Чьи Курилы: история многовекового спора (10 фото)

Когда я взялся за этот текст, Сеть принесла свежую статью Алексея Волынца как раз на эту тему. Подробный материал со старомодно длинным названием «История российско-японских споров о Курилах — от первооткрывателей до Второй мировой войны» на «Профиле» замечательным образом расставляет множество точек над «i».

Посему мой рассказ предлагает взглянуть на этот спор не столько вглубь, сколько вширь. С высоты птичьего полёта.

Россия и Япония — страны разные до противоположности. На первый взгляд.

На второй — в них обнаруживается много общего. Особенно если писать историю двух государств широкими взмахами кисти и не вглядываться в детали.

Русская цивилизация зародилась на излёте Тёмных веков. Японская государственность старше, но расцвет Древнерусского государства Рюриковичей и классическая эпоха Хэйан не слишком разминулись по времени.

Обе страны прошли через времена «развитого феодализма» : пока в Японии увлечённо резали друг друга дома Тайра и Минамото, на Руси выясняли отношения великие дома расплодившихся наследников Рюрика и Владимира.

Покорив и замирив Русь, монголы обрушились на Японию — которую не смогли завоевать в основном из-за своевременных тайфунов-«камикадзе» и сложностей с перевозкой по морю масс кавалерии.

Почти одновременно из хаоса смут в русских и японских землях возникли и окрепли новые династии — Романовых и Токугава. И почти одновременно русские и японцы добрались до Курильских островов.

«Как это?» — спросит недоумевающий читатель. Москва и Санкт-Петербург находятся за полмира от тихоокеанских островных гряд. А Япония на самой большой из них и возлежит.

А вот так.

(125-й император Японии Акихито (справа) и наследный принц Нарухито)

Японцы страшно гордятся древностью своей священной императорской династии — прямых потомков древних богов, согласно официальной мифологии. Сейчас правит 125-й монарх, наследующий трон Дзимму. Дзимму — родной праправнук прекрасной и утончённой богини Солнца Аматэрасу. А по другой линии — потомок её брата, панка-отморозка и по совместительству бога бурь Сусаноо.
125-й император Японии Акихито (справа) и наследный принц Нарухито

Вот только японцы в Японии — пришельцы. Из Кореи.

Ведь если разобраться, любой народ планеты когда-то нахально «понаехал» в чьи-то земли и отобрал их у предыдущих хозяев.

Которые эти земли тоже когда-то не менее нахально захватили.

До японцев на островах от Рюкю до Камчатки обитали айны. Странные племена невероятной волосатости и неясного происхождения. Молились медведям, носили набедренные повязки и огромные бороды. Глаза имели не раскосые, и вообще изрядно напоминали странную смесь европеоидов с австралийцами.

Двухтысячелетняя история японцев с момента высадки на островах за сотни лет до нашей эры и до подавления восстания 1789 года — летопись войны с айнами и экспансии на северо-восток.

По сравнению с японцами аборигены были невероятно примитивны. Они жили небольшими группами охотников и рыболовов, так и не смогли создать своей государственности. Но их воины были яростны и коварны. Они дрались за каждый клочок земли, отвечали захватчикам разрушительными набегами и восстаниями.

(Японский рисунок мужчины-айна, XVIII век)

Есть полусерьёзное мнение, что предельная воинственность японцев по сравнению с соседями по Азии — прямое следствие смешения с айнами.

Айны для японцев стали синонимом буйных, опасных и бескультурных варваров. Из постоянной пограничной войны с ними и родилось воинское сословие самураев, отобравшее власть у куртуазных придворных аристократов. Аристократы ответили самураям… презрением и оскорбительными сравнениями с дикарями-айнами. Они были не так уж и не правы — жизнь на фронтире способствует смешению кровей.

Вот только чем дальше на север и восток двигались японцы — тем меньше им там нравилось. Холодно, снежно, рис расти не хочет. Места дикие и дремучие даже по самурайским меркам.

На крайнем юге Хоккайдо японцы закрепились только в XV веке и дальше рвались не больше, чем современный россиянин в окрестности Колымы.

Японские экспедиции доходили до Камчатки — но особых попыток закрепиться даже на всём Хоккайдо не предпринимали. Холодно же. А подвернувшихся айнов и так можно пограбить.

Более-менее внятно о Курилах японцы узнали почти одновременно с русскими, но первыми острова обнаружили… голландцы. Случилось это незадолго до середины XVII века.

Сошлись три волны экспансии: неспешное двухтысячелетнее движение японцев в айнские земли, русский рывок навстречу солнцу от Урала до Тихого океана за неполные сто лет и голландские мореплавания по всему земному шару в поисках коммерческого интереса.

(Карта расселения айнов)

Голландцев острова не слишком заинтересовали. Зато у русских с японцами спустя сотню с лишним лет дошли руки разобраться: а чьи же это будут владения?

Японцев мнение айнов не интересовало в принципе. О чём с этими варварами можно разговаривать?

