О скитаниях вечных и о Москве. Часть 1: звёздный путь в Останкино (62 фото)

Но нагулявшись по Ближнему космосу Москвы, пора уже совершить посадку на улицы столицы: о Москве Космической у меня набралось материала на 5 больших постов.
Московский звёздный путь - это "оранжевая" Калужска-Рижская линия метро. Даже её название: Калуга - колыбель космонавтики, а из Риги был основатель МосГИРДа Фридрих Цандер. На "Калужской" - Институт космических исследований, который я уже показывал отдельно вместе с Институтом медико-биологических проблем. От "Калужской", с остановками на "Ленинском проспекте", "Проспекте Мира" и "Рижской" отправимся на "ВДНХ" - в овеянное космическим духом Останкино.

Но нагулявшись по Ближнему космосу Москвы, пора уже совершить посадку на улицы столицы: о Москве Космической у меня набралось материала на 5 больших постов.
Московский звёздный путь - это "оранжевая" Калужска-Рижская линия метро. Даже её название: Калуга - колыбель космонавтики, а из Риги был основатель МосГИРДа Фридрих Цандер. На "Калужской" - Институт космических исследований, который я уже показывал отдельно вместе с Институтом медико-биологических проблем. От "Калужской", с остановками на "Ленинском проспекте", "Проспекте Мира" и "Рижской" отправимся на "ВДНХ" - в овеянное космическим духом Останкино.

Монумент ему воздвигли ещё позже, в 1980-м году, и это безусловно один из известнейших советских памятников: стела из титана, то есть основного металла космических кораблей, высотой 42 метра, шарик вроде капсулы "Востока" у подножья да наверху, с лицом простого русского парня (про Гагарина см. здесь), самый настоящий Rocketman.

Я очень люблю сталинские "ворота", и да простят меня москвичи, но лучшим их образцом всё же считаю подобные башни в Минске. Здесь зато разница двух эпох видна невооружённым глазом: справа - суровое ожидание войны:

Слева - песнь победителей:

Левый дом я в основном и фотографировал - потому что пышный сталинский ампир по сравнению со строгим постконструктивизмом богат на детали:

В стройке его, к слову, участвовал Александр Солженицын, и думаю нетрудно догадаться, в каком качестве.

Большинство кадров этого поста сняты пару месяцев назад накануне "снегопада века", но у подножья "ворот" я проходил с фотоаппаратом в 2013 году вместе с Георгием griphon, обходя грузовую Окружную железную дорогу, только-только начинавшую превращаться в пассажирское Центральное кольцо. Это была поздняя осень, поэтому несколько кадров без снега:

Рядом с памятником главному достижению отечественной мысли обосновалась Академия Наук, роскошное здание её Президиума (1976-91, высота 120м), в народе - Золотые Мозги:

Ныне прямо в "мозгах" - пафосный ресторан "Sky Lounge", куда многие ходят специально ради видов на Москву, которые отсюда роскошны. Ниже - часовая башня, и стрелки часов похожи на чертежи космических кораблей:

Два тоннеля ведут прямо на мост через Москву-реку, а над их порталами - смотровая площадка. Небоскрёбы и трубы - до чего же московский вид!

Левее видны Воробьёвы горы и университет, словно парящий над городом. Поближе - Андреевский монастырь, достоверно известный с 1625 года (а недостоверно - с домонгольских времён) и также имеющий отношение к наукам: в 1650 году здесь поселили "Учительское братство" из нескольких десятков образованных монахов с Украины, а с 1682 года обитель служила профессорскими квартирами Славяно-греко-латинской академии, немалую часть преподавателей которой составляли монахи. С набережной Андреевский монастырь - это мрачное каре корпусов начала 19 века, а вот сверху видны цветастые барочные Воскресенская церковь (1689-1701), храм-колокольня Иоанна Богослова (1769) и надвратная церковь Андрея Стратилата (1675). Ещё ближе до недавнего времени собирался "Дебаркадер" - известная площадка для бесплатных лекций путешественников. Раз или два там выступал и я...

