Танки Т-64, Т-72, Т-80. Ка они появились и почему (32 фото)

На том этапе родился действительно революционный танк, определивший развитие советского танкостроения на десятилетия вперед. Историческая справедливость требует объективного рассмотрения процесса создания этих танков. Тем более, когда из трех конкурировавших КБ в России осталось только одно, объективность иногда жертвуется в угоду конъюнктуре.


История создания этих танков охватывает громадный период в советском танкостроении, страшно подумать – более 50 лет! От утверждения тактико-технических требований в 1955 году до начала разработки танка «Армата». Целая эпоха, через которую прошли тысячи судеб конструкторов, ученых, военных, государственных и политических деятелей разного уровня.

Мне пришлось быть участником этих событий в период с 1972 по 1996 годы и пройти путь в ХКБМ от молодого специалиста до одного из руководителей проекта последнего советского танка «Боксер». Что-то прошло через меня непосредственно, что-то узнавал от коллег, по рассказам и воспоминаниям конструкторов, министерских чиновников и военных, с которыми я проработал почти четверть века. А что-то я узнал спустя десятилетия уже из мемуаров.

Историю этих танков нельзя рассматривать в отрыве от их разработчиков и борьбы разных школ танкостроения, где была как честная конкуренция, так и лоббирование и использование рычагов властных структур. Как бы там ни было, танки рождались, и люди в каждом КБ боролись и отстаивали не свои личные интересы, а идеи и концепции танков и стремились претворить их в жизнь.

При оценке танков необходимо учитывать предъявляемые к ним требования того времени, а не смотреть с позиции сегодняшнего дня. Тем более, не считать истиной в последней инстанции оценку специалистов, таких, как Карцев или Костенко, далеко не всегда объективную и вырванную из контекста, а объективно рассмотреть все процессы создания этих танков, их преимущества и недостатки.

Советское танкостроение зарождалось в Ленинграде. Там до войны появилась первая школа танкостроения, на ленинградском Кировском заводе (ЛКЗ). Затем в Харькове сложилась вторая школа, в Харьковском конструкторском бюро по машиностроению (ХКБМ) и после войны — третья, на Уральском вагоностроительном заводе (УВЗ). Для простоты изложения далее эти названия сохранены.

В Ленинграде начинали с легкого танка Т-26, потом сделали ставку на тяжелые танки Т-35, линейку серий «КВ», «ИС» и завершили тяжелым танком Т-10. В Харькове сначала пошла линейка легких танков серии «БТ», потом была реализована инициатива Кошкина по среднему танку Т-34 и далее при участии УВЗ линейка танков Т-44 и Т-54.

В Нижнем Тагиле до войны своей танковой школы не было. Харьковское КБ в 1941 году было эвакуировано туда, и почти 10 лет (до 1951 года) сотрудники КБ во главе с Морозовым должны были работать там. В начале 70-х мне приходилось беседовать с некоторыми из них и они рассказывали, насколько тяжело им приходилось жить в отрыве от дома. Мне до сих пор непонятно, почему их так долго держали в эвакуации.

Харьковское КБ на территории Нижнего Тагила продолжало совершенствовать Т-34 и там появилась модификация Т-34-85. Этого никто и никогда не отрицал, но сам танк был создан в другом месте и в другое время.

После отъезда Морозова и группы ведущих конструкторов в Харьков КБ в Нижнем Тагиле сохранилось, продолжало совершенствовать танк Т-54 и разработало следующие модификации: Т-55 и Т-62. Таким образом, на Урале начала формироваться своя школа танкостроения.

Так сложились конкурирующие между собой три школы танкостроения, каждое из которых выдвигало свою версию создания танков Т-64,Т-72 и Т-80. Можно задаться вопросом: обоснованно или нет было содержание в стране трех мощных КБ, разрабатывающих практически одни и те же машины? Наверное, в этом был смысл, они сформировались в процессе развития танкостроения. При этом были издержки и необоснованные расходы, но в итоге это способствовало созданию уникальных образцов военной техники.

Каждое КБ отстаивало свою точку зрения на концепцию танка и стремилось сделать танк лучше и естественно обойти конкурентов. Сейчас осталось только одно КБ в Нижнем Тагиле, которое не имеет альтернативы. Закрыт и ВНИИТрансмаш, который мы называли «противотанковым» институтом. Он был независимым арбитром, хотя далеко не всегда соответствовал этому. Все-таки конкуренция должна быть, она стимулирует конструкторскую мысль.

