Свинарка и Фидель. Как в СССР кормили и развлекали дорогих гостей (4 фото)

Лучшим другом Советского Союза Фидель Кастро стал не сразу. После победы революции 1959 года советское руководство поначалу не знало, как к нему относиться. Ведь ещё весной того же года он съездил в США (правда, по приглашению общественной организации) и был тепло встречен большинством американских граждан. Но вот отношения на уровне государств не заладились. В 1960 году Кастро, выступая на Генассамблее ООН с речью, которая длилась 4 часа 29 минут, резко осудил политику США в отношении Кубы и других малых народов и государств. Он настолько разозлил американцев, что после закрытия ассамблеи полицейские власти Нью-Йорка без объяснения причин наложили запрет на вылет самолета кубинской авиакомпании, на котором Фидель должен был возвращаться домой. На дипломатический иммунитет, распространявшийся на этот лайнер, американцам было наплевать. И тогда Фидель принял предложение Хрущёва и возвратился в Гавану на советском Ил-18. А после попытки свергнуть революционное правительство Кастро объявил о переходе своей страны на социалистический путь развития.

Правда, скоро между Никитой Хрущевым и Фиделем Кастро едва не произошел разрыв. Их дружбу подорвал Карибский кризис, когда Советский Союз пошёл навстречу Штатам и демонтировал свои ракеты на Кубе, не поставив в известность Фиделя. Накал ситуации снижало то, что одним из условий советско-американского соглашения были гарантии ненападения США на Кубу.

26 апреля 1963 года в атмосфере строжайшей секретности, поскольку покушения на Фиделя устраивались с поразительной регулярностью, он вылетел в Советский Союз. Маршрут полета держали в тайне даже от сопровождающих, а все окна воздушного судна во время полета были зашторены. Самолет Фиделя приземлился не в Москве, как это обычно происходит в подобных случаях, а на севере СССР, в Мурманске, откуда команданте прямым ходом отправился на базу советских подводных лодок в Северодвинске. Да и сам маршрут его поездок по СССР и сроки пребывания в том или ином городе были засекречены, а за безопасность дорогого гостя отвечали головой первые партийные секретари тех территорий, на которых он находился.

За те 40 дней, что продолжалась его поездка по Советскому Союзу, Фидель успел стать первым иностранным гостем, стоящим 1 мая на трибуне Мавзолея, а также побывать в Мурманске, Ташкенте, Братске, Ленинграде, Киеве, во многих городах и поселках. И везде его принимали с такой доброжелательностью и любовью, что он и годы спустя вспоминал об удивительном гостеприимстве советских людей. Впрочем, и сам кубинец вел себя исключительно дружелюбно. Когда на станции Зима лесорубы узнали, что мимо них проследует поезд с Кастро, они перегородили путь и заявили, что не уйдут, пока не увидят живого Фиделя. А тот, услышав шум, вышел в тамбур в одной гимнастерке и прямо с подножки вагона на морозе начал свою речь. Тут же по рукам к нему «приплыла» телогрейка, а растроганный Кастро, извинившись за то, что у него ничего нет, отдал лесорубам свои сигары.

Конечно, власти стремились приукрасить действительность. Встречавшая высокого гостя в Ленинграде маленькая девочка вручила команданте букет цветов, а он спросил её, из какого она садика. И, получив ответ, обещал навестить её, что и сделал. Фидель попросил девочку показать, что где находится, на что та честно ответила, что не знает, поскольку в этом детсаду она всего лишь второй день. Переводчик Кастро Николай Леонов рассказывал, как возмутил Фиделя этот случай: он даже высказался по этому поводу на заключительном банкете в Ленинграде.
С чем-то подобным кубинский лидер столкнулся и в Ташкенте. Там он выразил желание посетить один из городских универмагов. Ему выдали 5 рублей, и он решил купить ремень. Фиделя удивил тучный человек за кассовым аппаратом, который едва умещался на своем рабочем месте, да еще и не умел открыть кассу. Как выяснилось, пламенного революционера обслуживал не кто иной, как министр торговли Узбекистана.

Кастро всегда старался выйти за протокольные рамки визита. Он приводил в ужас охрану, решив ночью прогуляться по Москве. А по дороге в Киев он потребовал остановиться у свинофермы, после чего, ловко оторвавшись в своих военных сапогах от обутых в начищенные туфли чиновников, проник на эту самую ферму. Познакомившись со свинаркой, Фидель попросил показать ему хату и спросил, не угостит ли она его чем-нибудь. Еда была нехитрая: сало, картошка, яйца, моченые яблоки. Гостю понравилось: «Мне не надо никаких сухих докладов по экономике. Я счастлив увидеть, что простые люди живут в достатке». Да и простые люди относились к нему как к своему: «Федя Костров, русский».