А обернувшись - увидишь ракурс с заглавного кадра: Гагарин словно говорит "х... на всё на это и в небо по трубе!". В пределах Садового кольца "оражевая" ветка отклоняется от Звёздного пути - Чертковская библиотека, дом ГИРДа и Лаба-Спейс нанизаны на "красную" Сокольническую линию. Может быть, дело в давлении - миновав ядро, Звёздный путь восстанавливает траекторию, и наша следующая остановка - "Проспект Мира". Здесь дорога уже не на Калугу, а на Ярославль, а пышный сталинский вестибюль принадлежит, конечно же, одноимённой станции Кольцевой линии.

И уже от станции виден пугающе высокий советский небоскрёб с чёрными "экранами" фасадов. К нему и пойдём по длинным подземным переходам и мимо церкви Филиппа Московского в Мещанской Слободе (1777-78):

Нынешний храм, один из самых необычных в Москве, построил Матвей Казаков на месте более старой деревянной церкви, и примечателен он не только общим видом, но и деталями. В 1994-97 годах с запада к церкви пристроили Сибирское подворье, но мне в кадр оно не попало.

Рядом - управление Московского метрополитена (1986), более всего запоминающееся висячими галереями, похожими на тоннели:

Довлеет же над всем эти районом спорткомплекс "Олимпийский", гигантская (260м в диамтре) бетонная шайба, и из названия его вполне ясно, когда он был завершён. Прежде на его месте стоял, пожалуй, последний уголок "Москвы Большой Деревни" с деревянными особнячками на тихих запущенных улицах, однако нет теперь ни то что этих домов, а даже многих улиц, на которых они стояли. А вот Историческую мечеть (1904) =снесли в 2010 году без суда и следствия да к 2015 году воздвигли на её месте какой-то странный новодел в стиле ни то Индонезии, ни то Малайзии... но с неповторимыми татарскими шатрами на минаретах.

Что впечатляет - Олимпийская стройка двигалась чётко в сторону центра. Выйдя на улицу Щепкина, видишь совсем иной пейзаж - доходный дом (1912-14) и совсем уж редкий в мегаполисе 200-летний деревянный особняк - дом-музей актёра Михаила Щепкина.

Перспектива улицы Щепкина, мимо ещё каких-то метрополитеновских организаций упирающаяся в Скорбященскую церковь (1896-99) при Старо-Екатерининской больнице (изначально) или при знаменитых МОНИКах теперь.

За полпути до неё на прохожего буквально обрушивается своим размером тот самый небоскрёб. На самом деле в нём нет и 100 метров, но с узкой улицы здание просто подавляет масштабом. Оно строилось гостиница к Олимпиаде-80, для самой крупной и важной американской делегации, и даже низкий её корпус сделан по образцу Бостонской Ратуши. Но США, как известно, предпочли бойкотировать Олимпиаду-80, и что было с этим зданием последующие десятилетия, я так и не разобрался. Сейчас в нём обитает организация, название которой ни один знакомый с космической темой человек не произнесёт равнодушно - "Роскосмос".

Тут надо заметить, что организации космонавтики "у нас" и "у них" исторически строилась на совсем разных принципах. Собственно, частная космонавтика существовала задолго до Илона Маска - американские ракеты, спутники, космические корабли ведь производит не NASA, а компании-гиганты вроде "Боинга" или "Локхеда", и "SpaceX" примечательна скорее тем, что быстро возникла буквально из ниоткуда и очень хорошо поставила пиар. NASA, равно как и ESA, JAXA и другие - это заказчики, и их дело не построить ракету, а обозначить задачи, для которых эта ракета нужна, и получив "изделие" от частника-исполнителя, эти задачи воплотить. СССР пошёл другим путём: первый спутник, Белку и Стрелку, Гагарина и Луноход запускало Министерство общего машиностроения, образованное в 1955 году и периодически объединявшееся с Минобороны. В подчинении МОМа было больше 1200 предприятий, на которых трудилось порядка 2 миллионов человек, и МОМ контролировало всю отрасль, запросто меняя космическую промышленность, строя новые заводы и перепрофилируя старые под конкретные задачи. Помимо Министерства, был ещё неофициальный Совет Главных - конструкторы в советской космонавтике были как бы ни влиятельнее чиновников, и традиционно "главным по космосу" в СССР оставался руководитель "Энергии" - Сергей Королёв (до 1966), Василий Мишин (до 1974) и патриарх отрасли Валентин Глушко (до 1989). В постсоветской России же получилось нечто промежуточное: в чистом виде Федеральным космическим агентством "Роскосмос" был разве что в 2014-15 годах, когда из него выделили ОРКК (Объединённая ракетно-космическая корпорация, куда входят заводы) и ЦЭНКИ (Центр эксплуатации наземной космической инфраструктуры), но примерно через год их вновь объединили - только уже не в агентство, а в госкорпорацию "Роскосмос", сотрудниками коей оказалась четверть миллиона человек. Видимо, в основе такого решения был успех другой технологической госкорпорации - "Росатома", который лидерство в своей отрасли по-прежнему держит уверенно. Проскакивали сообщения, что в ближайшие годы "Роскосмос" объединяет ещё и с военными ракетчиками вроде "Алмаз-Антея", ну а "как правильно" - судить не мне. Ясно лишь одно: космонавтика - это такая отрасль, которой нужно ЗАНИМАТЬСЯ.