Я прошел школу ХКБМ и сразу хочу отметить, что никогда не отстаивал и не собираюсь отстаивать «украинское танкостроение». В подтверждение своих слов приведу цитату из моей книги, которую написал в 2009 году: «Для меня Советский Союз и Россия всегда были словами с большой буквы, а Украина – так, ничего не значащий для меня пустой звук… Все мои действия в последующие годы направлены были на борьбу за восстановление исторической справедливости, при которой и история танкостроения в моем родном КБ является не историей Украины, а принадлежит всем нам, работавших в разных республиках под руководством Москвы».

В связи с этим история танкостроения, как бы мы ни спорили и ни выясняли отношения между собой, — наша общая история, мы ее создавали и должны объективно оценивать имевшие место факты и события. Сегодня ХКБМ по многим объективным причинам не может разрабатывать перспективные танки, но его вклад в общее дело несомненен.

Практически все танки рождались не по приказу свыше, а из инициативной работы конкретного КБ. Так было с Т-34, так же создавался и Т-64. При этом очень много зависело от личности главного конструктора, именно он определял каким быть будущему танку. Мне пришлось работать при трех главных конструкторах и я могу сравнивать и оценивать их деятельность. Морозов был гений, создание танков было смыслом его жизни. Таким же гением был и Кошкин, пришедший, между прочим, в Харьков из Ленинграда.

Могу предположить, что, если бы Морозов не вернулся из эвакуации, то танк Т- 64 родился бы не в Харькове, а в Нижнем Тагиле. Такие люди знали и умели формировать коллективы, способные создавать шедевры конструкторской мысли. Можно еще привести пример Королева, благодаря гениальности и организаторскому таланту которого родился советский космос.

Танк создает не только танковое КБ, под руководством главного конструктора над ним работают десятки конструкторских, научных и производственных организаций разного профиля и назначения, без которых создать машину невозможно. Двигатель, броня, вооружение, боеприпасы, прицельные комплексы, электроника и много еще чего разрабатывается в специализированных организациях. Головное КБ увязывает все это в единое целое и обеспечивает выполнение заложенных характеристик.

В середине 50-х в Советском Союзе начинает доминировать тенденция свертывания работ по легким, средним и тяжелым танкам и принимается концепция создания единого танка. Военные разрабатывают тактико-технические требования на такой танк и его разработка поручается ХКБМ.

Можно задаться вопросом: почему выбрали именно это КБ?

Ленинградское КБ занималось тяжелыми танками, и это был не его профиль. Разработку нового среднего танка Морозов в инициативном порядке начал, находясь ещё в Нижнем Тагиле. Вернувшись в 1951 году в Харьков, он продолжил эту работу (объект 430). В Нижнем Тагиле незавершенный проект продолжил новый главный конструктор Карцев (объект 140).

В двух КБ были разработаны эскизные и технические проекты, которые были рассмотрены в ЦК КПСС и Совете Министров. По результатам рассмотрения в июне 55-го были разработаны ТТТ на перспективный танк, изготовлены опытные образцы танков и в 1958 на Кубинке проведены испытания.

Объект 430 успешно прошел испытания, а объект 140 их не выдержал. Работы по этому танку были свернуты и УВЗ сосредоточил свои усилия на создании танков Т-55 и Т-62. Несмотря на успешные испытания, объект 430 не был принят на вооружение, поскольку он не давал существенного повышения ТТХ по сравнению с танком Т-54.

В инициативном порядке объект 430 принципиально перерабатывается, устанавливается новая гладкоствольная 115-мм пушка с выстрелами раздельного заряжания. По результатам рассмотрения этого проекта в феврале 1961 года принимается постановление ЦК КПСС и Совета Министров о разработке нового танка массой 34 тонны, с пушкой калибра 115 мм, механизмом заряжания и экипажем 3 человека. Так был дан старт разработке танка Т-64 (объект 432), реализация проекта поручается ХКБМ.

