Дарите добро от души. Для этого так мало надо! (8 фото)

У координатора фонда «Старость в радость» в Алтайском крае Надежды Постниковой десятки бабушек и дедушек. За две недели до приезда «внучки» все начинают хлопотать: надо вышить полотенце, сделать куколку, купить фигурку котика или шоколадку, связать носки или варежки — как же без подарков. На попечении фонда 12 домов престарелых в крае и паллиативное отделение в барнаульской больнице № 3, куда ходить не каждому под силу. За последние несколько лет Надежда Постникова научилась организовывать «правильное бабушколюбие» и не плакать на людях.

В ноябре 2017 года волонтеры впервые приехали в дом престарелых в село Целинное с развеселым концертом. 89-летняя бабушка Федора целый час сидела завязав руки узлом на груди, а потом спросила: «Чо приехали?» и гордо удалилась.

Когда Надя зашла в комнату дедушки Васи из Кировского дома, он крикнул: «Дверь закрыла с той стороны!» Но та не сдалась. У дедули было две страсти — хороший кофе и хорошая фантастика. И то, и другое — в дефиците.

- "Сижу в коридоре, думаю — все, труба. Написала в наши чаты. Одна девушка пишет, что может помочь. Я говорю, как помочь-то, он меня из комнаты выпер. Она из Москвы. Сходила там на встречу с автором «Ночного дозора» Сергеем Лукьяненко, и прислала потом книгу, которую он подписал специально «для деды Васи из Алтайского края с пожеланиями здоровья".

Так деда Вася стал «ручным».

В фонде действует акция «Внуки по переписке». Можно выбрать на сайте бабушку или дедушку и писать ему письма. Правда, без всякой надежды на ответ. Это своего рода психотерапия: рассказать далекому и чужому человеку можно все, о чем с близкими принято молчать.

Одна девушка писала бабе Маше, что никак не может завести деток, и это трагедия. Просила помолиться за нее, ведь бабушкина молитва дойдет до бога быстрее.

Бабе Дарье 95 лет, она помнит «свою девочку», знает, как зовут ее мужа, детей, собаку.

Деда Миша хвастается фотографией «внучки»: «Посмотри, какая она у меня красивая. Москвичка!»

Постникова уже 10 лет в благотворительности — руководила добровольческим движением в аграрном университете, помогала детям, животным, инвалидам и старикам.

Считает, что в этой работе нужен настоящий Че Гевара, который будет тащить всю «махину милосердия» и собирать вокруг себя десятки таких же «чокнутых», готовых сутками работать за «просто так».

Она экономист и маркетолог по образованию. Могла бы быть хорошим менеджером среднего звена, работать с 9 до 18 с перерывом на обед. Но Надя — Че Гевара.

На содержание бабушек и дедушек в доме престарелых государство тратит 75% их пенсии. Оставшуюся часть денег старики складывают «в наволочку» — У многих из них есть дети и внуки.

Баба Валя посылала деньги сыну в Германию. Не потому что ему там плохо живется, а потому что ей важно знать, что она кому-то нужна. Он звал маму к себе, но она не хотела покидать родину. Он умер около года назад, и теперь баба Валя всю любовь отдает волонтерам.

Если человек попал в дом престарелых — это не всегда означает, что от него все отказались. Федора продала квартиру в Воронеже и все деньги перевела детскому дому: «им нужнее». Многие оставили внукам квартиры в городах и просто не хотят никого напрягать капризами и нуждами. К таким старикам ездят родственники, их никто не бросает. Но чаще бывает по-другому.

- "У нас был дедушка, который воспитал 12 детей. Ни в одном из их домов ему не нашлось места".

Надя никого не осуждает. Наверное, эти люди что-то недодали детям, поэтому оказались в доме престарелых. Их молодость пришлась на ужасное послевоенное время. Они работали круглые сутки, чтобы накормить детей, на прогулки в парке, хождение по кружкам и просто любовь времени не хватило. И многие этого родителям так не простили.

