Автомобили и пятиэтажки (16 фото)

Пятиэтажки — примета моего поколения. В одном из таких домов я прожил почти полвека. Хорошо помню кухню в пять с половиной «квадратов», где в выходные усаживалась вся семья: сначала пять, а затем и шесть человек (и как это у нас получалось?). Необходимость заклеивать на зиму окна бумагой, чтобы поменьше дуло. И много других странных современному человеку вещей. Но квартира с центральным отоплением, горячей водой, ванной, нормальным унитазом и мусоропроводом (или балконом, в пятиэтажках они почему-то не совмещались) тогда была сродни чуду. Ведь переезжали сюда из поглощаемых Москвой деревень или бараков — длинных деревянных сараев, разделенных фанерными перегородками на комнатки. Удобства, разумеется, во дворе...

Столица скоро расстанется с пятиэтажками. Домами «первого этапа индустриального домостроения», как пишут в умных книгах. Прощание с «хрущевками» и стало поводом вспомнить прошлое глазами бывшего жителя и человека, всю жизнь связанного с автомобилями...

Дома в начале 1960-х строили быстрее, чем успевали придумывать названия улицам. Хотя они и улицами-то в современном понимании еще не были. С одной стороны наспех заасфальтированной дороги вырастали пятиэтажки, с другой оставались одноэтажные домики совхоза, откуда по утрам приносили свежее молоко.

По проезжей части снуют ревущие, дымящие грузовики: самосвалы ЗИЛ и огромные носатые МАЗы — панелевозы. Именно пятиэтажкам мир обязан появлением этого термина. Ведь раньше автомобилей, которые возят панели, не было, да и по панелям ходили, а не собирали из них дома. В дождливую погоду строительная техника наваливала на свежий асфальт горы грязищи. Несколько лет основной детской обувью для меня оставались резиновые сапоги.

Следом в новый район въезжали возбужденные новоселы. Как правило, на грузовиках ГАЗ-51. Обычно скарб семьи, состоящей часто из трех поколений, немудреная мебель, узлы, чемоданы и непременные цветы в горшках — умещался в одной машине, грузовом такси. Их красили в синий цвет и наделяли специальными кузовами: высокие борта под брезентом, «калитка» сзади, лесенка для удобства посадки, откидывающиеся продольные лавки для пассажиров. Бабушек и мам старались сажать в кабину, мужчины ехали в кузове, придерживая все, что могло упасть от тряски. За ветровым стеклом грузовых такси — зеленый огонек, в кабине счетчик, как в легковом таксомоторе. Причем водителю принято было давать на чай или на что-нибудь более крепкое.

Редкие зажиточные семьи переезжали, купив новую мебель, или даже наняв грузчиков. Высокие мебельные фургоны тоже, как правило, строили на шасси ГАЗ-51. Это вообще самый главный и самый народный грузовик эпохи рождения пятиэтажек. Даже мусоровозы (обычно мышиного серого цвета) делали на базе этой массовой горьковской модели. Юркие машины поутру ползли вдоль домов, дворники выносили из каждого подъезда цилиндрический бачок и опорожняли его в маленький мусорный отсек. Большие мусоровозы, как и большие баки на несколько домов, появились куда позже.

Еще один важный автомобиль периода расцвета пятиэтажек — автобус. Город стремительно рос вширь, выбираться из Черемушек, Бескудниково и прочих Медведково пешком, как привыкли передвигаться жители центра, было немыслимо, а метро не поспевало за стремительным маршем пятиэтажек. Понятия «ждать автобус», «бежать на автобус», «втиснуться в автобус» — родные для советских людей. Вот и едешь, втиснувшись в узенький салон, от ближайшей станции мимо солидных кирпичных домов конца 1950-х, потом вдоль пустырей с остатками еще деревенских строений в родной пятиэтажный мир, «высотными» ориентирами которого служили типовые здания школ.

Автобус, конечно же, ЗИЛ-158. Узкие двери, высокие ступеньки, минимальный проход между сиденьями. Труд водителя вызывал уважение даже у мальчишек. Движение в ту пору — не чета современному, но целый день орудовать тяжелым рулем без усилителя, тугими педалями и рычагом переключения передач — та еще радость. Появившиеся позже ЛиАЗы-677 с более просторным салоном и автоматической коробкой казались пришельцами с другой планеты и пассажирам, и водителям.