Танк Т-64 был революционным на то время и стал родоначальником нового поколения советских танков. В нем много было нового, но принципиальными — автомат заряжания и экипаж 3 человека, ходовая и никогда ранее не применявшийся двигатель. Все эти новшества стали проблемами этого танка и особенно двигатель, приведшие к появлению танков Т-72 и Т-80.

Для уменьшения внутреннего объема и массы танка Морозов применил специально сконструированный для этого танка низкий оппозитный двухтактный дизель 5ТДФ с горизонтальным расположением цилиндров. Применение этого двигателя позволило создать низкий моторно-трансмиссионный отсек с эжекционной системой охлаждения. Работы над этим двигателем были начаты еще в 1946 году на базе немецкого авиационного двигателя Junkers Jumo 205.

Применение этого двигателя повлекло серьезные проблемы, связанные с его освоением в производстве. Ранее уже было известно, что попытки Англии и Японии освоить этот двигатель в производстве закончились неудачей. Тем не менее, решение было принято, и разработку такого двигателя поручили Чаромскому, известному специалисту в создании авиационных двигателей.

На заводе Малышева в 1955 году создается специальное КБ по дизелестроению, Чаромский назначается главным конструктором и впоследствии строится завод по производству этих двигателей.

Продолжая историю становления танка Т-64, следует отметить, что путь этот был тернистый с неожиданными поворотами. В конце 1961 года был разработан и защищен техпроект на объект 432, а в сентябре 1962 года изготовлены первые опытные образцы танка. В октябре 1962 года танк был продемонстрирован руководителям государства на Кубинке. По сравнению с другими танками, он серьезно отличался, и, несмотря на неоднозначную реакцию военных, дальнейшая его разработка была одобрена.

Внешне танк выглядел очень эффектно, как изысканно одетая женщина с приятной внешностью. Мне рассказывали, как при рассмотрении первых вариантов танка Морозов своей рукой провел на чертеже линию и срезал выступающие торцы первых топливных баков на надгусеничных полках. Со словами, что в танке должно быть все красиво.


На заводе Малышева была изготовлена опытная партия танков для предъявления на госиспытания. Машина была принципиально новой практически во всем и в процессе заводских испытаний выявилось большое количество дефектов и недоработок двигателя и его систем, механизма заряжания и ходовой части. По этой причине ряд тактико-технических требований не были выполнены.

После отработки и доводки конструкции и устранения замечаний танк все-таки в 1963 году был представлен на госиспытания. Однако этих мероприятий оказалось недостаточно, ТТТ не были выполнены и танк не прошел полный цикл испытаний и на вооружение принят не был.

Несмотря на это, принимается решение запустить его в 1964 году в серийное производство по документации главного конструктора. Танки направлялись войска на ускоренную эксплуатацию, выявлялись дефекты и устранялись. Конструкция дорабатывалась и в октябре 1966 года он был представлен на повторные госиспытания. Успешно прошел их и в декабре 1966 года был принят на вооружение.

Сразу следует отметить, что серийное производство танка началось вопреки воли военных и это естественно не сделало их сторонниками этой машины. К тому же военные противились внедрению принципиально новой машины в армию, поскольку это требовало серьезных изменений в техническом и организационном обеспечении танковых войск.

В 1964 году танк Т-64 прошел глубокую модернизацию. В нем была установлена пушка калибра 125 мм и доработаны многие системы танка. Он успешно прошел войсковые испытания и в мае 1968 года принят на вооружение как танк Т-64А.

Это был танк нового поколения и очень серьезно отличался от всех предыдущих.
Он оказался слишком новым для своего времени, а любое новшество требует усилий и времени для доводки. Преимущества и недостатки Т-64 уже подробно разобраны и описаны. Но на некоторых хотелось бы остановиться.

Свои личные впечатления от танка. Я проходил обучение на танках Т-55 и однажды на практике на танкоремонтном заводе мне удалось залезть в тогда еще засекреченный Т-64. Меня поразили два момента – прицел наводчика и механизм заряжания.

Прицел ТПД -2 -49 показался совершенством, насколько он отличался от простенького прицела на «пятьдесят пятом» и поражал своим «не танковым» исполнением и характеристиками. Тогда я еще не знал, что спустя годы мне придется руководить разработками сложнейших прицельных комплексов перспективного танка.

Также поразил досылатель МЗ. Все так быстро срабатывало, что я не мог понять, как из двух гибких цепей получается жесткий стержень. Много позже я столкнулся с изобретением Морозова, которое так просто решало не простую проблему.

