Невероятная история Петера Фрейхена (17 фото)

Это не фотошоп, а настоящий двухметровый датский полярник, исследователь, антрополог, зоолог, писатель, издатель, актер, режиссер, антифашист и просто дикий мужик Петер Фрейхен — со своей третьей женой Дагмар Кон. Он по праву заслуживает звания одного из величайших авантюристов ХХ века, а его приключений хватило бы на десяток известных полярников и первопроходцев.

Лоренц Петер Эльфред Фрейхен родился 2 февраля 1886 года в небольшом датском городке Нюкёбинг. Его отец, порядочный бизнесмен, растил его в строгости и дисциплине, рассчитывая воспитать достойного продолжателя своего дела. Он оплатил обучение сына в Копенгагенском университете, где Петер выбрал медицинскую специальность. Отец не стал разубеждать его, в конце концов, врач — тоже почетная и прибыльная профессия.

Но очень скоро выяснилось, что скучные лекции по анатомии и душные аудитории тяготят молодого авантюриста. Не помогают даже практические занятия в морге — Петеру хотелось еще более острых ощущений и славы первооткрывателя. В то время Скандинавия (как и весь остальной прогрессивный мир) болела Арктикой и подвигами первопроходцев. Фамилии Нансена, Свердрупа, Борхгревинка, Амундсена и других героев не сходили с первых полос газет и в какой-то момент Фрейхен отчетливо понял, что непременно хочет увидеть среди них и свою.

Не закончив и двух курсов медицинского факультета, Петер променял университетские стены на бескрайние просторы Арктики. В 1906 году 20-летний Фрейхен уговаривает своего старшего товарища, имевшего опыт полярных путешествий Кнуда Расмуссена, взять его в свою очередную Гренландскую экспедицию.

В том же 1906 году, добравшись до острова на китобойном судне и проделав по нему больше 600 миль на собачьих упряжках, Фрейхен и Расмуссен достигли поселений эскимосов в заливе Мелвилл на западном берегу Гренландии. Здесь они провели два увлекательных года, занимаясь изучением культуры и быта аборигенов, охотясь вместе с ними на тюленей и моржей, путешествуя по окрестностям и обучаясь строительству иглу.

Двухлетние каникулы датских бородачей закончились вместе с запасом провизии. Расмуссен отправился домой, а Фрейхен воспринял это как прекрасную возможность опробовать приемы выживания, подсмотренные у эскимосов. Несколько месяцев он жил в полном одиночестве на пустынном побережье Гренландии, мужественно сражаясь с морозами и местными волками, которые сожрали семь его собак. Именно тогда Фрейхен добыл белого медведя, в шубе из которого он позирует на заглавном фото.

Жизнь эскимосов была чрезвычайно трудна. Они перманентно страдали от голода и холода и были практически не знакомы с достижениями современной цивилизации вроде металлических ножей, керосиновых ламп и огнестрельного оружия. Китобоям, снабжавшим местных жителей товарами первой необходимости, далеко не каждый год удавалось пробиться сквозь льды и добраться до северной оконечности острова, чтобы торговать с гренландцами. Тогда Расмуссен и Фрейхен придумали основать здесь собственную факторию — торговую базу, которая бы помогла эскимосам обменивать охотничьи трофеи на нужные им вещи.

В 1910 году Кнуд Расмуссен вернулся из Дании с грузом припасов и вместе с Петером основал на берегу залива Мелвилл недалеко от мыса Йорк самое северное торговое поселение европейцев. Они назвали его «Туле» (имея в виду латинское выражение «Ultima Thule» — «крайний предел», «край света»). Фактория скупала у аборигенов песцовые шкурки, китовый ус и прочие продукты промысла, а взамен снабжала эскимосов едой, горючим и оружием. Обмен был взаимовыгоден и приносил датчанам немалые деньги. Папа Петера мог быть доволен — его сын превратился в респектабельного предпринимателя. Если, конечно, не брать в расчет, что этот предприниматель заполняет свои бухгалтерские книги при свете коптилки, заправленной моржовым жиром и ходит в туалет на улицу в 40-градусный мороз.

Более десяти лет Фрейхен и Расмуссен руководили факторией: в 1920 году она была присоединена к Дании и король направил туда представителя официальной власти. К тому моменту «Туле» превратилась в довольно шумное по арктическим меркам поселение и центральную базу всех последующих экспедиций по исследованию Арктики до 1933 года.

