Мы рыли рвы - хотелось пить.
Бомбили нас - хотелось жить.
Не говорилось громких слов.
Был дот на каждом из углов.
Был дом - ни света, ни воды.
Был хлеб - довесочек беды.
Сон сокращался в забытье,
Быт превращался в бытие.
Была судьба на всех одна.
Мы растеряли имена.
Мы усмиряли потный страх,
Мы умирали на постах.
Мы умирали… Город жил -
Исполнен наших малых сил.
1.
0
Женщины набирают воду на Невском проспекте в блокадном Ленинграде. Весна 1942 г.
2.
0
Вид на двор из разбитого окна ленинградского Театра юных зрителей на Моховой улице после немецкого артобстрела.
3.
0
Палата детской больницы с новогодней елкой в блокадном Ленинграде. Зима 1941—1942 годов.
4.
0
Ленинградцы на проспекте 25-го Октября ( Невский проспект в настоящее время ) после артобстрела.
5.
0
Ленинградские девушки-наблюдатели ПВО на крыше здания. На заднем плане снимка виден Исаакиевский собор. 1941—1942 гг.
6.
0
Очередь в детскую поликлинику № 12 в блокадном Ленинграде.
7.
0
Ленинградский школьник Андрей Новиков дает сигнал воздушной тревоги.
8.
0
Жители блокадного Ленинграда разбирают на дрова крышу здания.
9.
0
Батарея зенитных орудий у Исаакиевского собора ведет огонь, отражая ночной налет немецкой авиации.
10.
0
11.
0
Вооруженные рабочие отряды на проспекте Стачек в Ленинграде.
12.
0
13.
0
Бойцы инженерных частей в Ленинграде отправляются на строительство оборонительных сооружений.
14.
0
Женщины, занятые уборкой ленинградских улиц, наблюдают за воздушным боем над городом. Весна 1943 г.
15.
0
16.
0
Убитый осколком снаряда ленинградец (предположительно водитель грузовика) в районе Мукомольного завода имени Ленина. В народе завод назывался Мельница Ленина.
17.
0
Колонна немецких военнопленных на Невском проспекте в Ленинграде.
18.
0
Обессиленные жители блокадного Ленинграда по дороге за водой.
19.
0
20.
0
21.
0
22.
0
23.
0
24.
0
25.
0
26.
0
27.
0
28.
0
Бойцы Волховского фронта сооружают противотанковые препятствия. 20 августа 1942 г.
29.
0
Погрузка убитых и раненых на грузовики на площади Восстания после очередного вражеского артобстрела. 1941 г.
30.
0
31.
0
32.
0
Командир авиачасти Королев (слева) поздравляет капитана Савкина с отличным выполнением боевого задания. Ленинград. 1942 г.
33.
0
На базе гидротурбинного цеха Металлического завода им.Сталина по чертежам Кировского завода было налажено производство танков «КВ». 1942 г.
34.
0
35.
0
36.
0
Контролер-стахановка Балтийского завода, Валя Карасева за работой. 14 марта 1942 г.
37.
0
38.
0
Стахановская бригада Морозовой за погрузкой дров в вагоны. Ленинградская область. 21 июля 1942 г.
39.
0
40.
0
Врач-консультант Л.Г.Мыскова со спящими новорожденными детьми в детских яслях № 248 Свердловского района. 1942 г.
41.
0
Нина Афанасьева – она родилась в дни блокады. 1942 г.
42.
0
Жители блокадного Ленинграда передвигают трамвайный вагон подальше от фасада разрушенного бомбардировкой дома. Октябрь 1942 г.
43.
0
Бригада, завоевавшая право провести первый поезд из Ленинграда на «Большую землю». Слева направо: А.А. Петров, П.А. Фёдоров, И.Д. Волков. 1943 г.
44.
0
Девушки-бойцы противовоздушной обороны несут боевое дежурство на крыше дома №4 по улице Халтурина в Ленинграде. 01.05.1942 г.
45.
0
Движение транспорта по «Дороге жизни» в марте 1943 года.
46.
0
Дети блокадного Ленинграда у грядок на Мытнинской набережной. 1942 г.
47.
0
Командир советской подводной лодки Щ-320 капитан 3-го ранга Иван Макарович Вишневский (1904—1942) на палубе своего корабля. Ленинград. 22.11.1941 г.
48.
0
Постановка боевой задачи советским офицерам рядом с бронепоездом «Балтиец».
49. Таня Савичева
0
«28 декабря 1941 года. Женя умерла в 12.00 утра 1941 года».
«Бабушка умерла 25 января в 3 часа 1942 г.».
«Лека умер 17 марта в 5 часов утра. 1942 г.».