Наиболее проблемными на танке были три узла –двигатель, механизм заряжания и ходовая. Если посмотреть на Т-64,Т-72 и Т-80 то они именно по этим узлам и отличается друг от друга. Все остальное у них практически одинаковое — компоновка, пушка, вооружение, прицелы, электроника. Не специалисту их трудно различить.

Двигатель Т-64 вызывал больше всего проблем и работы по его доводке длились очень долго. Он был создан с нуля, не было ни технологии, ни опыта разработки подобных двигателей. В процессе его доводки возникало масса проблем и для их решения приходилось привлекать специалистов по металлам, керамике, маслам. Проводить исследования по динамике поршневой группы и искать иногда методом проб и ошибок необходимые решения.

Главный конструктор двигателя Чаромский разработал его и получил приемлемые результаты на опытных образцах двигателя. В процессе работ мощности 580 л.с. оказалось недостаточно и пришлось разрабатывать новый двигатель 5ТДФ на 700 л.с. При имеющихся проблемах это накладывало новые и у многих создавалось впечатление, что его невозможно довести.

К тому же Чаромский не захотел заниматься доводкой двигателя, в 1959 году ушел на пенсию и вернулся в Москву. Вместо него стал главным конструктором Голинец, страстный любитель женщин, это уже был не главный конструктор и совершенно другой уровень. Под его руководством работы по двигателю серьезно замедлились.

Когда в 1973 году был принят на вооружение Т-72, разъяренный Морозов, вернувшись из Москвы, обвинил в неудачах Голинца и очень быстро за «моральное разложение» он был отстранен от должности.

Несмотря на все эти проблемы двигатель все-таки был доведен, а при разработке танка «Боксер» уже использовалась модификация этого двигателя мощностью 1200л.с. Проблемы были решены, но время уходило и танк никак не мог стать на ноги.

Возникали и совершенно неожиданные проблемы. Как мне рассказывали, в начале войсковой эксплуатации танка одно подразделение дислоцировалось в хвойном лесу и через какое-то время танки начали выходить из строя. Выяснилось, что хвойные иголки забивают эжекционную систему охлаждения со всеми вытекающими последствиями. Пришлось срочно дорабатывать конструкцию и вводить сетки на крыше МТО, а все танки из армии возвращать на завод и дорабатывать.

Почему на Т-72 появился новый автомат заряжания? Выбор варианта МЗ определялся боеприпасом. В начале разработки он был унитарным. В итоге добились и сделали его раздельным с частично сгораемой гильзой и поддоном. Долго искали вариант его размещения в механизированной укладке. На одном из совещаний кто-то предложил разместить его как согнутая рука в локте. Так появился МЗ кабинного типа.

Приняв этот вариант ограничили аварийную эвакуацию механика – водителя. Проблему решили, сделав лаз в кабине. Но это было возможно только при положении пушки «по курсу». Была еще проблема с ловушкой поддона, при его вылете на большой скорости из пушки были случаи неулавливания поддона и постоянно разбивался датчик фиксирующий его в ловушке, что приводило к остановке процесса заряжания. Эта проблема также в итоге была решена.

Под этими надуманными предлогами военные не воспринимали МЗ. На Т-72 поступили примитивно просто, выбросили шесть выстрелов и положили снаряды и гильзы друг на друга в конвейере. Ловушку вообще не стали делать. Поддон просто выбрасывали наружу. И это при том, что по ТТТ танк не должен в бою разгерметизироваться. По тем временам серьезно выдвигалось требование ведения боя в условиях применения ядерного оружия.

Военные закрыли глаза на уменьшение боекомплекта с 28 до 22 и разгерметизацию танка при стрельбе. Главное надо было доказать, что МЗ не годится.

Проблемы с ходовой. За эти годы было много дебатов, какая ходовая лучше, а какая хуже. Могу сразу сказать, что основным критерием при выборе типа ходовой на Т-64 был ее вес. Не надо забывать, что по ТТТ вес танка не должен был превышать 34 тонны и с самого начала были проблемы с двигателем, мощность его была недостаточной. Поэтому Морозов, зная что такое для танка проходимость, выбрал этот вариант ходовой и все время ее отстаивал.