Первая экспедиция 1912 года в составе Расмуссена, Фрейхена и двух эскимосов Увдлориака и Инукитсока должна была проверить гипотезу американца Роберта Пири о существовании пролива на севере Гренландии. За 4 месяца пути на собачьих упряжках храбрые исследователи преодолели около 1000 километров, пересекли ледниковый щит и вышли на северо-восточное побережье острова, доказав, что никакого «пролива Пири» не существует. Помимо этого они собрали внушительную коллекцию геологических образцов, картографировали местность и пару раз чуть не замерзли насмерть. С тех пор Фрейхен еще несколько раз принимал участие в гренландских экспедициях, выступая в роли картографа, фотографа и погонщика собак.

Фрейхен провел в Гренландии уже пять лет и по-настоящему прикипел к этой суровой земле и не менее суровым людям. В 1911 году он берет в жены местную инуитку Мекупалук. Вскоре Мекупалук, взявшая себе имя Наварана, родила Петеру прекрасных сына и дочку. Детей назвали Мекусак Аватак Игимакссусукторангуапалук и Пипалук Еттэ Тукумингуак Касалук Палика Хагер соответственно. Молодые супруги устроили себе небольшое романтическое путешествие на родину мужа в Копенгаген, но эскимосской жене не понравилась городская суета и теплый климат и чета быстро вернулась обратно в Гренландию.

После десяти лет счастливого брака среди ледяных торосов и бескрайней гренландской тундры Наварана умерла от «испанки» — эпидемии гриппа, бушевавшей в Европе в начале 1920-х годов. Фрейхен завернул ее тело в саван и повез в Упернавик, ближайший крупный поселок, где имелась собственная церковь. Но священник отказался провести обряд захоронения, так как Мекупалук так и не согласилась принять крещение до своей гибели. Тогда Петер взял лопату, отнес тело на кладбище и похоронил свою жену собственноручно. Эта печальная история на всю оставшуюся жизнь сделала Фрейхена строгим критиком церкви, которая всюду рассылает своих проповедников, но не пытается вникнуть в особенности быта и культуры местных племен.

Подавленного Петера выручил старый друг Расмуссен. «Лучший способ забыть горе — отправиться в дальний путь» — гласит старая эскимосская мудрость, и Кнуд приглашает Петера принять участие в пятой экспедиции, которая должна была пройти вокруг всей Арктики от Гренландии через Канаду и Берингов пролив обратно домой. Это было самое амбициозное путешествие, которое когда-либо предпринимали датчане. Именно оно принесло Фрейхену настоящую славу.

После трех лет изматывающей экспедиции, в ходе которой члены команды собирали местный фольклор, вели этнографические исследования, картографировали местность и даже проводили археологические раскопки, команде предстоял прямой и быстрый путь домой.

Во время одного из переходов путников застала страшная снежная буря. Фрейхен на своей собачьей упряжке отбился от основной группы. Когда стало ясно, что он заблудился, опытный полярник решил переждать непогоду и укрыться под своими санями, чтобы потом, когда погода прояснится, сориентироваться по компасу и нагнать товарищей. Он свернулся калачиком под нартами и вскоре уснул, убаюканный колыбелью вьюги. Метель продолжалась много часов подряд. В конце концов на месте саней, под которыми прятался Фрейхен, образовался огромный сугроб, грозивший стать его могилой.

Едва только хорошенько выспавшийся Петер оторвал бороду, примерзшую к «полу», он осознал, что оказался заперт в тесной снежной пещере, стены которой от дыхания покрылись толстым слоем льда. Очень быстро стало понятно, что пробить ледяной панцирь самостоятельно не получается. Крепкий нож, как и все остальные инструменты, остались в багаже на санях и добраться до них было невозможно. В полной темноте и одиночестве Фрейхен размышлял, как ему выбраться из западни и старался дышать потише — чтобы не расходовать кислород.

Тут-то в наше повествование и врывается то самое зубило! Фрейхену пришла идея вылепить его из продуктов собственной жизнедеятельности и проковырять им путь к свободе.

«Я не ел уже несколько часов, но мое пищеварение, на удивление, было в полном порядке. Именно оно навело меня на единственную спасительную мысль! Я часто замечал, что собачье дерьмо, замерзая, становится почти таким же твердым, как камень — гораздо крепче льда. Разве холод не окажет такого же влияния и на человеческие выделения? Отвратительная мысль, но ради эксперимента стоило попробовать. Я опорожнил свой кишечник и из еще теплых фекалий мне удалось вылепить инструмент, похожий на зубило, который осталось только хорошенько заморозить… Я был терпелив. Я не хотел рисковать и поломать его, используя слишком рано…» .

Опустим леденящие душу технические подробности и просто констатируем — ему это действительно удалось! Через несколько часов датчанин выбрался наружу и обнаружил себя в одиночестве среди снежной пустыни. Путь до временной базы экспедиции, где заночевали остальные полярники, занял у него еще несколько часов. Оказавшись в безопасности и едва стянув с себя теплые унты и шерстяные носки, Фрейхен понял, что ему придется попрощаться с несколькими пальцами на ноге — они были обморожены. Ближайший врач с чемоданом медицинских инструментов был за много миль отсюда, поэтому Фрейхену пришлось вспомнить два курса своего медицинского факультета и приниматься за дело самому.

