"Битва" за Родину (4 фото)

Молодой, но уже известный белорусский писатель Алесь, сидел в “Славянском базаре”, и под музыку ”Рио - риты” ожидал заказанную трапезу. Публика, состоящая из фронтовых офицеров, разномастных жуликов и нарядных крепкозадых женщин, с улыбками на лицах фокстротила ресторанный пол. Беломорный дым серой тучей покрывал зал. И ни пробегающие мимо халдеи, ни танцоры не могли эту тучу разогнать.

Не смотря на тучу, на душе у Алеся было светло и радостно. Подходил к концу 1943 год. Уже были разбиты немецкие войска под Сталинградом. Освобождены: Белгород, Харьков, Орел. Советская армия тяжелыми пинками гнала немцев обратно в фатерлянд.

Молодой писатель все еще не мог осознать случившегося. Три часа назад из рук председателя Верховного Совета, Всесоюзного Старосты - Калинина он получил государственную премию и орден. Михал Иваныч вяло потряс Алеся за руку. Тряся козлиной бородой, произнес несколько соответствующих этому торжественному моменту слов. Отдал коробочки с наградами. И пошел к другим лауреатам.

- Ну за что? Ну почему я? Ну написал после ранения ару - тройку книжек. Так что? За это орден полагается. Да еще и Госпремия? - размышлял писатель, разглядывая через табачную тучу брюнетку за соседним столиком. - Выходит, что я талант, раз народ и правительство так высоко меня оценили? Ну премию то, конечно я отдам. На завод по производству брони. Или на какой другой.
Алесь еще раз взглянул на брюнетку. - Не ну не всю конечно. “Эмку” куплю. Буду на ней баб на водохранилище возить. Не ну на куй. Всю отдам.

-У вас свободно? - какой то мужик лет сорока, одетый по цивилю, оборвал размышления Алеся.

-Кали ласка - по белорусски ответил Алесь и указал мужику на стул.

Мужик заказал графинчик водки и закуску, вынул папиросу, закурил и обильно подпитав дымом табачную тучу завел разговор.

-Вот вы мне скажите - мужик опрокинул рюмку - как вам нравится самолет Юнкерс?

Алесь чуть не подавился холодной закуской.

-Провокация, блядь - пронеслась в затуманенной водкой голове писателя мысль. И он выпил чтобы сосредоточиться. Собеседник ждал ответа.

- Гауно! - ответил по белорусски Алесь со свойственной ему деревенской прямотой. И выпил еще.

- О, не скажите. А скорость? А дальность полета? - Мужик выпил и опять начал приставать к молодому писателю.

- А вот вы мне скажите. А как вам нравится самолет Мессершмит? - не унимался собеседник. Алесь выпил и бычьими глазами уставился на провокатора. Кровь тяжелым молотом стучала у него в висках, а уши горели, как раскаленные утюги.

- Гауно! - повторил писатель по белорусски. И выпил.

- О, не скажите! А потолок! А вооружение! А взлетно - посадочные характеристики! А двигатель какой! А? - Спросил мужик и продолжил доепки.
- А вот вы мне скажите, как вам нравится самолет Фокке Вульф - 190?

-Пи..дец! Вот она, реальная вражина! Да и где? У стен Кремля! Под самым сердцем Родины! - рассудил контуженным мозгом Алесь и ударил мужика графином по голове. Падая на пол, мужик опрокинул стол и успел больно ударить писателя в пах. Оба покатились под ноги фокстрирующих пар.

-Трымай шпиена! - по белорусски кричал Алесь, и душил мужика галстуком.

-Убью, сука! - кричал мужик и бил Алеся по красной морде.

Вскоре, оказавшиеся поблизости НКВД-шники, забрали драчунов в участок.



-Ну как вам не стыдно, товарищи! - сказал через час седой майор, выпуская бывших гладиаторов из кутузки:
- Один - известный белорусский писатель. А другой - прославленный авиаконструктор Лавочкин.

Вот такая история.