«Я счастлива, что мои дети воспитываются в любви к старикам. Потому что когда-нибудь я тоже стану старой», — говорит Надя.

Ее старшим двойняшкам-дочерям будет 14, младшей — три года. Малышке было семь месяцев, когда Надя впервые взяла ее с собой в дом престарелых. Старикам нужно кому-то дарить нерастраченную нежность: девчушку не выпускали из рук, умилялись, агукали, трогали маленькие пяточки и ладошки.

Старики — тоже дети, только помноженные на огромное количество бед и обид.

Первая поездка в дом престарелых — шок даже для самых бессердечных. Это нормально. Странно было бы вовсе ничего не почувствовать. «Все ревут, и я ревела», — говорит Надя.

Пять лет назад она впервые приехала в Кытмановский дом престарелых. Бабушка Маша жила вместе с мужем, который не вставал и был в полубессознательном состоянии уже года три, а она кормила его с ложечки и рассказывала Наде, как по утрам специально разбалтывает яичные желтки.

Бабушка Маша, как могла, спасала от смерти супруга. Потом еще год бабушку Машу спасал от смерти, как мог, директор дома престарелых Валерий Трейер. У Нади до сих пор хранится вручную вышитое бабушкой полотенце.

- "Однажды со мной поехали студенты вуза — шестеро ребят. Там была одна девочка, она плакала все четыре часа, пока мы были в доме, я ее периодически вытаскивала на улицу, поливала водой и приводила в чувство. Такой вот перебор с эмпатией".

В фонде предупреждают всех новичков, что завтра у них будет вынужденный «выходной». Дело слишком энергозатратное, и следующие сутки вы, скорее всего, будете лежать звездой. Возможно, реветь навзрыд.

Есть дома, обитатели которых умеют «правильно контактировать», именно туда стараются возить волонтеров-новичков. Но есть отделения милосердия: инвалиды, лежачие, старики после инсульта.

Волонтер Светлана, собственница небольшого бизнеса, много помогала детям, а потом решила, что поедет к старикам в Дружбинский дом.

- "Там была совсем слепая бабушка. Для меня это все привычно, я села на колени перед ней, взяла ее руки, положила себе на лицо и говорю: давайте познакомимся. Поворачиваюсь — а Света в глухих рыданиях сползает по стенке в углу".

Потом, конечно, Света тоже присела. Бабушка трогала ей лицо и приговаривала: «А чего ты плачешь? У тебя щеки мокрые. Не плачь».

После таких сцен кто-то будет ездить к старикам каждую неделю, а кто-то никогда больше не поедет. И это единственный способ понять: ты из «мира бабушколюбия» или твое милосердие предназначается другим — детям или инвалидам, например. Или кошкам. Надя уверена, что любить всех одинаково невозможно.

Координатор фонда терпеть не может связываться с денежными переводами. Разослать скрины перечислений, съездить купить все нужное, сфотографировать чеки и товары, все это выставить в соцсетях — колоссальные траты драгоценного времени. Фонд предпочитает принимать помощь в натуральном виде.

Но без денег все равно не обойтись. Например, три машины волонтеров едут в Целинное — это 3,5 тыс. рублей на бензин. У фонда — 3−5 поездок в месяц.

Всегда находятся недовольные: например, подозрительным кажется, что Постникова заправляет машину дорогим 95-м бензином. «Потому что моя машина не ест 92-й», — отвечает Надя. — Самая крутая штука в том, что мне нечего скрывать. Если есть вопросы — приходите, все достану и покажу".

Больше всего подопечные фонда нуждаются в гигиенической помощи. Бинтов, памперсов, пеленок и моющих средств, все равно будет мало, они нужны почти каждому круглосуточно.

Но есть и кое-что личное. В прошлом году в фонде решили, что выполнят новогодние желания стариков. «Они писали письма Деду Морозу. Он чуть не умер, конечно, этот Дед Мороз, но 150 подарков приготовил», — смеется Надя.

Дедушки просили радиоприемники, а бабушки — новые халатики и сорочки, духи и помады. Девочки остаются девочками и когда им за 80.