От небоскрёба "Роскосмоса" можно дойти пешком до следующей станции метро "Рижская". Рядом с её "шайбой" стоит простой, но очень красивый памятник "Создателям первого искусственного спутника Земли", поставленный через год после его запуска - в 1958 году.

Глядит памятник на Рижский вокзал, за спиной у него (на кадре выше) Знаменская церковь (1756) в Переславской Ямской слободе, и почему начало космической эры решили увековечить именно здесь - для меня так и осталось загадкой. Но именно через эту площадь Сергей Королёв со товарищи несли на руках да везли трамваем и дачным поездом на Нахабинский полигон маленькую, но знаковую для будущего ракету ГИРД-10.

Ещё пара перегонов на метро к станции "ВДНХ", и из следующей шайбы мы выбираемся в самый космический московский район Останкино. Даже не то что космический - самый устремлённый прочь от Земли: здесь находится высочайшая в стране, а когда-то и в мире Останкинская телебашня (542м, 1960-67), а лет 15 назад я слышал, что на Останкино в Москве приходится около трети самоубийств. Как деревня известное с 1555 года, и лишь в 1917 году вошедшее в черту Москвы, Останкино - один из самых интересных районов за пределами центра, и даже пишу я о нём не впервые - в 2009-м я показывал этот район из окна Московского монорельса. В обиходе "Останкином" называют ту часть района, что лежит западнее по улице Академика Королёва, с роскошной усадьбой Шереметьевых на берегу пруда, Останкинской башней и инфернальным кубом Телецентра. Район же у метро чаще называют "ВДНХ", а были ли достижения народного хозяйства более яркие, чем покорение космоса?

Поэтому космическое тут буквально ВСЁ. Даже проспект Мира в этом районе - скорее проспект "Мира". С одной его стороны - гостиница "Космос" (1976-79), построенная к Олимпиаде по французскому проекту и с ликвидацией гостиницы "Россия" оставшейся крупнейшим отелем страны: 1777 номеров, число постольяцев которых с момента постройки уже сравнимо с населением Москвы (7-миллионный гость тут был в 2004 году). Слышал, что это 25-этажное здание ещё и самое круглое то ли в бывшем СССР, то ли в мире - то есть, круг тут конечно не полный, но кривизна его правильная до каких-то немыслимых долей.

С другой стороны, прямо у метро - Космопарк, от которого расходятся Звёздный бульвар и улица Академика Королёва. Нынешний вид парк приобрёл в 2008 году, когда была реконструирована Аллея Космонавтов. Открывают её, как пара пилонов, Глобус Земли и Глобус Вселенной - на самом деле, конечно, лишь видимого неба, так как покрывают его знаки Зодиака.

Посредине - модель Солнечной системы, с уровня земли довольно в общем-то унылая:

Но эти шарики и не для нас тут положены, а для Сергея Королёва, памятник которому (2008) монументален вполне по-советски и здорово смотрится на фоне пронзающей небосвод башни:

Другие боги космического эпоса, все эти Челомей, Глушко, Бабакин и другие удостоены лишь бюстов. А Аллея Звёзд здесь куда актуальнее, чем в Голливуде - потому что на каждой звезде увековечен космонавт, и как видите по пустым постаментам, звезда Гагарина здесь на другом конце. Над Аллеей - бородатый одухотворённый Константин Циолковский, в этом пантеоне как божество-демиург.

