, а поместье обосновалось в 18 веке, когда Пётр I за особые заслуги даровал тут землю военачальнику Иллариону Воронцову. Воронцовы и владели усадьбой последующие десятилетия, да в 1762 году во время очередного дворцового переворота поставили не на тех, за что и пострадали - Екатерина II передала их подмосковное имение своему союзнику Михаилу Измайлову, который собственно и заигрывал с масонами да построил Владимирскую церковь. Однако умер он в 1800 году бездетным, да при Павле I, свою покойную мамашу ненавидившим, и конечно, Воронцовы не замедлили использовать этот шанс - усадьба вернулась к ним. Теперь, правда, это были не просто Воронцовы, а Воронцовы-Дашковы, со второй фамилией породнившиеся через "Екатерину Малую": первая в мировой истории женщина во главе Академии наук, писатель и филолог, она всю жизнь была во вполне литературных отношениях дружбы-вражды с "большой" Екатериной-императрицей. Но ещё через полвека изменились времена, и территорию будущего Жуковского захватили деловые люди - владельцы первой в Российской империи частной Московско-Казанской железной дороги. В 1874 году усадьбу Воронцовых выкупил инженер (по современной классификации - топ-менеджер) Николай Ильин, потомкам которого имение принадлежало до революции, пока партнёр по бизнесу Николай фон Мекк строил на другом конце будущего Жуковского город-сад. При Советах же в усадьбе располагались, по мере смены эпох, приют для беспризорников, школа диверсантов-подрывников (ладно хоть ничего из усадебных зданий не подорвавших), а после войны - туберкулёзный санаторий, с 1966 года занимавшийся в основном туберкулёзом костей. Его вывели отсюда пару лет назад, но явно советские корпуса ещё стоят у дороги к центральному входу:

С чахоточными бараками соседствуют флигеля 19 века, но все постройки закрыты для посещения - карантин с момента закрытия санатория официально продлится 25 лет:

На холме в глубине парка возвышается дворец, который построил в 1856 году швейцарский архитектор Бернар де Симон:

Фасад обращён на Москву-реку:

Думаю, прошлый дворец в том же стиле, что и Владимирская церковь, смотрелся куда интереснее. Но и этот безусловно достоин посещения и сохранения, тем более внутри ещё целы интерьеры.

На фасаде - герб Воронцовых, который и деловитому Ильину ничем не мешал, а Советам видимо было лень до него дотянуться:

В глубине парка - пара прудов. На одном из них были обещаны пробковые деревья, но ничего примечательного среди голых по зиме стволов я не высмотрел. Зато вот что-то странное в снегу - от пламени костра он что ли обретает такую текстуру?

Интереснее тот пруд, что поменьше. Он называется Аквариум, и это не случайно - когда-то на острове Эрмитаж (то есть - место уединения) был подземный кабинет с окном, выходившим под воду, и можно не сомневаться, что пруд был тогда чист, прозрачен и переполнен рыбой. Сейчас на острове осталась лишь ротонда авторства того же "условного Баженова", что и Владимирская церковь:

Зимой к ней можно подойти по льду, и этим пользуются, увы, не только краеведы - там, докуда дотягивается рука, все стены исписаны, а одна из колонн выглядит так, будто кто-то пытался её срубить. Редкая усадьба в России не наводит грусть, всё же под лозунгами "мир хижинам, война дворцам!" это самый пострадавший пласт русской архитектуры...

Покинув усадьбу так же, как и зашёл, я направился в Жуковский, серые многоэтажки которого прекрасны видны от Владимирской церкви. По дороге прямо в пойме ещё один храм иконы "Живоносный источник" (1997) у родника и купели:

Извилистые улицы меж дач. За той дверью, кстати, не что-нибудь, а конюшня:

Вот и Жуковский. Граница города с селом Быково проходит по одной из улиц, и там, где я вошёл, указателей нет. Авиастолица застроена характерными многоэтажками с орнаментом:

С западного конца это вполне Ближнее, то есть агрессивно застраиваемое, Подмосковье, а вот дальше будет вполне себе тихая провинция. Обратите внимание на остановку - такие в Жуковском по всему городу:

Жуковский, а тогда посёлок Стаханово, строился в 1933-35 годах между сёл Быково и Кратово, и разроссшись, упёрся в них краями да от каждого отхватил по большому куску. Эти многоэтажечные кварталы - историческое Быково, и точкой концентрации района служит старая земская больница, основанная в 1910 году и закрывшаяся в 1999-м. Но ещё в 1994 на её территории появился приход Святого Пантелеймона, и для его первого храма прихожане лично приносили кирпичи.

