Она хранила зубы Гитлера, чтобы доказать его смерть по фрагменту челюсти (6 фото)

Раздававшиеся редкие звуки стрельбы демонстрировали, что Красная Армия всё еще добивает отдельные группы фашистов. Но теперь, после многолетней войны, все с нетерпением ожидали мира.

Однако работа некоторых советских подразделений продолжалась. Среди них была команда следователей контрразведки.

С ними работала 25-летняя переводчица Елена Ржевская.

Поскольку Елена регулярно участвовала в допросах пленных немцев, в тот день, когда её вызвали к командиру полковнику Горбушину, девушка думала, что ей предстоит снова что-то выведать из очередного фашиста.

Вместо этого Горбушин вручил Елене коробку.

«Это был потертый бордовый ящик с мягкой подкладкой и покрытый атласом», — позже вспоминала Елена.

Она спросила Горбушина, что это такое. Ответ командира поразил её. «Зубы Гитлера, — сказал он. — И если вы потеряете их, вы ответите головой».

То, что происходило после этого, стало одной из самых необычных миссий Второй мировой войны.

Хотя немецкое радио объявило, что лидер нацистской Германии покончил с собой 8 дней назад, 30 апреля 1945 года, этому срочно требовалось подтверждение.

Многие думали, что фюрер мог сбежать из Берлина и скрывался где-то в Баварских Альпах или даже под волнами Атлантики на подводной лодке по пути в Южную Америку.

Задача, с которой столкнулась Елена, состояла в том, чтобы узнать, действительно ли обуглившиеся зубы, обнаруженные на территории рейхсканцелярии, принадлежали Гитлеру.

Почему же именно Елену выбрали для этого исторического задания? Это был первый вопрос, который она задала, открыв коробку, в которой лежал обугленный фрагмент нижней челюсти и протезы.

«Потому что у нас здесь нет сейфа, — ответил полковник Горбушин, — а так как вы женщина, вы с меньшей, чем мужчина, вероятностью напьетесь и потеряете их».

Первой целью было найти дантиста Гитлера — нелегкая задача, учитывая хаос в разрушенной войной столице Германии.

Вместе с двумя офицерами и водителем Сергеем за рулем «Форда» девушка отправилась в центр Берлина.

«В местах, где все еще поднимался дым, воздух в городе по-прежнему наполнялся испарением битвы, — писала она. — Баррикады, раздавленные танковыми траками, еще не были демонтированы».

Через несколько часов команда остановилась в больнице, после чего попыталась узнать, кто ухаживал за зубами Гитлера.

Дежурный врач не знал ответа на поставленный вопрос, а единственным известным ему доктором, который лечил Гитлера, был знаменитый ларинголог профессор Карл фон Айкен, возглавлявший клинику «Шарите».

В тот же день команда прибыла в клинику. Это было мрачное место, покрытое камуфляжной сеткой, чтобы хоть чуть-чуть защититься от атак с воздуха.

Отделение уха, носа и горла располагалось в подвале.

«Медсестры в сером, с белыми головными уборами с красным крестом, выглядели измученными, суровыми и молчаливыми, они шли по своим делам, — вспоминала Елена. — Раненых пациентов перемещали на носилках».

Появившийся пожилой профессор фон Айкен рассказал, что сам не знает личности стоматолога Гитлера, но наверняка это известно кому-то из отделения стоматологии.

Прибывший вскоре студент-стоматолог сказал, что дантиста зовут доктор Хьюго Блашке и он может показать, где тот работал.

И хотя бульвар в значительной степени был разрушен, здание стоматологии каким-то чудом сохранилось. Однако сразу после прибытия команды оказалось, что они чуть не попали в тупик.

Ведь человек по имени доктор Брук сообщил, что доктор Блашке вылетел из Берлина в Баварию. Но команда всё же осмотрела клинику, после чего полковник Горбушин спросил, не общается ли доктор Брук с кем-либо из сотрудников Блашке.

«Конечно! — воскликнул Брук. — Вы имеете в виду Кетхен? Кете Хойзерман? Она дома в своей квартире прямо возле нашего порога».

Через несколько минут появилась привлекательная женщина в темно-синем пальто. На ней был платок поверх пышных волос.

«Кетхен, — сказал Брук, — эти люди — русские. Кажется, им что-то нужно от вас». Хойзерман расплакалась, опасаясь, что её изнасилуют, ведь перед этим она уже подверглась насилию. Однако доктор Брук смог успокоить Кете, заявив, что эта группа военных не причинит ей вреда.

Хойзерман сказала, что ей 35 лет, её жених учитель, а сейчас служит унтер-офицером где-то в Норвегии, и она долго ничего не слышала о нём.

Доктор Блашке приглашал её эвакуироваться, но она отказалась.

Полковник Горбушин приказал Елене спросить, есть ли у них карточка Гитлера. Хойзерман сказала, что есть, и тут же достала коробку с карточками.

«Мы затаили дыхание, когда она перелистывала их, — написала Елена в своих мемуарах. — Мы увидели карты Гиммлера, Геббельса, его жены, всех их детей … Наконец была найдена медицинская карта Гитлера, и это было началом, но рентгеновских снимков не было».

Хойзерман сказала, что они находятся в другом стоматологическом кабинете Блашке — в рейхсканцелярии.

Женщина привела команду в маленькую комнату. Факел тускло освещал стул дантиста, кресло с регулируемым подголовником и небольшой письменный стол.

Во время обыска кабинета команда обнаружила рентгеновские снимки зубов Гитлера и его стоматологическую карточку.

На следующий день в 10:00 советские офицеры попросили Хойзерман по памяти описать зубы Гитлера.

После этого команда сравнила слова женщины с рентгеновскими снимками. Они полностью совпали.

Но еще более важным было, соответствуют ли они содержимому бордовой коробки. Елена передала зубы Хойзмерман, которая держала их в дрожащих руках.

Она глубоко вздохнула, затем выпалила: «Это зубы Адольфа Гитлера».

Для Елены и команды это стало неопровержимым доказательством. «Я действительно считала, что все бессмысленные слухи о том, что Гитлер жив, будут опровергнуты, а правда восторжествует», — писала она.

Елена была уверена, что вскоре команду отправят ​​в Москву с доказательствами и основными свидетелями идентификации останков Гитлера.

Но после этого случилось нечто странное, вернее, ничего не случилось. Потому что происходившее в руинах Берлина в мае 1945 года было скрыто, по личному приказу Сталина, пожелавшего заставить мир мучиться в догадках.

Советский лидер хотел сохранить тайну о смерти Гитлера, считая это тактически важным в предстоящих дискуссиях с союзниками об устройстве послевоенного мира.

И истина была не единственной жертвой — пострадала и Кете Хойзерман.

Она отсидела 10 лет в качестве «опасного преступника» и умерла бы от голода, но другая заключенная делилась с ней едой.

В последний раз Елена видела их в Берлине в конце мая 1945 года, когда зубы поместили в специальный контейнер и отправили в Москву.

После этого долгое время было неизвестно, сохранились ли они.

Однако в 2000 году зубы Гитлера показали на выставке в столице России.

Добавим, что после войны Елена вернулась в Москву и стала писателем. Она умерла в апреле 2017 года.