Монумент над ними - один из известнейших символов Москвы. Он был воздвигнут в 1964 году, и на его открытии присутствовали Королёв и Гагарин. Высота титановой стелы - конечно же, 108 метров по числу минут Гагаринского полёта, и это самый высокий памятник России после чёрного обелиска на Поклонной горе. Солнце блестит на металле, как огненный шлейф, но сама ракета ещё подобие "Фау-2" - не знаю точно, когда облик реальных ракет был рассекречен.

Ракету каждый москвич видел хотя бы издали, а вот вблизи куда больше впечатляет героический эпос на боках постамента:

Простой и ясный сюжет - народ в едином порыве, по раз указанному верному пути, идёт к великим совершениям. То, чего, кажется, очень многим не хватает в наше время...

Когда-то я слышал песню "Земля в иллюминаторе"... но другим голосом и с дополнительным куплетом, где пелось что-то про далёкие прекрасные мечты. Мы с детства привыкли, что космонавтика - это мечта, а не кропотливый труд по удешевлению запуска, и что цель её - не бесплатный вай-фай в любой точке мира, а цветущие яблони в красной марсианской пустыне.

Но как бы ни сложилось история - эти люди были первыми. Таково свойство общественной памяти, удерживающей лишь самое первое и самое высшее достижение. Но высшее достижение может меняться - высадку на Луну затмит высадка на Марс, как и высадку на Марс - полёт к иным звёздам, а первый... он первый уже НАВСЕГДА.

С другой стороны монумента - ворота. С 1981 года под ним действует огромный Мемориальный музей космонавтики, и на двух пилонах перед ним не случайно надписи на двух языках - иностранцев там добрая половина посетителей:

Звёздные сюжеты в холле:

А многие экспонаты я уже показывал в прошлых постах, присовокупив их к ведомственным музеям. Скажу лишь, что экспозиция тут огромна, многообразна и в ней много подлинных вещей. Я ходил по музею 3 часа и отснял 400 кадров, поэтому перед визитом туда обязательно запаситесь водой. В сущности, всё это здание - ни что иное, как Мавзолей Белки и Стрелки, ибо на самом видном месте в первом же зале сидят чучела двух собак, умерших в питомнике через много лет после своего полёта. Их мавзолей куда роскошнее мавзолея Ленина - но чего стоит какой-то там революционер в сравнении с первыми живыми существами, увидевшими космос?

Отсюда можно пройти и на саму ВДНХ. Основанная в 1939 году как Всесоюзная сельскохозяйственная выставка, Выставкой достижений народного хозяйства она стала лишь в 1959 году.

Ныне это пожалуй лучший в мире "заповедник" советской архитектуры во всём её разнообразии и самобытности. По московской ВДНХ можно гулять хоть целый день, заходя в павильоны, где-то занятые торговлей, а где-то используемые по назначению - так, в детстве помню, как в одном из таких обнаружилась 360-килограммовая свинья, похожая на гигантской шмат докторской колбасы в ворсистой шкуре. На всю ВДНХ одного поста мне бы точно не хватило.

От главных ворот я минут 20 брёл по прямой аллее мимо катков и заснеженных фонтанов. Третий по общей роскоши после "Центрального" и "Украины" и самый наицентральнейший по расположению - павильон "Космос" (1939-41) на круглой площади Промышленности. Вернее, изначально это была "Механизация", затем - "Электрификация", "Градостроительство", "Машиностроение", и лишь с 1967 года окончательным хозяином павильона стала подрастерявшая секретности космонавтика. С распадом СССР ВДНХ превратилась в торжище, и брошенная на произвол судьбы космическая выставка постепенно распалась - макеты космических кораблей ещё висели над ларьками, но постепенно исчезли один за другим. Некоторые - не бесследно: например состыкованные "Союз-Аполлон" в музей РКК "Энергия" попали именно отсюда. Сейчас павильон восстанавливают, или вернее даже уже восстановили - внутри новая экспозиция, в том числе такие редкие аппараты, как "Алмаз" (см. Реутов), самый мощный в истории ракетный двигатель РД-170 (см. Химки), "Бор-4" (см. Жуковский) и многое другое. Всё уже готово, профильные блоги и СМИ ломятся от фотографий фантастических машин, но с открытием затянут, видать, до Дня космонавтики (да и это не точно - официальной информации о дате открытия нет).

