9 «школьных» заблуждений о Гражданской войне в России (9 фото)

Базовый «белый» миф.

Осенью 1917 года, после восстания в Петрограде, начался этап, который известен как «Триумфальное шествие советской власти». Новая власть не шествовала с лавровой ветвью, но к весне 1918 года утвердилась на большей части бывшей Российской империи. Большевики захватили власть силой, но гражданская война как таковая им была не нужна.

Противодействие новому правительству — прежде всего в казачьих регионах — и привело к гражданскому конфликту. Первоначально столкновения были локальными, но с июня 1918 года боевые действия приняли широкий размах.

Это очень сильное упрощение. Гражданская война не была только «двуцветным» конфликтом. Порой она превращалась в «войну всех против всех».

Единая и неделимая нужна была далеко не всем.

Так, на Украине Симон Петлюра воевал как с большевиками, так и с Деникиным. А затем заключил союз с Польшей… Кроме того, на шестой части суши действовали различные банды и отряды «зелёных», воевавших и с белыми, и с красными.

Кроме того, и красные, и белые были представлены очень неоднородными силами. К примеру, на стороне революции выступали не только большевики, но также левые эсеры https://warhead.su/2018/11/07/istinnye-revolyutsionery-pochemu-bez-eserov-u-kommunistov-nichego-by-ne-vyshlo и анархисты https://warhead.su/2018/08/19/kto-kogo-anarhisty-protiv-belyh-bronepoezdov .

Институт монархии к 1917 году сильно себя скомпрометировал, и монархистов было немного. К примеру, в комитет членов Всероссийского учредительного собрания (КОМУЧ), созданный в июне 1918 года в Самаре, входили эсеры. Именно войска КОМУЧа, названные Народной армией, совместно с белочехами поставили под контроль территории за Волгой и сформировали там антибольшевистский фронт.

Северо-Западное правительство, созданное в 1919 году в Ревеле (Таллине), состояло из кадетов, правых эсеров и меньшевиков. Генерал Николай Юденич был там военным министром.

«Белой вороной» выглядел и монархист Василий Шульгин. В своей книге «1920» он приводит диалог, ещё раз показывающий, как редки были сторонники монархии среди белых.

«Кто мы, диду?.. Мы те… что за царя. Только мовчить, диду, никому не говорить… Бо ще не время.
Но ему трудно было молчать.
— От жеж бачу, что вы не деникинцы. Хиба такие деникинцы! (…)».

Это «белый» миф с черносотенным душком. Призванный представить, что Гражданская война была, по сути, войной евреев против русских.

В созданном в 1917 году советском правительстве, то есть в Совнаркоме, был только один еврей — Лев Давыдович Троцкий (Бронштейн), занимавший пост наркома иностранных дел.

Зато в составе правительства было немало дворян. Кроме Владимира Ульянова-Ленина из этого сословия вышли наркомы: просвещения — Анатолий Луначарский, юстиции — Георгий Оппоков, продовольствия — Иван Теодорович, госконтроля — Эдуард Эссен, государственного призрения — Александра Коллонтай. А также Владимир Антонов-Овсеенко, член комитета по военным и морским делам.

Первая волна вторжения иностранных войск была фактически продолжением мировой войны.

Войска Центральных держав в 1918 году заняли Прибалтику, Украину, часть территории войска Донского, почти всю территорию современной Белоруссии. Турецкие и германские войска заняли Закавказье. Но после окончания Первой мировой осенью 1918 года эти армии вскоре вывели.

Но когда говорят про интервенцию, под этим, как правило, подразумевают вмешательство Антанты в 1918–1919 годах. Которое в целом было ограниченным.

Никаких дивизий Антанты на Петроград и Москву не наступало.

Войска иностранных держав заняли ряд портовых городов и прибрежных зон. Так, в Мурманске они высадились в марте 1918 году, чтобы предотвратить захват города германскими войсками, которые высадились в Финляндии. В конце 1918 французы высадились в Одессе, а позже заняли ряд других причерноморских городов.

Боевые действия с интервентами также велись. Английский флот в 1919 году активно действовал на Балтийском море. Но вообще идея воевать с Советской Россией в Европе, которая тогда ещё не пришла в себя от бойни Первой мировой, была непопулярна.

Весной 1919 на французских кораблях в Чёрном море вспыхнуло восстание, после чего контингент эвакуировали.

Антон Деникин в своих «Очерках русской смуты» критиковал непоследовательность Франции:

«Франция делила своё внимание между Вооружёнными силами Юга, Украиной, Финляндией и Польшей, оказывая более серьёзную поддержку одной лишь Польше, и только для спасения её вступила впоследствии в более тесные сношения с командованием Юга в финальный, крымский период борьбы. (…).
В итоге мы не получили от неё реальной помощи: ни твёрдой дипломатической поддержкой, особенно важной в отношении Польши, ни кредитом, ни снабжением».

