Воины прошлого, или исторические фото солдат (27 фото)

Василий Николаевич Кочетков (1785 1892 гг.) 81 год в армми про него прикольный рассказ:Раз наш, значит, росомаха. Жил-был Василий Николаевич Кочетков. Родился он в 1785 году, а в 1811 поступил на военную службу. Вскоре началась Отечественная война 1812 года.
[мат]-колотить, война! обрадовался Кочетков, и подал рапорт о переводе в строевые.
Зачислили его в лейб-гренадерский полк. Кочетков с этим полком дрался при Бородине и брал Париж, приговаривая:
Эка, [мат], невидаль: лягушатники. Всех [мат].

И [мат]. Дослужился до фельдфебеля. В 1820 году перевели его в Павловский лейб-гвардейский полк, а в 1828 году началась русско-турецкая война.
И турок [мат], сказал Кочетков, и пошел [мат].
Потом началась война с польскими мятежниками:
Один [мат], кого [мат], решил Кочетков, и [мат] поляков.

В 1836 году вызывает его командир, и говорит:
Ну что, Василий, закончилась твоя служба. 25 лет выслуги, выходи в отставку, ступай домой.
И хули там делать? удивляется Кочетков. На огороде пахать, да баб [мат]? Нет уж, остаюсь в солдатах.

И остался. Началась Кавказская война, и Василий Николаевич, с тем же лозунгом [мат], кого [мат] , отбыл на Кавказ. Было ему уже 58 лет. Целый год он [мат] на Кавказе, был ранен в шею навылет и в обе ноги. Подлечился, и опять [мат]. Но тут в бою при ауле Дарго его снова ранили в ногу и взяли в плен.

В чеченском плену Кочетков пробыл 9 месяцев и 23 дня, а потом сбежал, как рана затянулась. Уж как он это сделал, [мат] знает, ну так росомаха же. Дали за это Кочеткову Георгиевский крест 4 степени.
Ишь, ёшки-мандавошки, порадовался Кочетков.
И в 1849 году отправился в Венгрию, приговаривая:
Венгров еще [мат]чил.

Вернулся из Венгрии, его вызывает командование и говорит:
Тебе по выслуге лет полагается экзамен на подпоручика.
Староват я, ваше высокоблагородие, экзамены сдавать, отвечает Кочетков. Школяр я вам, что ли? Отправьте лучше на войну.
Все войны у нас для тебя закончились, отвечают ему. А раз староват, так выходи в отставку и [мат] домой.

Пришлось Кочеткову сдавать экзамен. Пожаловали ему чин подпоручика, а Василий говорит:
Вот уж это вы меня [мат] заставите. Желаю быть солдатом и [мат] врага. Отправляйте на войну, [мат].
И отказался от эполет. Командование задумалось, чо делать с этим отморозком. В итоге оставили в солдатах, дали серебряный шеврон на рукав, офицерский темляк на саблю и 2/3 оклада подпоручика. Но на войну не послали, а в 1851 году выперли все ж в отставку, со словами:
У нас тут не дом престарелых, а армия. [мат] уже, пожалуйста, домой.
Мудачье вы, и суки неуважительные, огорчился Кочетков, и вышел в отставку.

Но в 1853 году началась Крымская война. Пошел Кочетков призываться.
Тебе уже 68 лет, говорят. Куда собрался? Сиди на завалинке.
Вам, [мат], не суп из меня варить, отвечает мощный старик. И не [мат]у прошусь, а в армию. Принимайте, иначе вас тут [мат] вместо врага начну.

Делать нечего, приняли его. И отправился Кочетков с Казанским конно-егерским полком в Крым. Там он опять [мат], защищал Севастополь, принимал участие в вылазках и оборонял Корниловский бастион. Но тут рядом с ним разорвалась бомба, и его ранило осколками.
Ну [мат] какой-то, расстроился Кочетков. Опять не успел [мат], как следует.

Отправили его в госпиталь, обвешали медалями и орденами, и сообщили о неубиваемом дедушке императору Александру II. Мол, не знаем, как и унять росомаху эту [мат].
Вы чо, [мат], над человеком издеваетесь, бюрократы [мат]? Мудро сказало величество. Он двум моим предшественникам служил, и мне еще послужит. Хочет [мат], и пусть [мат]. А мне такие люди нужны.

И издал высочайший приказ, чтоб перевести героя в почетную роту дворцовых гренадер, с производством в унтер-офицеры. Сделали ему специальные погоны, с соединенными вензелями трех императоров, которым он служил: Александра I, Николая I и Александра II. На левом рукаве было восемь рядов нашивок из золотого и серебряного галуна и тесьмы за отличия в службе, а на шее и груди Кочеткова висело 23 креста и медали.

Ишь ты, [мат] какая заковыристая, снова порадовался Кочетков. Как елка, [мат], новогодняя.
Вот ходил он по дворцу, тряс орденами и медалями, но быстро заскучал, и написал рапорт Александру II:
Царь-батюшка, не вели казнить, вели на войну послать. [мат] я по паркетам шастать, фрейлины духами шибко воняют, а ордена шею натирают. Желаю [мат] врага во славу России .
Ой, всё, ответил Александр, Вали и [мат], раз так хочется.

И Кочетков 84 года отправился в Среднюю Азию, [мат] врага. Там он участвовал в боях за Самарканд и Туркестан, брал Хиву.
В 1874 году пришло ему письмо от Александра II:
Дорогой Вася, есть у меня к тебе дело. Надо императорский поезд конвоировать, а кроме тебя и некому. Выручай, братец. С уважением, твой государь император .

Поступил Кочетков в конвой императорского поезда, но тут в 1876 году на Балканах восстали Сербия и Черногория.
Надо [мат] же! радостно воскликнул Кочетков. Засиделся я при поезде этом, никаких [мат] развлечений.
И отбыл на Балканы. Было ему 92 года. Там [мат], а потом началась Русско-Турецкая война.

Вроде было уже что-то подобное, почесал репу Кочетков. Вроде мы уж турок [мат]. Видать, новые народились. Пойду я.
Дрался он на Шипке, и там был ранен, потерял левую ногу.
Нога не голова, и [мат], трезво рассудил он. Не особо-то и нужна.

Выздоровел, и был переведен в конно-артиллеристскую бригаду. Чтоб без ноги удобнее было, на конях-то. И [мат] турок до конца войны.
Может, уже вернешься в дворцовые гренадеры? осторожно спросил Александр II.
Да пожалуй, нехотя согласился Кочетков. А то войны приличной нету, хоть так послужу.

И служил еще 13 лет. Потом говорит:
Пойду я, царь-батюшка, домой. Старый стал немножко, отдохнуть охота. Но ежели кого [мат] надо, так ты зови. Мы со всем нашим удовольствием.
Вышел в отставку в 1892 году, и отправился домой. Но внезапно умер по дороге. В 107 летстихотворение есть, к сожалению

В русской Армии, форма была красивее, чем в Красной Армии 40-х годов.

шотландцы конечно молодцы,мало того, что в юбках на войну приперлись так, еще и прибухнуть где то успели.