У этого типа ходовой естественно были недостатки, их лечили, но требование по весу неукоснительно соблюдалось. Постоянно вставала дилемма между характеристиками и весом, так как принятие другой ходовой увеличивало вес танка на две тонны. На Т-72 и Т-80 пошли на это, на Т-64 оставили облегченную ходовую. Конечно, в таких ограничениях по весу и габаритам трудно было достичь удовлетворения всех требований, но главный считал, что с этим надо мириться. Костенко в своей книге упоминает, что Морозов в общении с ним соглашался, что по всей видимости он был не прав, но это уже достояние истории.

Так появились три типа ходовой: харьковская, тагильская и ленинградская. Было проведено много испытаний, по их результатам все-таки наиболее эффективной оказалась ленинградская ходовая. В ХКБМ ее также взяли за основу в своих последующих модификациях танков и при разработке перспективного танка «Боксер».

Решение этих проблем потребовало времени и с момента начала разработки танка до принятия на вооружение прошло 11 лет. За это время появились как сторонники, так и противники разработки танка. Причины здесь были технические, организационные и конъюнктурные. Танк был нового поколения и его доводка естественно потребовала приложения немалых усилий.

Военные с одной стороны хотели получить новый танк с повышенными характеристиками, с другой, их настораживала сложность танка и неизбежные при его внедрении изменения в структуре танковых войск и подготовке танкистов. На это еще накладывались проблемы технического характера и они затягивали принятие танка на вооружение.

К тому же они были недовольны запуском танка Т-64 в серийное производство без завершения госистпытаний в 1964 году и считали, что им навязывают этот танк. Командующий танковыми войсками маршал Полубояров и затем маршал Бабаджанян, начальники ГБТУ и полигона на Кубинке со временем начали склоняться к версии более простого танка, каким им представлялся Т-72.

В руководстве оборонной промышленности видели, какой колоссальный объем работ предстоит проделать при организации производства этого танка. Постоянные проблемы с организацией производства, особенно нового двигателя, также не вызывали у них особого энтузиазма. Только железная воля «сталинского наркома» Устинова, сделавшего ставку на Т-64 как единого танка для армии, заставляла всех реализовывать поставленные задачи.

Были и конъюнктурные причины. Запуск в серийное производство единого танка обязывал УВЗ и ЗКЗ вести свои разработки на этой базе. Естественно, они никакого удовольствия от этого не испытывали и через своих лоббистов в среде военных, руководителей промышленности и правительстве стремились не допустить этого и продвигали свои проекты танков.

В августе 1967 года вышло постановление ЦК КПСС и Совета Министров об оснащении армии новыми танками Т-64 и развитии мощностей для их производства. Выпуск этого танка должен был вестись на трех заводах – в Харькове, Нижнем Тагиле и Ленинграде. Учитывая ограниченные мощности по выпуску двигателей 5ТДФ, установка его в мирное время предусматривалась на всех заводах, а в особый период УВЗ должен был выпускать «резервный» вариант танка Т-64 на базе существующего двигателя В-2.

Такой вариант танка ХКБМ разработало (объект 439). В 1967 году были изготовлены и испытаны опытные образцы танка и успешно проведены испытания. Техническая документация по этому танку была передана на УВЗ для организации серийного производства.

Параллельно на ЛКЗ с начала 60-х годов велись работы по установке на танк Т-64 газотурбинного двигателя (танк Т-64Т). Были изготовлены и испытаны образцы такого танка. В октябре 1968 года было принято решение о создании танка Т-64 с ГТД (объект 219). Эта работа мало кого интересовала, поскольку приемлемой турбины не было.

Независимо от принятых решений на УВЗ и ЛКЗ на базе танка Т-64 проводились работы по созданию собственных вариантов перспективного танка. На этом этапе при серьезной поддержке военных начал лоббироваться проект УВЗ (объект 172), ставший потом танком Т-72. Как писал Костенко в своей книге, процесс становления этого танка был длительным, тернистым и носил почти детективный характер. Это была действительно детективная история — с подделкой государственных документов!

На этапе становления танка Т-64 по причине сложностей при его доводке началось как техническое, так и организационное противостояние. Сторонников становилось меньше, начала зреть серьезная оппозиция. Несмотря на принятие постановления о производстве Т-64 на всех заводах, на УВЗ под видом мобилизационного танка пытались создать свой вариант в противовес Т-64.