В качестве хирургических инструментов сгодились плоскогубцы и плотницкий молоток, с помощью которых он и откромсал себе отмершие части тела. Особо отметим, что Фрейхен был убежденным трезвенником, и вся операция производилась без всякого наркоза и обезболивания. Уже позже, после возвращения в цивилизацию, квалифицированные врачи скептически оценили хирургические таланты Фрейхена и все же укоротили его ногу, заставив всю жизнь хромать на деревянном протезе.

Впечатления от этого путешествия Фрейхен очень живо описал в своей книге «Странствующий викинг» (1953).

После смерти жены и смены власти в фактории «Туле», Гренландия стала невыносимо холодной для Петера: ничто больше не держало его здесь. Фрейхен садится на пароход и возвращается на родину вместе со своими детьми. На деньги, заработанные в Гренландии, он покупает небольшой островок Энехое в датской глуши и строит там скромный дом.

Накопленного капитала хватило бы надолго, но предприимчивый датчанин не привык сидеть без дела. Петер начинает читать публичные лекции об Арктике и ее народах, издает десятки статей в самых разных журналах и в 1927 году выпускает свою первую книгу: Grønland, land og folk («Гренландия, земля и народ»), в которой рассказывает о своем удивительном опыте жизни среди эскимосов. Кроме этого, Фрейхен заинтересовался политикой — он вступил в партию социал-демократов и начал регулярно отмечаться качественными аналитическими статьями в популярной датской газете Politiken.

В 1924 году, почти сразу после возвращения домой, Петер играет свадьбу. Его второй женой становится Магдалена Ванг Лоридсен, подруга детства, бывшая актриса и весьма обеспеченная дочка директора Национального банка Дании. Ее «приданым» стал журнал Ude og Hjemme («В гостях и дома»), главным редактором которого назначили Фрейхена. Небольшой журнал был ориентирован на домохозяек и изначально предназначался для продвижения маргарина, который производили предприятия тестя Петера.

Рецепты выпечки и десертов, публиковавшиеся в журнале, непременно включали в себя несметные количества маргарина, производившегося на предприятиях семьи Лоридсен. Но суровый полярник так ответственно отнесся к редактированию кулинарных рецептов для домохозяек, советов по выбору штор в спальню и прочей лайфстайл-белиберды, что вскоре Ude og Hjemme стал самым популярным изданием для домохозяек в стране. Журнал существует по сей день, оставаясь одним из самых старых датских периодических изданий.

Но и славы издателя популярного журнала Фрейхену тоже оказалось мало, и он начал осваивать новое поле работы. Стремительно набирающий популярность кинематограф испытывал дефицит остросюжетных сценариев — романтичные истории и «комедии положений» уже успели наскучить публике, а до освежающей волны гангстерских боевиков было еще далеко. Тогда Фрейхен начал работать над киносценариями, первым из которых стал фильм «Эскимос», снятый по его одноименной книге.

В 1932-33 годах Фрейхен нанялся в Metro Goldwyn Mayer и организовал им съемки на Аляске. Он одновременно выступил сценаристом, переводчиком и кастинг-менеджером, а также сыграл в «Эскимосе» роль главного злодея — капитана промыслового судна, который вторгается в размеренную и счастливую жизнь молодой эскимосской семьи. Все диалоги в фильме были озвучены на эскимосском языке с английскими субтитрами, а главные роли сыграли местные аборигены, продемонстрировавшие в фильме традиционные способы охоты, рыбной ловли и древние обычаи инуитов.

В начале 1930-х тематика арктических приключений была на пике моды. «Эскимос» получил «Оскара» за лучший монтаж и собрал внушительную кассу в США и Канаде. Первый успех подтолкнул Фрейхена к созданию собственной кинокомпании, которая консультировала разные студии по поводу арктических путешествий и периодически продавала им готовые сценарии приключенческих фильмов.

Фрейхен с головой погружается в общественную жизнь — он возглавляет Федерацию бокса Дании, регулярно устраивает светские вечера и окружает себя многочисленной толпой поклонников и поклонниц. В 1938 году он основывает «Датский клуб путешественников», где в глубоких креслах вокруг камина заседают суровые мужчины с сигарами и травят байки о своих приключениях. Процедура принятия новых членов была очень простой — претендента подводили к Фрейхену, сурово восседающему во главе стола и вопрошали его: «Великий Петер, ты принимаешь этого человека в наш клуб?». Если в ответ раздавался одобрительный стук деревянного протеза о пол — значит, можно начинать праздновать.