В Барнауле есть люди, которым ничего не нужно. Самый главный для них подарок — увидеть рассвет на следующий день. «Службу» в паллиативном отделении больницы № 3 несет волонтер фонда, студент медколледжа Слава Ощепков и его команда.

Сюда попадают совсем в критическом состоянии или когда нужна медицинская поддержка перед следующим этапом «химии». Это место, где все одной ногой в другом мире. Без вариантов.

Для того чтобы говорить с этими людьми, нужно совершенно осознанное принятие смерти и правильная, профессионально-врачебная атрофия. Как у Славы.

Надя с мужем приехали в отделение в разгар чемпионата мира по футболу, когда все, кто мог привстать с кровати, уставились в крошечный рябой экранчик телевизора.

- "У нас очень быстро откликнулись дарители, и мы поставили в палаты телевизоры. Там был один молодой парень с раком желудка. В первый день он помогал мужу устанавливать оборудование, на второй — лежал под капельницей, на четвертый его не стало".

«Старость в радость» помогает и пожилым людям, которые живут дома с родственниками.

- "Ну, вот я прихожу в дом и понимаю, что на самом деле у человека есть сын, которому просто надо „разгрести“ квартиру, чтобы после смерти дедули ее продать, — говорит Надя. — Или бабушка на ВРЗ. У нее внучка 18-ти лет, дылда, нигде не работает, отдала ребенка в детдом. Бабуля тут, конечно, не нужна, а нужно крышу отремонтировать".

- "У некоторых складывается такое впечатление, что благотворительные фонды — это такие дурачки-альтруисты, которым некуда деньги девать и они налево-направо всем помогают. Это не так", — рассказывает Надя.

Спасти можно только тех, кто сам готов быть спасенным. Виктора Михайловича выписали домой как абсолютно безнадежного после инсульта с трахеостомой. Сейчас, спустя четыре месяца стараний родственников и студентов медколледжа, Виктор Михайлович ездит на дачу копать картошку. Его падчерица стала волонтером фонда

Как одно из самых главных волонтерских «приключений» Надя вспоминает историю дедушки Юры. Она периодически закрывает лицо руками и вся передергивается.

Супруга Юрия Борисовича умерла, он остался один и совсем опустил руки. Несколько лет он не мылся и не убирал квартиру. Нога его почти сгнила, а стая кошек, которых он завел, активно размножалась и ходила в туалет, не покидая трехкомнатную квартиру в самом центре Барнаула.

Никто из соседей не забил тревогу, хотя зимой в подъезде жили мухи и двухвостки, а от адской вони слезились глаза. О дедушке в фонде узнали от сотрудницы банка, где Юрий Борисович кредитовался. Девушка взахлеб рассказала, как ходила к нему домой и что там увидела.

Волонтеры выбросили из квартиры все, что можно, — мебель, посуду вместе с содержимым, одежду, — а само помещение заливали химией, пока не сожгли себе горла.

- "Начинаю снимать картину, и на меня тараканы сыплются. Я стою, вся в тараканах, ору на весь квартал. Потом думаю: ну, тут ори не ори, надо просто делать".

Юрию Борисовичу вот-вот грозила ампутация, каждый день пришлось перебинтовывать раны. Волонтеры узнали, что у него есть сестра в Ижевске. Ирина Борисовна приехала и рассказала, что у ее сына онкология, и ей пришлось выбирать: быть рядом с ребенком или рядом с братом.

Ногу спасли. Всех кошек тоже спасли, стерилизовали и пристроили. Ирина Борисовна забрала брата в Ижевск. Юрий Борисович иногда звонит Наде, рассказывает, что с ним все хорошо: он и его единственный и любимый кот Тимофей ходят гулять.

В последний раз, когда Постникова приехала в Целинное к бабе Федоре, та заявила, что «собралась помирать», потому что Надя не навещала ее четыре месяца. На самом деле всего лишь три, оправдывалась волонтер. Они, конечно, обнялись. «Ну, ладно, — сказала Федора. — Не буду помирать, а то как ты без меня».