Теперь здесь целый церковный комплекс с деревянной Иверской крестильной часовней (2000) и огромным белым храмом Преображения (2013). Ещё тут есть воскресная школа, детский сад, библиотека, десятки информационных стендов (в том числе - о Новороссии и Крыме) и даже больница тут возрождается как богадельня (большое розовое здание). Здешний батюшка Николай Струков, как и многие в авиастолице, вышел "из отрасли": при Советах руководил строительством авиационных спецобъектов, и как шутят трудники, у него и в церковном сане руки чешутся что-нибудь построить.

С одним из трудников мы заходили в кабинет батюшки (вон тот зелёный домик на кадре выше) за ключом, и если не вглядываться в детали вроде корешков книг или икон, можно было бы подумать, что это кабинет добротного советского начальника. Хозяин кабинета и разговоры вёл под стать - обсуждал по мобильнику с кем-то безусловно компетентным причины недавней катастрофы Ан-148 в Подмосковье. Но только не начальник при галстуке этот хозяин кабинета, а светлый поп с огромной белой бородой и добрым взглядом.
За оградой - ещё и школа №15 "с русским этнокультурным компонентом":

Но нам не сюда, а в приземистую деревянную воскресную школу - один из корпусов старой больницы:

Тот белый трехэтажный дом - ни что иное, как музейный комплекс, проще говоря - собранный при храме музей всего на свете. Вход в него свободный, открыт он каждый день, но без чёткого расписания - лучше всего приходить часам к 12 утра, когда в храме заканчивается служба.

Чего ждёшь от церковного музея? Икон, утвари и священных писаний? Но в авиастолице прямо в фойе встречают шасси и турбореактивный двигатель АИ-25 от тренировочных самолётов вроде чехословацкого L-39.

На витринах в коридоре - коллекции авиамоделей

А за дверью в конце коридора в холодном сарае лежит главная реликвия этого музея - "БОР-4":

Его название, выглядящее как light-версия "Буран" - это аббревиатура: "беспилотный орбитальный ракетоплан". Этакий маленький "Буранчик" размером с легковой автомобиль (3,8м в длину, 1,4 тонны веса), и тем не менее по-врозлосму летавший на орбиту. "Бор" - связующее звено "Бурана" с предыдущим советским проектом "Спираль", которым руководил тот же самый конструктор со звучным именем Глеб Лозино-Лозинский. "Спираль" подразумевала небольшой орбитальный ракетоплан, способный к "самолётной" посадке на Землю, но запускавшийся не ракетой-носителем, а мощным ускорителем с тяжёлого самолёта, поднимавшегося в верхние слои атмосферы. Работы над "Спиралью" начались в 1966 году, к ней уже готовился отряд космонавтов во главе с "Гагаринским дублёром" Германом Титовым, а для испытаний были созданы "самолёт-аналог" МиГ-105 (летавший сугубо в атмосфере) и серия БОРов, которые отправлялись в космос. Работы над "Спиралью" были свёрнуты в 1974 году в пользу более солидного "Бурана", и именно "Боры", на которых отрабатывалась аэродинамика, теплозащита и радиосвязь в плазме, перепрыгнули из проекта в проект. Несколько полётов "БОРа-4" прошли в 1982-84 годах, аппарат запускался ракетой "Космос" с Капустина Яра, летал вокруг Земли на высотах 158-208 километров, и благополучно приводнялся сначала в Индийский океан, а потом и в Чёрное море. И единственное, чего я так и не понял - сколько всего было "Боров": один или несколько? Экскурсовод утверждал, что конкретно этот аппарат 5 раз летал в космос

Отлетавший своё "БОР-4" хранился в Лётно-исследовательском институте имени Громова, и где-то на рубеже 20-21 веков его хотели утилизировать. Но кто-то вспомнил, что в Жуковском есть всенародно любимый батюшка, который собирает музей, и вот "БОР-4" стал, кажется, единственным в мире прицерковным космическим кораблём. Правда, сюда он попал ошкуренным - на кадрах выше видно, что изначально "БОР-4" и внешне имел куда больше общего с "Бураном", но теперь теплозащитная "чешуя" на основе кварцевого песка, который СССР через посредников покупал под этот проект у Бразилии, осталась лишь в одном месте. Эта плитка похожа на пенопласт, неприятна на ощупь и очень легко крошится, но при горении в атмосфере она выдерживала тысячи градусов. Экскурсовод рассказывал, как на его глазах такую плитку доставали щипцами из раскалённой печи... и брали из щипцов голой рукой - в огне она почти не нагревалась

Ещё пара самолётиков стоят во дворе - вид с пожарной лестницы над сараем "БОРа":