Когда это случится - я непременно напишу отдельный пост. А может быть попробую даже туда попасть заранее, договорившись с пресс-службой. На площади перед "Космосом" - макет ракеты-носителя "Восток", самолёт Як-42 и вертолёт Ми-8Т. В январе к стартовому комплексу пристроили катальную горку пугающей высоты, а под ракетой навалили планет. Неподалёку ещё и колоритная детская площадка, а прямо за ней "Буран", тренировочный макет для Звёздного городка, до 2014 года стоявший в Парке Горького. В нём теперь музей, но я и его приберегу для другого поста.

Поэтому покинем ВДНХ, причём через второстепенный выход. Обратите внимание на главный павильон - когда Спасскую башню для реставрации сделали такой вот конструктивистской, народ офигевал, а теперь уже все привыкли.

Между ВДНХ и усадьбой Останкино вклинивается ещё одно весьма нетривиальное место. Ряды таунхаусов за оградой со шлагбаумом, образующие на карте хорошо заметную букву "Х" - это вовсе не новостройка для нуворишей, а Московский Звёздный городок. Или просто Городок Космонавтов - беспрецедентный для СССР квартал сдали в 1986 году, и ныне в нём живёт 40 космонавтов с семьями, в том числе Савицкие, Поповичи, Кубасовы, Рюмины...

В центре - круглое здание ассоциации "Космос", включающее наверное и какие-то ещё общественные пространства для жильцов. Я хотел было пройти, но охранник очень вежливо (вот что значит достойных людей охранять!) меня выпроводил - вход сюда только по приглашению.

Но лучший вид - всё равно сверху. Я шёл сюда в обход, и лишь у ворот осознал свою ошибку - улица на заднем плане ведёт прямиком к Ракете. С другой же стороны начинается парк усадьбы Останкино:

Первыми "космическими" людьми Останкина были, впрочем, не космонавты, а конструкторы. Вот в этой сталинке на улице Академика Королёва (см. пост про монорельс, где она попала в кадр) жили Михаил Тихонравов и Борис Черток.
фото с монорельса, 2009.

А в тихом парке на углу ВДНХ стоит особняк самого Сергея Павловича Королёва, построенный в подарок Главному от Партии в 1957 году, за запуск Первого спутника. Здесь конструктор прожил 9 лет, ещё 9 лет хозяйкой дома была его вдова Нина Ивановна, а музей открылся в 1975-м. Объективно это один из интереснейших в Москве домов-музеев, но при этом он до странного малоизвестен:

И даже ворота, когда я пришёл, были заперты. Но в окнах горел свет, и на звонок вышел охранник.
-Видишь вон ту медную ручку? Её касался сам Сергей Павлович! Но мы с вами, увы, пройдём через чёрный ход, потому что подлинную дверь беречь надо!

В подвале у входа - касса, гардероб, кинозал и небольшая экспозиция от тюремных писем Сталину о важности прерванных работ из до подарков вроде архаичного "Кэнона" (Canon Cine Zoom 512) для королёвской жены. Жизненный путь Сергея Палыча (это даже "биографией" не назвать!) был очень "некамерным", и я за годы своих путешествий не охватил всех мест, куда его кидала судьба. Сергей Королёв родился 12 января 1907 года (или 30 декабря 1906-го по старому стилю) в Житомире, и хотя украинцы считают его своим, был он вполне себе сын оккупанта - учителя русского языка из Могилёва, который женился на дочери нежинского купца Марии Москаленко. Вскоре Павел Королёв бросил семью, а 3-летний Серёжа отправился в Нежин на воспитание к бабушке. В 1915 году подросший мальчик ненадолго оказался в Киеве, а Гражданскую войну пережил с матерью и отчимом в Одессе. Там юноша подружился лётчиками, но в отличие от Гагарина или Чкалова, небо его увлекло совсем по-другому - не летать самому, а создавать то, что летает. В 1924 году Королёв вернулся в Киев и поступил в Киевский политехнический университет, откуда в 1926 году перевёлся за успехи в учёбе в Московское высшее техническое училище - нынешнюю Бауманку, теперь - главный вуз космонавтики. К тому времени он был уже замечен как перспективный аваконструктор и планерист, а диплом писал под руководством такого мэтра, как Андрей Туполев. Первой его стартовой площадкой стал Коктебель, или вернее гора Клементьева, с которой он запускал самодельные планеры и одерживал победы на всесоюзных чемпионатах по планеризму. Но в 1930 году жизнь Королёва перевернуло знакомство то ли с самим Константином Циолковским, то ли с его работами - была ли встреча великого теоретика и будущего великого практика на самом деле, биографы спорят до сих пор, но оба гения друг о друге знали. Следующей вехой стал Фридрих Цандер, остзейский немец-романтик из Риги, вокруг которого сплотилась Московская Группа изучения реактивного движения, фактически ракетомодельный кружок под патронажем ОСОАВИАХИМа. Цандер грезил полётами на Марс, но скоропостижно умер, однако успел заразить своей мечтой куда более волевого и талантливого Королёва. В подвале МосГИРДа на Садовом кольце "группа инженеров, работающих даром" конструировала ракеты, и вышестоящие инстанции организовывали их запуски с полигона в Нахабино. С ракетами активнее всего в тогдашнем мире экспериментировала Германия, с 1930-х годов - потенциальный противник №1, и потому интерес советской власти к ракетам всё возрастал. В 1934 году Газодинамическая лаборатория из Ленинграда и МосГИРД объединились в Реактивный НИИ под патронажем маршала Тухачевского.