К тому времени документация на резервный вариант танка (объект 435), который был разработан и испытан в ХКБМ, была передана на УВЗ. Ее внимательно анализировали, оценивали полученные при испытаниях замечания и прорабатывали способы их устранения.


Основной упор был сделан на упрощенный вариант танка и использования по максимуму уже существующих или отработанных узлов и систем при неудавшейся попытке модернизации Т-62. Это напоминало работу авиационных конструкторов Туполева и Мясищева. Первый создавал самолеты, опираясь на собственный задел и опыт конкурентов, а второй все создавал с нуля и не всегда добивался успеха.

Учитывая проблемы Т-64 по двигателю, МЗ и ходовой, установили отработанный двигатель В-45 мощностью 730 л.с. с вентиляторной системой охлаждения, автомат заряжания с конвейерной боеукладкой и более мощную ходовую. Были учтены замечания по Т-64, до предела упрощена конструкция зачастую с понижением ТТХ танка и обеспечена более высокая надежность.

Первые образцы создавались переделкой Т-64, затем начали изготавливать свои макетные и опытные образцы. Вносить изменения в документацию Т-64 запрещалось. Со мной был случай в начале 70-х, тогда от УВЗ пришло письмо с просьбой устранить обнаруженную ошибку в чертеже. Мой начальник запретил мне это делать со словами: «Мы сами решим этот вопрос».

Военные поддерживали эту работу, было изготовлено до двух десятков танков, проведены заводские и войсковые испытания. Так появился танк «объект 172» не как новый танк, а мобилизационный вариант Т-64.

В итоге появилось два разунифицированных танка, разработанных по ТТТ на танк Т-64. В соответствии с директивными документами серийное производство Т-64 должно быть организовано на трех заводах, и Т-72 в это никак не вписывался. По этому вопросу в руководстве Минобороны, Миноборонпрома, ЦК и ВПК сложилось две группировки.

Высшее партийное и государственное руководство и министры поддерживали Т-64, а руководители пониже в ГБТУ, ВПК и ЦК ориентировались на Т-72. В основном подковерная борьба этих двух групп разрешилась самым неожиданным образом, создав проблемы на многие десятилетия.

Во исполнение постановления о серийном производстве Т-64 было подготовлено постановление о создании для этого производственных мощностей. Это постановление готовил сотрудник ВПК Костенко.

Мне приходилось с ним неоднократно встречаться за Кремлевской стеной при разработке танка «Боксер», и он всегда старался глубоко вникать в рассматриваемый вопрос.

Костенко входил в группу людей, отстаивающих идею постановки в серийное производство танка Т-72. В своей книге «Танки (воспоминания и размышления)» он подробно описывает этот эпизод.

Эта группа поставила целью в подготавливаемом документе, извратив его суть, косвенно провести решение по серийному производству Т-72. Предоставим слово Костенко:

«И тем не менее сторонники "объекта 172" появились и в Минобороны, и в Миноборонпроме, и в Госплане (в ВПК и ЦК — тоже). Их было немного, в каждой "конторе" их можно было пересчитать по пальцам на одной руке.
Так постепенно образовалась группа единомышленников, в которой каждый действовал в пределах своих личных возможностей и служебных полномочий, не афишируя при этом "объект 172"».

Они выбрали и время его подписания, когда их оппоненты ушли в отпуск: Устинов (секретарь ЦК КПСС), Зверев (министр оборонной промышленности). Дмитриев (зам. заведующего отделом оборонной промышленности ЦК КПСС) и Кузьмин (начальник отдела вооружения сухопутных войск ВПК). Как отмечал Костенко, «отсутствие первых лиц имело в ситуации с проектом постановления особое значение».

Они подделали государственный документ таким образом, что:

«Читая такое, любой, не посвященный до тонкостей в суть дела, не мог (даже прочитав полный текст постановления) представить, что цель этого постановления была обеспечить в 1969-1971 годах создание на УВЗ и ЧТЗ производственных мощностей, позволявших с 1 января 1972 года начать серийный выпуск новых танков «объект 172».

