Гремя огнем, сверкая блеском стали…(Часть 3 Обр.3)

Одной из причин поражения Российской Империи в Первой Мировой Войне, как, впрочем, и превращения ПМВ в долгую позиционную «мясорубку» стала неспособность всех сторон быстро восполнить потери в вооружении. А порохом в Европе пахло все сильнее и сильнее – увы, но Версальская система породила куда больше проблем, чем решила.

«Возможности танкостроения в будущую войну весьма значительны. Так, месячная продукция к 7-му месяцу войны (по состоянию производственных возможностей к 1928 году) может выразиться:
во Франции ок. 1500 танков
в Англии ок. 2500 танков
в Чехо-Словакии ок. 200 танков
в Польше ок.100 танков». Итого – 4 с хвостиком тысячи танков у потенциальных противников СССР. Именно так советская разведка характеризовала танковые возможности потенциальных противников в 1928 году.
Для того, что бы хоть как-то отбиться от такой бронированной лавины и при этом не повторить судьбу РИ, УММ РККА пришло к выводу, что армии нужен «мобилизационный танк» – максимально дешевую и массовую машину, которую можно производить на непрофильных (автомобильных) предприятиях. Вооружать же такими танками предполагалось второочередные дивизии, пока промышленность не будет полностью мобилизована.
Поначалу – в 1931 году – попробовали обойтись без конструирования специальной машины, одев на трактор «бронежилет» (об этом я писал в посте о танках Дыренкова «Гремя огнем… Часть 3. Обр.1»), но результат… не впечатлял.

По заданию, выданному в 1932 году, танк должен был нести противопульное бронирование, собираться из автомобильных узлов и агрегатов, с минимальным использованием стратегических материалов. Вооружение из одного пулемета. Подвеска – по типу танка Т-26, но вместо листовых рессор предлагалось использовать пружины. Вес – не более 4 т. Проекту был присвоен индекс «Т-34».

Первоначально планировалась переброска этих (как и вообще легких) танков в кузовах 5-тонных грузовиков. Однако, с грузовиками, способными поднять такой груз (не говоря уже о полноприводности), в СССР были большие проблемы. Что бы не быть голословным, возьмем Ярославский автомобильный завод, выпускавший 4-х и 5 тонные грузовики. С 1929 по 1943 год всего было выпущено аж 18 514 машин или 1626 грузовиков в год, из которых примерно треть комплектовалась импортными двигателями и трансмиссиями. Если сравнить это с почти 5,5 тысячами только легких плавающих танков (не считая МС-1/Т-18 и планируемого «мобтанка»), то… «картина маслом». Кстати именно дефицит грузовиков, перекрытый потом «ненужным и бесполезным» ленд-лизом (какие-то жалкие 120 тысяч одних «Студебеккеров») стал одной из причин танкового погрома летом 41-го.

Самое интересное – произвдство Т-34 планировалось развернуть именно на ЯАЗе и АМО-ЗИСе – основных производителях грузовиков того времени.
Проект танка был разработан в ОКМО завода им. Ворошилова, а потом доработан под руководством С. Гинзбурга. Всего было сделано два прототипа – в задание уложились почти полностью, кроме массы – машина потянула на 4,7 тонны. Впрочем, в ходе испытаний новая машина продемонстрировала великолепные ходовые характеристики – по скорости и проходимости танк не уступал Т-26 (в девичестве – «Viсkers 6-tonn»), правда запас хода подкачал – 180 км, вместо 200 по заданию. Но все же легкая и маневренная, а самое главное – дешевая и массовая машина пришлась бы как нельзя более кстати. Единственный минус – слабоватое вооружение, как для танка поддержки пехоты – всего один пулемет. Крупнокалиберных пулеметов, удовлетворявших в то время военных, просто не было, поэтому было решено вооружить Т-34 20мм пушкой. Впрочем, ее тоже еще предстояло создать.

Всего было два предложения: первое от П. Сячинтова и Б. Шпитального – с основой на 20мм авиапушку Шпитального и второе от Е. Фрайбурга на основе 20мм зенитки «Rheinmetall». Зенитка, конечно, была предпочтительнее, поскольку могла вести огонь и по наземным и по воздушным целям. Но казенник пушки не влезал в башню даже вдвое болшую по размерам, поэтому от него отказались. Кроме этого, зенитка имела дульный тормоз, который мог демаскировать танк (по мнению военных) и имела питание от обойм.
Пушка Шпитального была меньше и имела ленточное питание. Поэтому и стали ориентироваться на нее. Несмотря на все ухищрения, башню пришлось конструировать заново.
В целом танк с новой башней и макетом пушки (Шпитальный не смог «приземлить» свою пушку ТШ вплоть до 1941 года) прошел испытания возкой. Казалось – дорабатываем вооружение и – вперед, но… В конце 1934 года все работы по танку были свернуты. Мобилизационный танк перестал быть актуальным – работы пошли по направлению совершенствования танков Т-26 и БТ, на которых уже ставились пушки калибром 37 и 45мм…
Приняв на вооружение Т-34 РККА получала неплохую машину – массовый и дешевый танк с пристойным (если бы Шпитальный и Сячинтов довести свою ТШ) вооружением, вполне сопоставимым с, например, немецким Pz-II. С другой стороны – на вооружении РККА уже стояли танки с использованием автомобильных узлов и агрегатов (Т-37А и Т-38), а во-вторых, выпуск не эрзацев, а полноценных танков стал предпочтительнее. Однако, накопленный опыт не пропал даром – именно благодаря ему стало возможным быстро сконструировать Т-60, самоходку СУ-76М и много чего еще. Впрочем, это совсем другая история.