Это объединение вскрыло весьма специфическую черту Королёвского характера - он был по жизни Главным, равных не терпел, расхождения во взглядах не выносил, и вскоре повздорил с Иваном Клеймёновым - директором РНИИ, профессиональным учёным из ГДЛа. В 1935-38 годах Королёв как замдиректор РНИИ создал рядкрылатых ракет, дошедших даже до испытаний, но в итоге Клеймёнов понизил его до начальника отдела... чем спас жизнь: когда следом за Тухачевским под колесо репрессивной машины попало и его детище, самых ответственных ракетчиков расстреляли, Королёв же "всего лишь" отправился в лагеря.... историю про ГИРД и РНИИ я рассказывал отдельно. На допросе Королёву сломали челюсть, разбив о лицо графин. Из Бутырки он писал письма руководству о важности своих исследований, но всё тщетно. Проведя ещё некоторое время в пересыльной тюрьме в Новочеркасске, Сергей Павлович отправился в далёкий Ванинский порт и в апреле 1939 года прибыл на Колыму. К августу он добрался до золотого прииска Мальдяк, но провёл там несколько месяцев - его мать дошла до таких людей, как союзный депутат Михаил Громов (создатель Лётного института в Жуковском), дело отправили на пересмотр, а Сергея Павловича отозвали на материк. В Магадане он не успел на последний пароход, и этим потерял год, но сберёг жизнь - "Индигирка" погибла в штормовом Японском море. В Москве, куда Сергей Павлович вернулся в 1940 году, его не освободили, но оставили ему главное - Дело Жизни. Теперь Королёв работал с "Туполевской шарашке", конструкторском бюро тюремного типа, и не над ракетами, а над реактивными самолётами - но работал отчаянно, тем более что на дворе была война. Сначала в Москве, а когда на столицу посыпались бомбы - в Казани. Час конструктора пробил в 1944-м: немецкие баллистические ракеты "Фау-2" взлетали над Францией и падали в Англии, и хотя точность их была убогой, перспективы такого оружия осознавали все... особенно в сочетании с ядерной бомбой. В окружении Сталина нашлись те, кто знали - нет в Союзе человека, лучше разбирающегося в ракетах, чем Сергей Королёв. Вскоре Красная Армия заняла немецкий ракетный центр Пенемюнде, в руки Советов попало оборудование и множество "изделий" да молодые немецкие специалисты, которых Вернер фон Браун не позвал сдаваться американцам... И вот в подмосковном Калининграде в ОКБ-1 началось освоение этих технологий - тут см. пост про РКК "Энергия".