Зато у русских с их опытом мирного, не очень и совсем не очень общения с народами тайги и тундры созрел хитрый план. Курильских айнов объявить подданными просвещённой императрицы Екатерины II, поселить у них промысловиков, но от налогов даже в виде ясака (в России XV — начала XX вв. натуральный налог с народов Сибири и Севера. — Прим.ред.) категорически освободить. После чего айны, утомлённые набегами самураев, пойдут в русское подданство добровольно и с песней. А если не захотят, для разъяснения тонкостей вертикали власти есть фрегаты и казаки.

В мае 1779 года, после двух лет экспедиций и приведения в подданство полутора тысяч айнов, императрица подписала указ «О невзимании никаких податей с приведённых в подданство Курильцов».

В августе того же года русское посольство прибыло в Мацумаэ — единственный японский город на Хоккайдо. Где торжественно объявило, что Итуруп, Кунашир и Шикотан теперь русские вместе с айнами. Всё, что севернее, — тоже русское. А японцам для традиционного грабежа и Хоккайдо хватит. Русские ведь люди добрые, а Хоккайдо — остров большой. Японцы о… обиделись, в общем.

Тем более, что к ним восемь лет назад угодил бежавший с Камчатки авантюрист пан Мориц Бенёвский. Он с польской экспрессивностью живописал островитянам всю невероятную злокозненность коварных московитов. Которые буквально в следующем году захватят Хоккайдо. Русские всегда всё захватывают, традиция у них такая.

Японцы переговоры с русскими прервали и продолжать их наотрез отказались.

В японских глазах, даже без польского рассказа о русских агрессорах, воплощался ночной кошмар любого колонизатора. Когда за спинами весело покоряемых и ограбляемых дикарей вдруг вырастают их соплеменники с превосходящей технологической и огневой мощью. И мрачно интересуются: а кто тут маленьких обижает?

(Карта Курильских островов 1755 года)

Ясно, что это творческое преувеличение, и японцы прекрасно понимали, что бородатые гайдзины с севера на европейских кораблях ни малейшего отношения к две тысячи лет знакомым варварам не имеют. И островами интересуются сугубо прагматично. Но похожи же, черти!

После этого началась меланхоличная эпопея с перетягиванием курильского каната. Вместе с айнами, видавшими всех пришельцев в гробу и мечтающими, чтобы от них все отвязались. Японцы аборигенов просто били и грабили по исконной традиции. Русские вели себя приличнее, но норовили выловить на островах и в окрестных водах всё съедобное и вообще полезное в хозяйстве.

Долгие десятилетия продолжалось бодание двух империй на их самых дальних рубежах. То японцы набегут на посёлки русских промысловиков, то русские разгромят японские форпосты. Стороны старались обходиться без лишнего смертоубийства, хотя порой и доходило до засаливания отрезанных голов.

Но на Резанова, трагического возлюбленного юной Кончиты из рок-оперы «Юнона и Авось», японцы обижены до сих пор. Потому что по его приказу эти самые «Юнона» и «Авось» по пути к романтичным калифорнийским берегам учинили японцам на Курилах и в окрестностях сказочный погром. В рок-оперу эта колоритная деталь, увы, не вошла.

(Бригантина «Юнона» и тендер «Авось»)

Конец бардаку был положен в 1855 году. Обе стороны находились не в лучшей форме. Российская империя только что проиграла войну с Великобританией и Францией, а японцам под дулами пушек американской эскадры пришлось открыть страну для иностранцев. Петербург и Токио поглядывали друг на друга и подумывали о дружбе против других держав.

Курилы «по-братски» поделили заодно с Сахалином. Граница пролегла между Урупом и Итурупом, Сахалин рассматривали как совместное владение. Сахалин формально принадлежал династии Цин, но маньчжуров и китайцев, избитых англичанами в целях сбыта опиума, стороны спрашивать не собирались.

Времена стояли колониальные, и дискуссии с коренным населением даже в местах куда более цивилизованных велись в основном штыком и свинцом. К вящей славе гордых знамён, доходов казне и во имя прогресса и просвещения отсталых варваров.

В 1875 году в Петербурге решили, что Сахалин полезнее Курил, с которыми империя так и не поняла, что можно сделать интересного. Всю гряду до самой Камчатки поменяли на полный российский контроль над одним большим островом.

Потом русские и японцы увлеклись колонизацией соседних стран и народов до такой степени, что столкнулись лбами в Корее и Маньчжурии. В последовавшей войне самураи сумели к шоку всего мира разбить одну из величайших европейских империй.

На мирных переговорах по итогам войны они потребовали половину Сахалина. Петербург сослался на договор 1875 года, но Токио в лице министра Комуры заявил: «Война перечёркивает все договоры. Вы проиграли, давайте исходить из сложившейся обстановки».