В рамках этого клуба Фрейхен организовал несколько путешествий в Норвегию, Швецию и даже Южную Африку, где члены клуба охотились на слонов и знакомились с бытом местных племен.Он дважды побывал в Советском Союзе — в 1928 и 1937 годах, где сдружился со знаменитым советским полярником Отто Шмидтом и принял участие в двух его арктических экспедициях.

Активная жизненная позиция, авторитет среди датчан и харизматичная манера общения позволили Фрейхену завоевать доверие членов датской королевской семьи, высокопоставленных политиков и бизнесменов — впереди его ждала насыщенная и безбедная жизнь. Если бы не одно «но».

Приход нацистов к власти в Германии и все более явные планы Гитлера по захвату Европы не могли не беспокоить датчан, в том числе и самого Фрейхена, который испытывал к НСДАП стойкую идеологическую неприязнь. Когда в 1939 году власти Дании подписали с Германией договор о ненападении, многие выдохнули спокойно, но только не он.

9 апреля 1940 года, в нарушение мирного договора, войска Вермахта начали Датско-Норвежскую операцию, и уже через час после ее начала король Дании отдал приказ сложить оружие. Страна перешла под немецкий контроль.

В первые годы «мягкой» оккупации Движение Сопротивления не пользовалось большой популярностью. Антифашисты занимались агитацией и антинацистской пропагандой, собирали разведданные для союзников и изредка проводили локальные диверсии на немецких военных объектах. Фрейхен с первых дней занял активную роль в движении и занимался укрывательством беженцев, разведкой и саботажем. Он был довольно влиятельной фигурой в стране и не считал нужным скрывать свои взгляды. Когда кто-то в его присутствии начинал вещать о величии Рейха и разумности его политики (например, в отношении сохранения чистоты арийской расы), Фрейхен не мог удержаться и говорил прямо в глаза собеседнику со всей высоты своего двухметрового роста: «Ну, я еврей, и что ты мне сделаешь!».

Летом 1943 года правительство Дании разогнали, и власть полностью перешла в руки оккупационной администрации. В страну ввели полицейские части и подразделения гестапо. Осенью был издан указ о введении смертной казни для всех участников сопротивления и сочувствующих им. Одним из первых кандидатов на эту роль оказался Петер Фрейхен — он был арестован и быстро приговорен к расстрелу. Но нацисты забыли, что этому парню удалось выбраться из ледяной пещеры при помощи зубила из собственных фекалий — он был им не по зубам. С помощью верных друзей ему удалось бежать из застенков гестапо — сначала в Швецию, а затем в Нью-Йорк.

«Маргариновая королева» Магдалена Ванг Лоридсен после 20 лет счастливого брака не пожелала последовать за мужем в вынужденную эмиграцию и это значило, что их брак распался. Но суровый полярник горевал недолго. Меньше чем через год он повстречал в Нью-Йорке свою соотечественницу Дагмар Кон, работавшую иллюстратором в модных журналах Vogue и Harper’s Bazaar. В 1945 году она стала его третьей женой и оформила Фрейхену пропуск в мир американской богемы.

С трудом можно представить рыжего гиганта-датчанина на деревянной ноге в окружении стильных манекенщиц и модельеров на какой-нибудь нью-йоркской модной вечеринке, но в начале 1950-х все выглядело именно так. В перерывах между новыми экспедициями и съемками кино Фрейхен вел активную светскую жизнь, раздавал налево и направо интервью и не забывал писать многочисленные книги о своих приключениях.

Семья жила на два дома — когда Фрейхену надоедало в шумном Нью-Йорке, они отправлялись в тихий Коннектикут в свой небольшой уединенный домик на берегу залива Лонг-Айленд.

Последним аккордом его безумной биографии стала карьера телезвезды. За год до смерти Фрейхен оказался финалистом популярного ТВ-шоу «The $64,000 Question» и правильно ответил на тот самый вопрос, став известным на всю Америку.

Прожить 15 лет среди гренландских инуитов, питаясь моржатиной и китовым мясом, сделать пару географических открытий мирового значения, выбраться из ледяного плена с помощью зубила из замороженных фекалий, запустить успешный журнал для домохозяек, объездить полмира, сбежать от нацистов, а в довершение стать победителем интеллектуальной телевикторины — такой удачи слишком много для жизни одного человека.

Удача Фрейхена закончилась 2 сентября 1957 года — внезапный сердечный приступ настиг его на военно-воздушной базе Эльмендорф рядом со столицей Аляски — Анкориджем. Отсюда он намеревался совершить свое очередное арктическое путешествие, но вместо этого его прах отправился в Гренландию — на его вторую родину. Там пепел, оставшийся от величайшего авантюриста ХХ века, развеяли на вершине горы Дундас, неподалеку от Туле.