Особо он восторгается, как они красиво все сделали:

«Первая, вторая, третья страница — но вот я дошел до того места, где был пункт о мобварианте танка. Этот пункт из текста исчез! Вместо него появился новый, формально изменивший суть постановления. В новом пункте было записано, что Миноборонпром освобождается от задания по организации серийного производства Т-64 на УВЗ».


Так в мае 1970 года появилось постановление «О мерах по созданию мощностей для выпуска танков Т-64А», а фактически о подготовке серийного производства танка Т-72. Усилиями ряда высокопоставленных чиновников и военных было проведено решение, противоречащее утвержденной правительством генеральной линии в танкостроении на создание единого танка Т-64. Этот документ вопреки интересам государства позволил запустить в серийное производство два практически одинаковых танка.

В 1972 году была выпущена установочная партия танков Т-72, проведены заводские и войсковые испытания, и в августе 1973 года танк был принят на вооружение. Это был первый не совсем чистоплотный удар по Морозову, не позволивший ему реализовать идею создания единого танка.

Параллельно с работами по оснащению танка Т-64 двигателем В-45 на ЛКЗ проводились работы по установке на этот танк ГТД-3Л мощностью 800 л.с. На переделанные Т-64 были установлены ГТД. Испытания показали, что ходовая при значительном изменении динамических нагрузок не выдерживает, и на ЛКЗ начали разрабатывать и испытывать свой вариант ходовой.

В результате проведенного цикла испытаний была доказана принципиальная возможность создания танка с ГТД. По результатам этих работ в июне 1969 года выходит постановление ЦК КПСС и Совета Министров о создании газотурбинной силовой установки для танка Т-64. Организация серийного производства танка Т-64 с ГТД предусматривалась на ЛКЗ.

В 1972 году проводятся сравнительные войсковые испытания трех танков Т-64, Т-72 и Т-80. Испытания показали примерно равные характеристики танков, но решение об их дальнейшей судьбе принято не было.

К середине 70-х эпопея с Т-72 начала затихать, но разворачивается другая, с газотурбинным Т-80. С назначением Устинова министром обороны усиливаются позиции Романова и Рябова в политической элите страны и при их поддержке начинается продавливание танка с ГТД.

В это время усилия ХКБМ были сосредоточены на создании боевого отделения танка Т-64Б с принципиально новой системой управления огнем «Обь» и комплексом управляемого вооружения «Кобра», позволявших получить серьезный отрыв от других танков по огневой мощи.

Учитывая, что Т-80 серьезно отставал по всем параметрам от Т-64Б, его решили серьезно «усилить» весьма оригинальным способом. При проведении заводских испытаний Т-64Б (я был участником этих испытаний) с одного танка снимается башня и ставится на корпус Т-80, и все остальные испытания проходят уже два как бы разных танка Т-64Б и Т-80Б.

По результатам испытаний в 1976 году на вооружение принимается два танка. Так, вдобавок к уже продавленному Т-72 получает путевку в жизнь и Т-80Б, да еще с самым совершенным на то время комплексом вооружения. Это был второй удар по Морозову, после которого он ушел на пенсию.

Понимая, что с тремя танками «так дальше жить нельзя», Устинов организовывает в 1976 году самые мощные войсковые испытания трех танков, как их называли, «тараканьи бега». По их результатам Т-64 и Т-80 были примерно равны, а Т-72 от них отставал. Отчет по испытаниям я неоднократно читал, удивляло ничем не обоснованное особое мнение Венедиктова, что Т-72 заслуживает лучшей оценки.

По результатам испытаний на самом верху принимается решение продвинуть Т-80 таким же оригинальным способом. Решили из двух танков Т-64Б и Т-80Б сделать один. В декабре 1976 года выходит решение ВПК о создании единого усовершенствованного танка Т-80У. Головной по танку ЛКЗ, разрабатывает корпус с ГТД мощностью 1200 л.с., а ХКБМ — боевое отделение с новым комплексом вооружения. Этот танк планировалось запустить в массовое производство в Ленинграде, Омске и Харькове.

Работы по двигателю 6ТД в Харькове были практически запрещены, и постановлением ЦК и Совета Министров запускается строительство завода в Харькове по производству нового ГТД для Т-80У. Строительство завода без отработанной документации на ГТД было авантюрой. Завод практически построили, уже начали заказывать сложнейшее оборудование, стоило это немыслимых денег. В итоге ГТД так и не разработали, всё было выброшено на ветер, а за бессмысленное использование средств никто не ответил.