В начале 1960-х автобусов предыдущего перед 158-м поколения — ЗИС-155 — в Москве уже практически не было. Однако одному из них в нашем районе нашли забавное применение. В единственном очаге культуры — летнем, без отопления, собранном из простых панелей на стальном каркасе кинотеатре с добрым названием «Ромашка». Первые годы киномеханик крутил фильмы из списанного ЗИС-155, приделанного с тыла к сараеобразному зданию. Потом пристроили-таки бетонную будку, а автобус догнивал поблизости. Удивительно, но строение стоит до сих пор, пережив пятиэтажки! В нем нынче какой-то склад, а можно было бы уже записать в памятники архитектуры начала 1960-х.

Помимо автобусов, от ближайшего метро пустили маршрутки — 977-е РАФы. Проезд на них стоил в два раза дороже — 10 копеек. Зато какое счастье ехать именно в такой, куда более интересной машине! Особая удача для подростка — сесть спереди, справа от водителя. Тогда на это смотрели спокойно. Одно время маршрутка услужливо заезжала прямо в квартал на неширокую безымянную дорожку, торцами к которой стояли пятиэтажки. Но такой маршрут вскоре отменили, а потом и сами маршрутки исчезли. Видимо, удовольствие посчитали слишком нерентабельным.

Легковые такси — 21-е «Волги» — заезжали не часто. В наших широтах такой транспорт считался пижонским, поскольку был дорогим. А вообще таксисты, особенно поздно вечером, ехали к нам неохотно — назад, скорее всего, придется возвращаться порожняком. Извозчики прозвали район Гаваной. Я знаю три версии, почему это случилось. Во-первых, очень далеко — почти как «остров свободы». Во-вторых, дальше наших пятиэтажек за лесом начинался так называемый Университет дружбы народов, где получали советское образование молодые друзья СССР. В основном, из Африки и Латинской Америки. Также существует версия, что слово «гавана» остряки образовали, увидев совмещенные санузлы и окрестив их «говно и ванна». Смешно, но, по-моему, маловероятно. Такая конструкция была лишь в однокомнатных квартирах.

Частных автомобилей во дворах пятиэтажек было совсем мало: не хватало денег. И проектировщикам новых микрорайонов не приходила мысль, что когда-нибудь легковушки появится чуть ли не в каждой семье. Между домами с широченными газонами да деревьями — узкий проезд. В конце — маленькая площадочка на пару машин. Если появлялась третья, ее, как правило, парковали на более широкой внутриквартальной дороге. Газоны — святое. Пока...

«Волги» встречались лишь у кооперативных домов. Ведь и пятиэтажки бывали такими. В них квартиры не получали, а покупали. И у тех, кто мог себе это позволить, личных автомобилей было чуть больше.

У наших домов встречались, в основном, «Запорожцы» — 965-е, потом и 966-е, а также «Москвичи» всех мастей и моделей. ЗАЗами часто владели инвалиды, которые в начале мая появлялись, на зависть «не знавшим битв» мальчишкам, с богатым набором военных орденов и медалей. А среди «Москвичей» самыми красивыми слыли, конечно же, двухцветные 407-е.

Попадались экзотические трофейные машины времен войны. Пройти мимо невозможно! Как правило, старенькие BMW и Opel, иногда даже и Mercedes-Benz, были уже с неродными, обычно москвичевскими или волговскими агрегатами. Но и в таком виде они стали живой, ездящей автомобильной энциклопедией.

По субботам счастливые советские автолюбители появлялись под открытыми капотами и просто под своими драгоценными машинами. Самые рукастые обслуживали автомобили прямо во дворах, хоть и под косыми взглядами пенсионеров.

Постепенно в узеньких дворах прописались новые «Запорожцы» и «Москвичи», а потом и «Жигули». Автолюбители под неодобрительное ворчание все тех же и уже новых пенсионеров стали потихоньку отвоевывать куски широченных газонов. Но недовольство постепенно стихло, внуки пенсионеров тоже начали обзаводиться личным транспортом.

Автопарк молодел. Те, кто пошли из пятиэтажек в детский сад, поступили в школу и закончили ее, отправились на работу или в институты. Дома уже не казались большими и нарядными, в окна дуло все сильнее, канализация засорялась чаще, а поголовье грызунов, норовивших незваными прийти в гости, — многочисленней. Прозвище «хрущевка», немыслимое во времена строительства микрорайонов и родившееся уже в 1970-х, превратилось в обидное «хрущоба».

... Уже шесть лет на месте моей пятиэтажки детский сад, как раз рядом с тем, в который я ходил. Конечно, в этих воспоминаниях есть ностальгия — вполне естественная и в тоже время забавная. Ведь девушки тогда, разумеется, были моложе, деревья зеленей, а первый семейный «Москвич», приткнувшийся в узком дворе, — очень быстрым, нарядным и удобным. Ну а пятиэтажки, конечно, были большими...

Сергей Канунников