Наталья Авсеенко поставила мировой рекорд, проплыв с белухами подо льдом (3 фото)

«Во фридайвинг я пришла из дайвинга, когда произошло, как мне показалась, непоправимое – было украдено дорогостоящее оборудование для погружений. Тогда же по странному стечению обстоятельств мне вспомнилась телепередача о первой российской женщине-фридайвере Юлии Петрик. Спустя год после этих событий состоялось мое первое погружение.

О спортивных победах, тщеславии и поиске себя

Когда я пришла во фридайвинг в 2004 году, это было довольно новое для нашей страны направление в спорте. Благодаря новизне и усилиям, я одержала сразу несколько значительных побед: в 2006 и в 2008 годах стала чемпионкой мира в командном зачете, а в том же 2008 году – рекордсменкой мира. И все бы хорошо, но… вообще, фридайвинг для меня – это история не о спорте. Так было не всегда, но сейчас я пришла именно к четкому осознанию, что фридайвинг - это несоизмеримо большее. В 2008 году, когда я вошла в состав элиты мирового спорта, я поняла, что мои нырки становятся формальностью, я живу от старта к старту, от меня стало ускользать что-то очень сущностное. Тогда ко мне пришло понимание, что вместо освобождения от внутреннего балласта, ради чего я пришла в этот мир, я наоборот укрепляюсь в том негативном начале, от которого нужно избавляться: у меня разрастается безумное эго, появляется тщеславие, и это далеко не то, что должно двигать человеком. Признание этого для меня было очень болезненным, поскольку сталкиваться с собой и признавать свои слабые стороны всегда очень сложно. Все это впоследствии было трансформировано в работу с людьми. С тех пор я стала активно развивать школу «Plavita» и отдалась этому процессу с головой.

О своей миссии

Вода – это общая среда, человек на 80% состоит из нее, мы все рождаемся из воды, выходим в наш мир. В какой-то момент своей жизни я поняла, что моя миссия заключается в том, чтобы помогать людям раскрываться через воду. Это я поняла, наверное, лет 10 назад. Я осознала, что это именно то, что меня отличает от других людей, это то, чем живет мое сердце. В данном случае вода является тем самым инструментом, который помогает мне все это делать.

О страхе перед погружением

Очень часто моя работа связана с экстремальными проектами, которые я выполняю совместно с группой высококлассных специалистов. Есть нырки, которые я делаю для себя, для познания своего внутреннего я, а есть нырки, которые я также совершаю с целью познания, но это часть моей работы. Поскольку мы делаем совершенно уникальные проекты, которые до нас никто не реализовывал, у меня от новизны возникает состояние беспокойства. Для меня самое главное – сам момент, когда я что-то делаю, я концентрируюсь на этом, и для меня самое важное не выпасть из этого момента. Страх – это побочный эффект, когда человек выпадает из своей реальности, он теряет связь с собой.

Об отсутствии ритуалов перед погружением

Я потоковый человек, который не привязывается ни к ритуалам, ни к традициям да и вообще ни к чему перманентному, потому что каждый момент нашей жизни уникален сам по себе. Все, что меня вело к сегодняшнему моменту, и все, что происходило со мной до настоящего времени, привело меня к осознанию, что очень важно, оказавшись в ситуации здесь и сейчас, руководствоваться настоящим, потому что какие-то ритуалы могут не работать. Самое главное, что я стараюсь всегда удерживать внутри себя в такие моменты – состояние открытости, внутренней улыбки, лучезарность, потому что это дает мне возможность проживать людей, воду, каждый момент моей жизни.