Потом Токио решил, что экономическую и технологическую отсталость можно компенсировать самурайским духом. Двадцать шестого ноября 1941 года адмирал Нагумо по приказу адмирала Ямамото вывел авианосцы Объединённого флота из бухты Касатка курильского острова Итуруп — чтобы обрушить их палубные самолёты на американские линкоры в Пёрл-Харборе.

Японцы дошли до Индии, Папуа, глубин Китая. А затем им наглядно продемонстрировали, что самурайский дух, бесстрашие и национальная гордость не работают против тотального экономического и технологического превосходства. После падения Окинавы, ядерных бомб и образцового советского блицкрига в Маньчжурии всё было кончено. При капитуляции японцы были готовы отказаться от «всего, кроме четырёх главных островов» — лишь бы сохранить династию как одну из скреп национального сознания и столп традиционной религии.

(Подписание капитуляции Японии)

По решениям Ялтинской конференции в состав СССР перешли все территории России, некогда включённые в состав Японии.

Южные Курилы в состав России входили лишь с точки зрения Петербурга, согласно внутреннему указу от 1779 года, — который японцы никогда не признавали. А вот в первом же договоре, Симодском трактате 1855 года, они были закреплены за японцами — на что островитяне и напирают, отстаивая право на острова.

Вот только в территориальных спорах юридическое крючкотворство — дело десятое. Важно то, кто действительно контролирует острова.

Тех же самых японцев никакие китайские сотрясания международным морским правом не заставят признать, что утонувший атолл Окиноторисима нельзя считать полноценным островом с 200-мильной эксклюзивной экономической зоной. Как и то, что острова Сенкаку близ Тайваня — исконно китайская земля. Ну а если китайцы попытаются решить вопрос силой — в дело вступят эсминцы, подлодки и морская авиация «несуществующего» японского флота.

Москва и Токио в 50-е годы попытались-таки договориться о разделе Южных Курил — для прекращения спора и сближения стран. Маленькая южная гряда с Шикотаном и скалами Хабомаи должна была достаться японцам, а большие острова Кунашир и Итуруп — СССР. Но США, которым сближение верного вассала с коварными советскими коммунистами было не нужно ни под каким соусом, прозрачно намекнули японцам: в случае такого исхода Токио не видать возвращения Окинавы как своих ушей.

(Острова Курильской гряды)

С тех пор острова остаются российскими и с недавних пор на всякий случай старательно укрепляются, а японцы этого не признают и шумно обижаются. А что айны? Айны кончились.

В российских владениях в царское и советское время они смешались с русскими и камчадалами — и практически исчезли как этническая группа. В японских владениях их ассимилировали ещё более сознательно и целенаправленно — доделывая не законченное за две тысячи лет. Опомнились из возросшего гуманизма и политкорректности только совсем недавно — когда айнов осталось двадцать с лишним тысяч душ, в основном перемешавшихся с японцами же. Теперь они с некоторым успехом возрождают остатки национальных традиций на Хоккайдо и продают айнскую экзотику туристам.

Для японцев острова стали символом веры. Никто не рассчитывает их присоединить в действительности. Более того, никто не собирается туда переезжать — и Хоккайдо-то по японским меркам представляет собой практически пустошь. Холодно и снега много, места глухие, депрессивные и привлекательные примерно как Колыма для русских. А Курилы — это ещё дальше, глуше, холоднее и дичее.

(Обложка буклета всеяпонского съезда по вопросу возвращения «северных территорий»)

Но никто из японских политиков и общественных деятелей не признается в этом вслух — это позор, потеря лица и политическое харакири. Зато обещаниями наконец-то уговорить русских отдать Курилы можно кормить избирателя. Электорат умудряется покупаться на это уже много десятков лет.

Тем более никто в России в здравом уме и твёрдой памяти не пойдёт на передачу островов японцам. Это ещё более гарантированное обнуление рейтингов любой власти, чем назначение Анатолия Чубайса премьер‑министром.

На каждое русское телодвижение на Южных Курилах японское руководство устало публикует ритуальные протесты, что «оккупанты» что-то творят на «северных территориях» — иначе избиратель не поймёт. В ответ российский МИД не менее устало публикует не менее ритуальные напоминания о том, чьи в лесу шишки и в море острова, — по той же причине.

Интернет-хомячки и национал-активисты с памятью рыбок гуппи по обе стороны начинают буйствовать — ведь никогда такого не было, и вот опять!

Больше они начинают буянить только при очередных 100500-х переговорах Москвы и Токио. О возможности начала дискуссии об обсуждении потенциальных вариантов подхода к вопросу о планировании разрешения спора.

В России пугаются — «точно отдадут исконно русские острова» — и машут шашками, требуя срочно «показать узкоглазым дикарям за Цусиму, а то чего они?!». В Японии горюют — «опять не отдадут исконно японские острова» — и машут катанами, требуя срочно «напомнить бородатым варварам про Цусиму, а то чего они?!».

Так и живём.

АЛЕКСЕЙ КОСТЕНКОВ