Ил-103 - "воздушное такси", отчаянная постсоветскаая попытка создать аналог "Цессны". Судьба проекта, увы, в наших краях предсказуемая - в 1994-96 годах было построено несколько десятков машин, причём как ни странно, главным их эксплуатантом оказалась Южная Корея. В музейном экземпляре можно залезть в его кабину (тесно - жуть!) и даже порулить закрылками:

Рядом - совсем уж странный аппарат "Молния-1": на самарском заводе "Авиакор" в 1992 году таких было построено всего 4 штуки, и предполагалось, что это будут патрульные самолёты для пограничников и полиции. По словам экскурсовода, аэродниамика его совершенно ужасна... но для далёкого от темы человека это выглядит круто, какой-то кентавр от самолётостроения

Кабина "Молнии-1". Отсюда снят и заглавный кадр:

Под приборной доской:

Салон. Экскурсовод предполагает по аэродинамике и названию (ракетопланами занималась НПО "Молния"), что этот переработанный проект самолёта для тренировок космонавтов ракетопланов. Мне это кажется сомнительным, но рассказчик в теме понимал определённо побольше меня - если в ракетах и космических аппаратах я хоть чуть-чуть разобрался, то авиация для меня по-прежнему тёмный лес.

Экспозиция в помещении - здесь есть катапульта К-36 (см. пост про "Звезду" в Люберцах) и приборная панель какого-то (забыл конкретику) довольно редкого самолёта:

Приборы и элементы:

В том числе - реликвии космоса. Вот это, например, подлинный двигатель малой тяги с "Бурана" - таких у него было более 40, и они давали неповоротливому в воздухе ракетоплану уникальную маневренность на орбите. Узнав о "Шаттле", Советы предположили, что американцы в его лице создают орбитальный бомбардировщик... и создали настоящий орбитальный бомбардировщик "Буран".

Конкретно этот двигатель был в космосе - немало обломков "Бурана-1", погибшего в 2002 году под рухнувшей крышей цеха на Байконуре, разлетелось по музеям и частным коллекциям.

А вот "глобус" (аналаговая динамическая карта) с приборной панели "Восхода-2" Алексея Леонова:

В той же комнате - эхо войны:

В соседней - десятки моделей самолётов, кораблей, поездов и танков. Авиамодельки лёгкие, как лист бумаги, и действительно летают, без видимо ущерба ударяясь о стену или пол.

При храме (вы ведь не забыли ещё, что это всё при храме?) действует несколько десятков детских кружков, и для нас самые интересные - авиамодельный и ракетомодельный. Маленькие самодельные ракетки порой взмывают в небо прямо из-за церковной ограды, искря огнём на фоне крестов.

Но занимаются тут и народными ремёслами - ткачеством на старинных станках и их современных репликах:

Росписью, керамикой, резьбой по дереву. Вот в одном зале вся народно-художественная Россия вплоть до Мезени:

По словам экскурсовода, тут занимается много взрослых - приходят родители с детьми, и детям всё быстро наскучивает, а мамы и папы - втягиваются.

Напоследок мы сходили за ключом к батюшке да поднялись на третий этаж - в Слоновник. Официально - Музей Слоников, выросший из коллекции, собранной врачом скорой помощи Григорием Гриненко и переданной отцу Николаю его сыном. Сколько тут слоников теперь - знает разве что Бог, я слышал цифры от 4 до 8 тысяч. Принцип формирования у Музея Слонов тот же, что у Музея Мыши в Мышкине - пожалуй первого подобного опыта в России: подарки от разных людей, в том числе именитых.

Книжка немецкой серии "Что есть что" в витрине с кадра выше была (да и есть, просто не открывалась лет 20) в детстве и у меня. Из инфостенда можно узнать, что первых с доледниковых времён слонов на территории России держал Андрей Боголюбский при своём замке, а слоны Николая II окончили свою жизнь трагически - одного застрелили в 1917 году пьяные матросы, другая - слониха Бетти - была убита в Ленинградском зоопарке прямым попаданием немецкой авиабомбы.

Показать всех слоников не стоит даже пытаться. Когда-то тут был живой слон - куст в кадке, постриженный соответствующей фигурой:

А здесь... ну кое-кто поймёт:

Одна из витрин посвящена мамонтам, и в ней есть даже подлинный бивень из Приморья. Подарил его музею не кто-нибудь, а знаменитый лётчик-испытатель Магомед Толбоев, который мог бы стать одним из первых космонавтов "Бурана".

А вот, напоследок - самый маленький слоник в коллекции.
И на вопрос из начала поста я бы ответил - можно. Списывать проблемы космонавтики на предполётное освящение ракет - это глубоко религиозное мышление, с той разницей лишь, что религия какая-то другая.

В следующей части погуляем по центру Жуковского.
Автор VARANDEJ