«Дядя Вася умер 13 апреля в 2 часа ночи. 1942 год».
«Дядя Леша, 10 мая в 4 часа дня. 1942 год».
«Мама – 13 мая в 7 часов 30 минут утра. 1942 г.».
«Савичевы умерли». «Умерли все». «Осталась одна Таня».
50.
0
Встреча бойцов Волховского и Ленинградского фронтов в районе поселка № 1. Ленинградская область. 1943 г.
В детстве жил в коммуналке Ленинграда, на кухне на стеклах следы клея от бумажных крестов остались, соседка рассказывала, которая пережила в этой квартире блокаду, вот пятно на паркете от чернил , разбились и замерзли в 42, вот лужа около дома , потому что тут была воронка от снаряда. Слушали ее детьми как-то невнимательно, теперь думаешь, ведь можно было подробнее расспросить как и что там было в этом ужасе....
О том, что дедушку и бабушку я недорасспросил, буду жалеть до конца жизни... Жаль, что осознание ушедшего навсегда вместе с ними прошлого приходит через много лет после их ухода. ((
мой давно уже покойный дед (умер в 86м году всего в 65 лет, видимо последствия войны сделали свое дело-подорвали здоровье), жаль не застал его, разминулись всего на пару годков. но мать рассказывала много, да и фото есть. значит дед мой Костя в окопах под Ленинградом в 35 градусные морозы лежал, фашистов бил, а все для того чтоб через 70 лет потомки тех кого тогда спас нагло и цинично напали на Украину. вот такое вот спасибо от братского народа украинцам за то что их из немецкого ада вытащили.
Теперь те люди которых ты называешь братьями могут отыграться на твоих детях никогда за всю историю России пользы от них не было стране а только негатив и вражда.
Таня Савичева умерла 1 июля 1944 года в Шатках Горьковской области в 14 лет. Блокада не могла пройти бесследно для неё,организм был истощён и надорван...
Из Ленинграда в Шатки привезли 125 детей и Только одна Таня не смогла восстановиться....
Греция, Афины, 1941 год. По улицам города ездят грузовики и собирают трупы людей, умерших от голода. Совсем как в Ленинграде. Историки подсчитали, что в 1941-42 годах в Афинах и Пиреях умерло от голода 40.000 жителей. Кто из россияненов знает об этом?
В моем далеком детстве нам, октябрятам, пионерам, много рассказывали про блокаду - но впечатляло не очень сильно, хотя порой комок в горле стоял. А потрясающее!!! по силе впечатление несколько лет назад произвела повесть "Ленка-пенка" Сергея Арсеньева, и войну-то не заставшего... Мне, далеко не молодому, ТАК хотелось не просто убивать, а руками рвать фашистскую сволочь - сердце в разнос пошло... Плакал, да - и не стыдно. Жаль, в школе детям книгу хотя бы на внеклассное чтение не предлагают...
Это было в снегах и вьюгах,
В нестерпимые холода,
В волчьих далях,
В лесных яругах,
В незапамятные года…
На оси замерзает компас -
Ногтем в стёклышко барабань!
Прорубается конный корпус
Из-под Вишеры на Любань.
Без обозов не пропадая,
Без орудий летят полки,
K гривам спутанным припадая,
Пулемётчики бьют c луки.
И слыхать уже вечерами:
В гулких далях лесной зари
Отзываются им громами
Ленинградские пушкари.
Стонут раненые на вьюках,
Торфяная дымит вода…
Это было в снегах и вьюгах
В незапамятные года.
Кони бешеные летели
Стороной моей ледяной,
Лес в серебряной канители
Стыл под розовою луной…
3аживились рубцы на теле,
Только памяти нет иной,
Ей сегодня опять не спится,
И не знает она сама,
Сколько зим ещё будет длиться
Бесконечная та зима:
Начала
Всю ночь валится
Снега сонная кутерьма…
Вот и снова мы постояльцы
Седоусого декабря,
В горностаевом одеяльце
Спит за сосенками заря.
моего дудушку, по папиной линии,вывезли из блокадного ленинграда в ташкент,выучили на минометчика и войну он окончил в кениксберге,2 ранения,одно тяжелое
Мля,как же это страшно..даже на фото! Бабушкина подруга была блокадницей-увидит что крошки хлебные выкинул-такую оплеуху выдаст а потом историю расскажет...и стою-реву,я - несгибаемый пионер..не верится что это можно было пережить,но не только пережили-победили!
Еще тебе такие песни сложат,
Так воспоют твой облик и дела,
Что ты, наверно, скажешь: - Не похоже.
Я проще, я угрюмее была.
Мне часто было страшно и тоскливо,
Меня томил войны кровавый путь,
Я не мечтала даже стать счастливой,
Мне одного хотелось: отдохнуть...