Королёв тогда натурально ДОРВАЛСЯ: "одну пишем, две в уме" - он думал над десятком ракет сразу, и если Р-1 была просто советской копией "Фау-", то уже Р-2 летала вдвое дальше и обладала отделяющейся боеголовкой. К 1956 году Королёв создал "великолепную семёрку" - ракету Р-7, на модификациях которой вся пилотируемая космонавтика летает и 60 лет спустя. И хотя создавал Сергей Палыч оружие, он всё ближе подходил к ракете для космических полётов. Человек в космосе - это был отличный пиар идей социализма, а пользу спутников трудно было переоценить что военным, что аграриям, что генсекам, поэтому космический полёт готовился уже с конца 1940-х годов, и первые собаки летали по суборбитальной траектории ещё на всяких хитрых модификациях "Фау-2". Вокруг Королёва сплотился Совет Главных, и становилось этих Главных всё больше: по мере усложнения космической программы из КБ Королёва выделялись всё новые фирмы. Производство ракет-"семёрок" в конце 1950-х ушло в Куйбышев (Самару), автоматических межпланетных станций - в Химки к Бабакину, а сам Сергей Павлович всё больше сосредотачивался на пилотируемом космическом корабле. Его мечтой по-прежнему был Марс, и в Первом спутнике или Первом космонавте он видел лишь промежуточные ступени. Идея посостязаться с американцами в Лунной гонке его не прельщала - пусть будем мы вторым на Луне, но первыми на Марсе! Тут, впрочем, прирождённое лидерство подвело - американцы были далеко, а вот Валентин Глушко и Владимир Челомей - рядом, и их бесконечные споры тем и кончились, что создать ракету для лунной полёта СССР так и не удалось. Королёв умер 16 января 1966 года - богатая биография и труд наизнос подорвали его здоровье, и хотя не было ему ещё и 60, хронических болезней Сергей Павлович нажил целый букет, и не пережил операции по удалению огромной (размером с кулак) саркомы. Есть версия, что это было эхо репрессий - из-за перелома челюсти врачи не смогли ввести ему в трахею дыхательную трубку. А он планировал на 1976 год пилотируемый полёт на Марс...
Королёв ушёл на 15-20 лет раньше большинства своих коллег по Совету Главных, и ещё десятилетие понадобилось советской космонавтике, чтобы научиться развиваться без него. А там и Перестройка подтянулась... Но на посмертной маске Королёв выглядит как удовлетворённый человек, перед смертью знавший, что жизнь прожил не зря.

Ну а дом-музей... дом как дом - с прихожей, в которой стоит скульптура "К звёздам"..

С автографами 11 космонавтов, побывавших в космосе при жизни Королёва:

С уютными гостиными на первом этаже, фикусами, картинами, старой посудой и куклой-талисманом под стеклом:

На камне - киноаппарат "Украина-5", домашний кинотеатр того времени:

Местами особняк не отличить от обычной квартире в хрущёвке:

А местами понимаешь, что тогдашняя роскошь - это уровень мелкого бизнесмена сегодня

На втором этаже, над лестницей - библиотека, и в этих шкафах - в основном художественная литература, а если и научная - то далёкая от космонавтики. На шкафу планер, как напоминание о знойном хмельном Коктебеле у начала пути. Циолковский к ракетам пришёл с дирижаблей, а Королёв - с неуправляемых авиамоделей и планеров.

Но главное в доме конструктора - Кабинет. Модели ракет, включая ГИРД-09, рисунок "семёрки":

Такие книги читал отец космонавтики:

За этим и столом и сидел Королёв - волевой самоуверенный лидер, которого уважают, любят и боятся, и крепкое слово его не унижает, но мотивирует. Воздух, кажется, до сих пор наэлектризован его мыслями...

Пожалуй, этот особняк - самый живой дом-музей, что я видел. Тут нет табличек, тут пахнет той же пылью, которой дышали Сергей Павлович, Нина Ивановна и их единственная дочь Наталья. Полное ощущение, что хозяин отошёл по делам ненадолго, а я, такой папарацци, в это время влез в его жилище. Провожая меня к воротам, всё тот же разговорчивый охранник сказал:
-Знаете, тут ведь всё не просто так. Кто по ночам дежурит в доме, много рассказать могли бы. То подходишь к дому - и видишь в окне тень мелькнёт. То дверь окажется открытой, хотя уходя, её закрывали. А вот сидела недавно одна смотрительница, и вдруг слышит на лестнице шаги. Уверенные такие, хозяйские. Она и говорит, не растерявшись: "Сергей Палыч, вы?!" - и шаги смолкли.
Я ответил:
-Верю. Пока не высадимся на Марс, не упокоится.
В завершение - любимая картина Королёва "Трудный путь", висящая над столом в его кабинет

В следующей части отправимся на Ходынку - второй по своей "космичности" столичный район
Автор VARANDEJ