Факты и рассказы о съёмках фильма «Вий» (13 фото)

«Первый год мы снимали все те сцены, которые связаны с церковью. Это был очень сложный, технологический процесс — с Панночкой, с монстрами, с полетами гроба. На все это мы потратили целый год… Следующим этапом, согласно плану, стали съёмки актеров и хутора. И третий блок — это собственно сцены с путешественником Джонатаном Грином. Скажем так, первый блок был „самым страшным“, второй — „самым приключенческим“, а третий станет „самым мистическим“…»

«Действие картины происходит на Западной Украине, в Прикарпатье. Вся история рассказывается через английского путешественника Джонатана Грина — его играет Джейсон Флеминг, известный нам по фильмам „Карты, деньги, два ствола“, „Большой Куш“, „Загадочная история Бенджамина Баттона“. Так вот, картограф Джонатан Грин приезжает на хутор через год после происшествий с Хомой Брутом, и местные жители рассказывают ему о той чертовщине, которая у них творится. Все ночи Хомы Брута мы видим по рассказам местных жителей…»

У английского путешественника Джонатана Грина был прототип — французский путешественник, картограф и военный инженер Гийом ле Вассер де Боплан. С начала 1630-х и до 1648 года он работал на территории нынешней Украины — составлял географические карты и собирал этнографический материал.
На роль Грина приглашали Венсана Касселя, Киану Ривза, Шона Пенна, Тима Ротта, но ни с кем из этих актёров не удалось договориться и роль сыграл британец Джейсон Флеминг — его порекомендовал Джейсон Стэтхем, которому тоже предлагали поучаствовать в фильме.

«Я снялся уже в более чем девяноста картинах и теперь соглашаюсь играть, только если мне предлагают что-то бросающее вызов моему опыту. Найти фильм, в котором я разговариваю на русском языке и в котором мне предоставляется возможность поработать с командой со всех частей света, — это редкость. Кроме того, критерием для принятия решения об участии в съёмках является страна, где будет сниматься проект. В душе я цыган, и для меня путешествовать по миру так же важно, как и делать хорошее кино. Как только я узнал, что буду работать с русскими, я мгновенно согласился…»

«Молодые актеры, Чадов и Агнесс [Агния Дитковските], разговаривали со мной по-английски! Агнесс я люблю и восхищаюсь ею. Чадов — молодая звезда, с ним весело. Был на площадке и мой любимый актер Валерий Золотухин, который, к сожалению, ушел из жизни, когда мы закончили делать фильм. Я сразу понял, что он настоящий русский академический актёр. И не только он. Было много людей, чьи имена я не знал, но чьей игрой наслаждался. В России невероятно интересная история кино и театра…»


В «Вие» две главных героини — Панночка и её подруга, блаженная Настуся. На роль Настуси режиссёр искал актрису несовременной внешности, чтобы она была «как из немого кино». Пробы удачно прошла Наталья Водянова, но оказалось, что по контракту ей нельзя менять внешность. Тогда роль отдали молодой литовской актрисе Агнии Дитковските. У исполнителей главных ролей Чадова и Дитковските на съёмках был роман, который закончился свадьбой, рождением сына и… разводом.

На роль Панночки была утверждена Ольга Зайцева, которой, как и Наталье Варлей в старом фильме, довелось полетать в гробу:

«Я думаю, слава богу, Наталья Варлей жива и здорова… Если бы с ней действительно произошло что-то неприятное, то можно было бы говорить о каких-то суевериях, но так как все в порядке, повышенный интерес к этой теме кажется мне слишком раздутым. Но были люди, которые присылали мне после выхода фильма на почту предложения сходить в церковь, помолиться за меня…»

«Я хорошо помню старый фильм еще с детства. Тогда „Вий“ и „Кошмар на улице Вязов“ казались просто самыми страшными фильмами! Особенно эти руки из стен — просто катастрофа! Но мне кажется, что наш „Вий“ получился интереснее, чем тот, который был. История осталась та же, но кино гораздо зрелищнее и в нем есть вещи, которых нет у Гоголя, и в оригинале они не объяснены. А в нашем фильме все объясняется…»