Да, отдохнуть ото всего на свете -
От поисков тепла, жилья, еды.
От жалости к своим исчахшим детям,
От вечного предчувствия беды,
От страха за того, кто мне не пишет
(Увижу ли его когда-нибудь),
От свиста бомб над беззащитной крышей,
От мужества и гнева отдохнуть.
Но я в печальном городе осталась
Хозяйкой и служанкой для того,
Чтобы сберечь огонь и жизнь его.
И я жила, преодолев усталость.
Я даже пела иногда. Трудилась.
С людьми делилась солью и водой.
Я плакала, когда могла. Бранилась
С моей соседкой. Бредила едой.
И день за днем лицо мое темнело,
Седины появились на висках.
Зато, привычная к любому делу,
Почти железной сделалась рука.
Смотри, как цепки пальцы и грубы!
Я рвы на ближних подступах копала,
Сколачивала жесткие гробы
И малым детям раны бинтовала...
И не проходят даром эти дни,
Неистребим свинцовый их осадок:
Сама печаль, сама война глядит
Познавшими глазами ленинградок.
Зачем же ты меня изобразил
Такой отважной и такой прекрасной,
Как женщину в расцвете лучших сил,
С улыбкой горделивою и ясной?
Но, не приняв суровых укоризн,
Художник скажет с гордостью, с отрадой:
- Затем, что ты - сама любовь и жизнь,
Бесстрашие и слава Ленинграда!
8 марта 1942
"На Пискарёвском кладбище зеленеет трава. На Пискарёвском кладбище большие могилы. Большие, общие, заполненные народным горем. Здесь похоронена моя мать.
Документов нет. Очевидцев нет. Ничего нет, за что можно было бы зацепиться пытливым умом. Но вечная сыновья любовь определила здесь. И я склонился к земле.
Я глажу рукой траву Пискарёвского кладбища. Я ищу сердце матери. Оно не может истлеть. Оно стало сердцем земли."
Юрий Яковлев: «Сердце земли».
В детстве жил в коммуналке Ленинграда, на кухне на стеклах следы клея от бумажных крестов остались, соседка рассказывала, которая пережила в этой квартире блокаду, вот пятно на паркете от чернил , разбились и замерзли в 42, вот лужа около дома , потому что тут была воронка от снаряда. Слушали ее детьми как-то невнимательно, теперь думаешь, ведь можно было подробнее расспросить как и что там было в этом ужасе....
О том, что дедушку и бабушку я недорасспросил, буду жалеть до конца жизни... Жаль, что осознание ушедшего навсегда вместе с ними прошлого приходит через много лет после их ухода. ((
мой давно уже покойный дед (умер в 86м году всего в 65 лет, видимо последствия войны сделали свое дело-подорвали здоровье), жаль не застал его, разминулись всего на пару годков. но мать рассказывала много, да и фото есть. значит дед мой Костя в окопах под Ленинградом в 35 градусные морозы лежал, фашистов бил, а все для того чтоб через 70 лет потомки тех кого тогда спас нагло и цинично напали на Украину. вот такое вот спасибо от братского народа украинцам за то что их из немецкого ада вытащили.
Теперь те люди которых ты называешь братьями могут отыграться на твоих детях никогда за всю историю России пользы от них не было стране а только негатив и вражда.
кто же это так цинично напал на украину? и кому так мужественно объявлена война?
Страшно всё это, не дай Бог пережить!
Таня Савичева умерла 1 июля 1944 года в Шатках Горьковской области в 14 лет. Блокада не могла пройти бесследно для неё,организм был истощён и надорван...
Из Ленинграда в Шатки привезли 125 детей и Только одна Таня не смогла восстановиться....
Лично я думаю что блокада Ленинграда,это самое страшное преступление фашистов,на ровне с лагерями смерти.
бильжо в минус!
В моем далеком детстве нам, октябрятам, пионерам, много рассказывали про блокаду - но впечатляло не очень сильно, хотя порой комок в горле стоял. А потрясающее!!! по силе впечатление несколько лет назад произвела повесть "Ленка-пенка" Сергея Арсеньева, и войну-то не заставшего... Мне, далеко не молодому, ТАК хотелось не просто убивать, а руками рвать фашистскую сволочь - сердце в разнос пошло... Плакал, да - и не стыдно. Жаль, в школе детям книгу хотя бы на внеклассное чтение не предлагают...
Полмига
Нет,
Не до седин,
Не до славы
Я век свой хотел бы продлить,
Мне б только до той вон канавы
Полмига, полшага прожить;
Прижаться к земле
И в лазури
Июльского ясного дня
Увидеть оскал амбразуры
И острые вспышки огня.