О самых памятных проектах

Любой нырок – это всегда чудо, нужно только научиться это видеть. Для меня очень памятен проект с белухами. Во-первых, я выжила в тех жесточайших условиях, когда вода на Белом море была -2 градуса, а ныряла я без термозащиты, подо льдом, на задержке дыхания. Поверьте, это не так просто. Это к вопросу об умении управлять всеми своими жизненно важными процессами, как умственными, так и физическими. Во-вторых, сами белухи, которые были поражены происходящим и сначала разбежались в стороны, а потом, когда они поняли, насколько я уязвима, бросились меня спасать... Был совершенно удивительный проект о дельфинах, когда я увидела их непохожесть друг на друга. Помню, меня тогда особенно поразило, что они по-разному общаются с людьми. Еще один проект, который для меня очень памятен – погружение в Ординскую пещеру под Пермью. Мне, человеку страдающему клаустрофобией, нужно было нырять в пещеру при температуре воды 4-5 градусов, причем были такие условия (а они бывают очень часто), когда мне моя жизнь не принадлежала, а была в руках у всей нашей команды. В таких ситуациях меня всегда поражает, сколько любви может рождаться в людях. Все эти проекты, которые прожиты мной в разные отрезки жизни, порождают совершенно невероятные ощущения и опыт.

О подготовке к погружению с белухами

Подготовка к этому погружению у меня продолжалась в течение полугода в ежедневном режиме. Сначала я плавала в озере без костюма, потом, когда озеро замерзло, я стала нырять в прорубь. Постепенно время пребывания в воде увеличивалось, также менялись процессы в теле и мои ощущения. Огромный пласт работы был заложен в ментальной подготовке, в распределении концентрации внимания.

Поначалу, когда я приходила знакомиться с белухами в специальном гидрокостюме, у нас сложился диалог и мы даже подружились, а вот когда я была без термозащиты и находилась в уязвимых условиях, они растерялись. У них же совершенно иное восприятие, очень отличающееся от нашего, они не видят человека, а ощущают происходящее посредством ультразвука. Именно в этом и была моя задача – научиться удерживать определенные процессы психического характера, которые влияют на мою физиологию, в определенном направлении. На какие-то микросекунды я потеряла это состояние, как раз в тот момент, когда вода доходит до уровня сердца, происходит сильный спазм и все внутри начинает скукоживаться как ежик, вывернутый наружу, поэтому сохранить состояние открытости очень сложно… Когда они поняли, что я нахожусь в тяжелых условиях, то попытались поднырнуть под ноги, чтобы вынести меня на поверхность. Это, конечно, было удивительно.

Об изменениях после погружения

После погружения с белухами в моей жизни произошли кардинальные изменения. Если говорить о физической составляющей, то я стала совершенно здоровым человеком с редким иммунитетом, несмотря на то, что до этого я страдала пиелонефритом. Если касаться внутреннего состояния, то после этого события ко мне пришла живая вера. Для меня это невероятно значимо, но это очень личный момент.

О мечте

Сейчас я отстраиваю школу. Воплощение этой идеи буквально ходит за мной по пятам. Моя мечта – создать серьезную школу, через которую я хочу донести методику, чтобы люди развивались, менялось качество их жизни, чтобы они становились здоровее и физически, и внутренне, чтобы они любили жизнь и то, что они делают. Именно это дает возможность произойти невероятным чудесам.

О работе с людьми и учениках

Работа с людьми это всегда серьезно. До фридайвинга я занималась педагогической деятельностью, была доцентом МГУ, преподавала на факультете иностранных языков. Впоследствии эти навыки пригодились мне для работы в моей школе. Ученики у нас самые разные, и цели у них тоже различны. У каждого, кто приходит на обучение в нашу школу, своя история. Одним хочется просто учиться нырять, чтобы общаться с дельфинами и видеть подводный мир, кому-то важно научиться правильно дышать, чтобы решить проблемы с нарушениями дыхательной системы, есть те, кто просто любит нырять, другие хотят заниматься раскрытием себя и своего потенциала, кто-то за счет фридайвинга учится расслабляться, становиться более стрессоустойчивым, расслабленным, открытым…

Вообще, работа фридайвера для меня – это путь постижения жизни, в том числе через воду. И я полностью погружена в этот увлекательный процесс».