Белым армиям поставлялось оружие и снаряжение. Однако, как отмечал Деникин, «французы не пожелали предоставить нам огромные запасы, свои и американские, оставшиеся после войны и составлявшие стеснительный хлам, не окупавший расходов на его хранение и подлежавший спешной ликвидации».

Английская помощь Вооружённым силам юга России в 1919 году была более существенной. Но и её не хватало. Впрочем, при том хаосе, который был в тылу белых войск, любые объёмы помощи были бы недостаточны.

Японская интервенция на Дальнем Востоке в 1918–1922 годах также затронула лишь окраины России.

К интервенции следует отнести наступление польской армии, которая пыталась нарисовать границы своего государства как можно восточнее. И прибрать всё, что плохо лежит. Этот конфликт выделяется в отдельную советско-польскую войну (1919-1921 годы).

Чехословацкий корпус в составе русской армии был сформирован в основном из военнопленных и перебежчиков под командованием русских офицеров. После прихода в России к власти большевиков было достигнуто соглашение: этот корпус, переподчинённый отныне Франции, отправят на Западный фронт.

Для этого нужно было перевезти несколько десятков тысяч бойцов через весь земной шар — сначала по Транссибирской железной дороге во Владивосток, а затем посадить на пароходы и доставить в Европу.

Путь неблизкий. И на Западный фронт легионеры так и не успели.

Эшелоны с вооружёнными солдатами растянулись от Пензы до Владивостока. Попытка разоружить корпус привела к его восстанию в конце мая-июне 1918 года. В условиях, когда старая армия в России уже прекратила существование, а новая только создавалась, чехи оказались серьёзной силой, которая привела к падению советской власти на огромной территории от Волги до Владивостока.

Но белочехи не были интервентами. Это «красный» миф.

Один из «белых» мифов. Согласно ему, Красная армия — толпа мобилизованных крестьян, с частями особого назначения («чоновцами»), состоящими из матросов, латышей и китайцев, а командовали красноармейцами еврейские комиссары. В то же время Белая армия — образцовая, состоящая сплошь из казаков и щеголеватых, отмороженных офицеров. В голове звучит «Но, господа, как хочется стреляться/Среди берёзок средней полосы».

За годы Первой мировой офицерский корпус в России сильно вырос. И из дворянского превратился в разночинный.

Как отмечает в книге «Семь почему гражданской войны» Андрей Ганин, к октябрю 1917 года в русской армии было 250-320 тысяч офицеров, из которых 190-260 тысяч — офицеры военного времени. Разброс цифр заметный. Точной статистики даже тут не существует. Оценки варьируются достаточно широко, но в целом в рядах Красной и Белой армий воевало примерно равное количество офицеров.

По мнению Ганина, через Красную армию прошло около 100 тысяч офицеров («военспецов»), через Белую — от 110 до 130 тысяч, через национальные — около 10 тысяч. При этом практика, при которой семьи «военспецов» берут в заложники, широкого распространения не получила.

Многие из этих офицеров успели повоевать на различных сторонах — как Вадим Рощин в трилогии Алексея Толстого «Хождение по мукам».

Это «хруст французской булки». Сравнительно свежий.

Но его хорошо разоблачают сами белые генералы в своих мемуарах. Антон Деникин оставил яркую картину того, что творилось в тылу белой армии:

«Казнокрадство, хищения, взяточничество стали явлениями обычными, целые корпорации страдали этим недугом. (…) «В городах шёл разврат, разгул, пьянство и кутежи, в которые очертя голову бросалось и офицерство, приезжавшее с фронта. «Жизни — грош цена. Хоть день, да мой!..». Шёл пир во время чумы, возбуждая злобу или отвращение в сторонних зрителях, придавленных нуждой».

Одной из причин побед Красной армии и стало то, что в ней было меньше партизанщины и больше порядка.

Это верно лишь для начального этапа белого движения на юге, когда была создана Добровольческая армия.

Людей, которые сознательно и добровольно готовы воевать, в любом обществе не очень много. И Россия не стала исключением. В дальнейшем, по мере развёртывания армии и мобилизации, процент офицеров даже в именных частях (то есть у корниловцев, марковцев и т. д.) сильно снижался. В ряды белых войск зачисляли и пленных красноармейцев. В добровольно-принудительном порядке.

Мобилизованные и составляли основную массу солдат в обеих армиях.
_________________________________________________________________________________

Хотя Гражданская война в России отшумела сто лет назад, в умах людей она не закончилась. Именно поэтому и возникают мифы, которые не одно поколение расценивает как истину. Возможно, наш материал поможет хоть немного распутать этот гордиев узел интересов, конфликтов и судеб.

МИХАИЛ ПОЛИКАРПОВ

Комментарии эксперта читайте по ссылке источника (ниже)