В новом «Вие» масса компьютерных спецэффектов, но это не отменяло сложный грим и костюмы «нечисти». Наиболее колоритно выглядел актёр Игорь Жижикин, сыгравшего одного из свиты Вия:
«Работать было и трудно, и интересно. У меня был самый сложный грим. Мы поначалу его делали по пять-шесть часов, а то и больше — по восемь. Это сложный пластический грим и не только на лице, но и на всем теле. Изначально, когда его готовили — меня заливали полностью с ног до головы силиконом, и я в этом состоянии стоял на четвереньках и ждал, пока все эти силиконовые детали на мне засохнут. Потом их долго снимали.
Это не просто костюм. Ты его надеваешь на себя, а остальное потом доделываешь пластическими добавками. И по мере того как делают грим, уже начинаешь вживаться в образ и живешь им…»


Фильм снимался в павильонах знаменитой чешской студии Barrandov и на «Мосфильме». Натурные съёмки проходили в лесах под Прагой и на Украине, где в первый же день съёмок сгорела старая церковь в которой снимался фильм «Вий» 1967 года…

«Мне кажется, что в том фильме сделан уклон в мистику и чертовщину, а в самой повести всё намного сложнее. Гоголь глубже всё это писал, интересовался подробней, а в том фильме побеждает фантасмагория, причем она не очень поддержана техническими эффектами. В целом, фигура Гоголя очень противоречивая и неоднозначная, его надо понять, что крайне сложно. Я бы не стал столь категорично относиться к Гоголю. Он был нездоровым человеком, страдал психическими отклонениями. Но, возможно, именно эти отклонения вдохнули сумасшедшую энергию в его произведения. „Вий“ — при всей его чертовщине — очень христианское произведение, где есть вечная борьба добра со злом, борьба с соблазнами и страстями…»

В этом фильме последнюю роль сыграл актёр Валерий Золотухин. У него была роль казака Явтуха, которого отец панночки поставил караулить Хому Брута, чтобы тот не сбежал с хутора. Сначала на роль Явтуха утвердили Льва Дурова, но он отказался сниматься из-за частых перелётов. Золотухина же это не остановило…

«На роль моего мужа был утвержден Лев Дуров. Приехала — ахнула: вместо него встречает Валера Золотухин! Роль поначалу шла тяжело, никак не могла понять, чего добивается от меня режиссёр Олег Степченко. Выручил партнёр — подыграл, подставил плечо. Сниматься с Золотухиным одно удовольствие — он всё время шутил, веселился. И в мыслях не было, что болеет. Не верю, что Золотухина сглазил Вий…»

«В то время в жизни Золотухина происходило множество событий — после ухода из Театра на Таганке Юрия Любимова руководство труппой он взял на себя. К тому же Валерий Сергеевич уже был тяжело болен. Иногда приезжал на съёмки совершенно разбитым, и мы старались окружить его комфортом и заботой. А как-то, помню, когда снимали в Праге, он, видимо, хорошо себя чувствовал, и показался мне совершенным мальчишкой. Золотухин веселил всю группу, принимал участие в посиделках, с удовольствием предавался воспоминаниям и даже пел песни. Все были от него в восторге…»

«Мы снимались вместе в тех сценах, где на хуторе собираются казаки. Подход у него к роли просто „сумасшедший“. С утра мы с ним разговаривали — это был один человек, но, когда он надевал костюм и начинал работать над ролью, его уже было не узнать. Совершенно другой — реальный гоголевский персонаж. Он, конечно, задавал всем сильнейший тон. Когда все казаки за столом сидят, пируют, едят или пытаются что-то выведать у путешественника, вдруг Валерий Сергеевич вспоминал какие-то совершенно неожиданные вещи. Старые казачьи песни, байки, что-то ещё, что создавало неимоверную атмосферу».