Мне б только
Вот эту гранату,
Злорадно поставив на взвод,
Всадить её,
Врезать, как надо,
В четырежды проклятый дзот,
Чтоб стало в нём пусто и тихо,
Чтоб пылью осел он в траву!
…Прожить бы мне эти полмига,
А там я сто лет проживу!
Снег идёт
Это было в снегах и вьюгах,
В нестерпимые холода,
В волчьих далях,
В лесных яругах,
В незапамятные года…
На оси замерзает компас -
Ногтем в стёклышко барабань!
Прорубается конный корпус
Из-под Вишеры на Любань.
Без обозов не пропадая,
Без орудий летят полки,
K гривам спутанным припадая,
Пулемётчики бьют c луки.
И слыхать уже вечерами:
В гулких далях лесной зари
Отзываются им громами
Ленинградские пушкари.
Стонут раненые на вьюках,
Торфяная дымит вода…
Это было в снегах и вьюгах
В незапамятные года.
Кони бешеные летели
Стороной моей ледяной,
Лес в серебряной канители
Стыл под розовою луной…
3аживились рубцы на теле,
Только памяти нет иной,
Ей сегодня опять не спится,
И не знает она сама,
Сколько зим ещё будет длиться
Бесконечная та зима:
Начала
Всю ночь валится
Снега сонная кутерьма…
Вот и снова мы постояльцы
Седоусого декабря,
В горностаевом одеяльце
Спит за сосенками заря.
моего дудушку, по папиной линии,вывезли из блокадного ленинграда в ташкент,выучили на минометчика и войну он окончил в кениксберге,2 ранения,одно тяжелое
Это не ул. Халтурина,4 (ныне Миллионная), а Дворцовая набережная,4. На заднем плане виден Троицкий (в те годы Кировский) мост.
Мля,как же это страшно..даже на фото! Бабушкина подруга была блокадницей-увидит что крошки хлебные выкинул-такую оплеуху выдаст а потом историю расскажет...и стою-реву,я - несгибаемый пионер..не верится что это можно было пережить,но не только пережили-победили!
Олга Берггольц.
Ленинградке
Еще тебе такие песни сложат,
Так воспоют твой облик и дела,
Что ты, наверно, скажешь: - Не похоже.
Я проще, я угрюмее была.
Мне часто было страшно и тоскливо,
Меня томил войны кровавый путь,
Я не мечтала даже стать счастливой,
Мне одного хотелось: отдохнуть...
Да, отдохнуть ото всего на свете -
От поисков тепла, жилья, еды.
От жалости к своим исчахшим детям,
От вечного предчувствия беды,
От страха за того, кто мне не пишет
(Увижу ли его когда-нибудь),
От свиста бомб над беззащитной крышей,
От мужества и гнева отдохнуть.
Но я в печальном городе осталась
Хозяйкой и служанкой для того,
Чтобы сберечь огонь и жизнь его.
И я жила, преодолев усталость.
Я даже пела иногда. Трудилась.
С людьми делилась солью и водой.
Я плакала, когда могла. Бранилась
С моей соседкой. Бредила едой.
И день за днем лицо мое темнело,
Седины появились на висках.
Зато, привычная к любому делу,
Почти железной сделалась рука.
Смотри, как цепки пальцы и грубы!
Я рвы на ближних подступах копала,
Сколачивала жесткие гробы
И малым детям раны бинтовала...
И не проходят даром эти дни,
Неистребим свинцовый их осадок:
Сама печаль, сама война глядит
Познавшими глазами ленинградок.
Зачем же ты меня изобразил
Такой отважной и такой прекрасной,
Как женщину в расцвете лучших сил,
С улыбкой горделивою и ясной?
Но, не приняв суровых укоризн,
Художник скажет с гордостью, с отрадой:
- Затем, что ты - сама любовь и жизнь,
Бесстрашие и слава Ленинграда!
8 марта 1942
Да, это страшно, это надо помнить.
"На Пискарёвском кладбище зеленеет трава. На Пискарёвском кладбище большие могилы. Большие, общие, заполненные народным горем. Здесь похоронена моя мать.
Документов нет. Очевидцев нет. Ничего нет, за что можно было бы зацепиться пытливым умом. Но вечная сыновья любовь определила здесь. И я склонился к земле.
Я глажу рукой траву Пискарёвского кладбища. Я ищу сердце матери. Оно не может истлеть. Оно стало сердцем земли."
Юрий Яковлев: «Сердце земли».
https://litresp.ru/chitat/ru/Я/yakovlev-yurij-yakovlevich/pozavchera-bila-vojna/17https://litresp.ru/chitat/ru/Я/yakovlev-yurij-yakovlevich/pozavchera-bila-vojna/17