Совместная разработка ЛКЗ и ХКБМ танка Т-80У на базе имеющегося ГТД мощностью 1000 л.с. и нового прицельного комплекса «Иртыш» с управляемым по лазерному лучу вооружением «Рефлекс» была успешно завершена, и после испытаний в декабре 1984 года танк был принят на вооружение.

После смерти в 1984 году Устинова и ухода с политического олимпа Романова, продвигавших идею газотурбинного танка, приоритеты стали резко меняться. Все вдруг прозрели: нет никакого смысла продвигать танк с проблемным ГТД при наличии двигателя 6ТД такой же мощности!

Еще в 1976 году на базе 6ТД мощностью 1000 л.с. был разработан проект модернизации танка Т-64Б (объект 476), но его отложили, так как было приказано заниматься Т-80У. Начавшиеся проблемы с ГТД заставили в июне 1981 года принять постановление о разработке танка Т-80У с двигателем 6ТД. Это «объект 476» с «ленинградской» ходовой.

Испытания этого танка были успешно проведены на Кубинке. В сентябре 1985 года принимается на вооружение танк Т-80УД с двигателем 6ТД мощностью 1000 л.с. (объект 478). Спустя почти десять лет вернулись все-таки к танку с двухтактным двигателем!

На этом многолетняя эпопея продвижения танка с ГТД пришла к финишу. Оказалось, что для этого пока нет технических предпосылок. Танк Т-80УД серийно производился в Харькове, всего было выпущено порядка 700 танков. Как вспоминал начальник ГБТУ Потапов, был подготовлен и одобрен проект постановления о поэтапном переходе всех заводов на производство Т-80УД , но Союз распался, и танк оказался за границей.

Танкам Т-80УД и Т-72 неожиданно пришлось доказывать свои преимущества уже в других условиях. В 1996-1999 годах Украина поставила в Пакистан 320 танков Т-80УД, а его главный противник, Индия, эксплуатировала танки Т-72. Отзывы в этих странах о танках были далеко не в пользу последнего.

В заключение следует отметить, что, если в период 1968—1973 гг. шла острая конкурентная борьба танков Т-64 и Т-72, то в 1975—1985 гг. — Т-64 и Т-80. Так сложилось, что после 1973 года Т-72 отошел на второй план. Все новые разработки как-то обходили стороной УВЗ, на модификации этих танков внедрялось в основном то, что уже было проверено на Т-64 и Т-80. Почему так происходило, мне не совсем понятно, но это имело место.

По многим оценкам, танки Т-64, Т-72 и Т-80 и их модификации являются танками одного поколения, примерно с равными ТТХ. Они оснащены одинаковым вооружением, но разунифицированы по условиям производства и эксплуатации. Можно долго выяснять, какой из них лучше, но не вызывает сомнения, что их концепцию заложил Морозов.

Прошли уже десятилетия, а споры об этом поколении танков не утихают. В этих спорах мы иногда переходим грань, где заканчивается объективность. Поэтому всем нам, особенно моим коллегам из Нижнего Тагила, надо более взвешенно, объективно подходить к оценкам танков. Я тоже позволял себе иногда резкие суждения, не всегда объективные. Это не делает нам чести. Мы делали общее дело, нам есть чем гордиться!

При всех издержках становления этих танков их, конечно же, надо было разрабатывать, изготавливать и испытывать. По результатам испытаний делать объективные и честные выводы и оставлять в серийном производстве один, как и было предусмотрено. Но руководителям государства, промышленности и военным не хватило смелости остановиться и принять решения в интересах государства и армии.

Давно уже пришло время создавать новое поколение танков с учетом опыта создания предыдущего поколения танков и незавершенного проекта по созданию перспективного танка «Боксер». Сейчас проект танка «Армата» выходит на финишную линию, и там есть что обсуждать, но информации пока мало.

Целью данной статьи было не исследование характеристик танков, это давно уже проделано. Основное внимание было уделено процессу создания этого поколения танков и обстоятельствам, влияющим на принятие судьбоносных решений. Хотелось показать, насколько сложно и неоднозначно шло становление танков: ведь на их продвижение влияли не только технические характеристики, а и другие соображения, далекие от техники.