Включай своё мотовило: тест-драйв Praga V3S (14 фото)

Люблю машины, которые притягивают взгляды. Вот, например, эта Прага: водитель в одной футболке помахал рукой из кабины встречного Renault Magnum… Я бы тебе тоже помахал, браток, но у меня тут нет возможности рулить одной рукой. И холодно. А сзади ещё поджимают наглецы, которым 50 км/ч кажутся слишком медленными. Так что делаем лицо сильного независимого мужчины и прём дальше.

Сегодня о чехословацких грузовиках Прага многие забыли. Некоторые способны уловить в нём некоторое сходство со старой Татрой, остальным он кажется недоделанным ЗиЛом с носом старого сифилитика. А жаль, ведь в этих машинах было воплощено немало интересных конструкторских задумок.

История марки началась в 1907 году, когда в Праге было образовано предприятие с незамысловатым названием «Пражский автомобильный завод». В Богемии тогда с отечественным автомобилестроением было ещё хуже, чем сейчас в России, поэтому сначала на этом заводе строили Isotta Fraschini, Charon и Renault.

Трудно сказать, что побудило руководителей этого предприятия заняться разработкой собственных грузовиков, но они ей занялись. Возможно, свою роль сыграл жирный заказ австро-венгерской армии, у которой чесались руки обновить свой автопарк перед Первой мировой войной. Как бы там ни было, «Пражский автомобильный завод» выиграл конкурс и получил военный заказ, согласно которому почти треть военных грузовиков Австро-Венгрии должна была быть получена именно от этого предприятия.

Предприятие с великим удовольствием перешло на новые милитаристские рельсы и строило большое количество модификаций военных грузовиков, включая вездеходы и грузовики. Строили даже мотоциклы и тракторы, так что успех в 20-е и 30-е годы был очевидным и бесспорным.

К концу 30-х “Пражский автомобильный завод” по качеству и количеству продукции обогнал и Шкоду, и Татру. К 1939 году завод выиграл ещё несколько конкурсов, открыл филиал в Югославии и ждал невиданных барышей от Второй мировой. Но не сложилось.

Немцы не больно-то переживали за чехословацкое производство. По своей старой доброй традиции они оккупировали всё, что было можно, особенно тщательно национализировали всё, что нельзя, и заставили строить им танковые моторы, вездеходы и детали для собственных машин. Естественно, на головы заводчан посыпались бомбы союзников. Настолько успешно, что завод в Праге был разрушен практически полностью за пару месяцев до окончания войны.

Конечно, восстановление завода было делом нелёгким, и разработка новых машин в первые послевоенные годы была невозможна. Понемногу вернулись к выпуску довоенных моделей, но уже в 1951 году военные потребовали от “Праги” сделать им новый грузовик. Трёхосный, проходимый, простой и надёжный. Такой, какой любят все военные.

С заказами от таких серьёзных людей шутить тогда было нельзя. Машину сконструировали всего за четыре месяца! При этом так удачно, что после испытаний двух прототипов грузовики поставили на конвейер без переделки чертежей. Так в 1953 году появились первые Vojenská 3tunová Speciální — военные трёхтонные специальные машины. Как вы уже поняли, отсюда и название модели — V3S.

Скажем сразу, что три тонны — это такая добрая шутка. На самом деле с грузоподъёмностью было всё гораздо интереснее. Да, номинально — это 3,3 тонны. Но при этом оговаривалось, что это — грузоподъёмность на пересечённой местности. По асфальту разрешалось перевозить 5,3 тонны, а если недалеко — то и 6,2 тонны. Учитывая, что хотя бы какой-то запас прочности у машины всё равно был, указанные три тонны кажутся смешными цифрами.

“Вот, наверное, у него рама! Такие-то грузы таскать…” — подумает кто-то. Ну, как сказать… Рама у V3S действительно надёжная, но вместе с тем она легко изгибается. И это не просчёт конструкторов, а их расчёт: рама из двух лонжеронов, соединённых семью поперечинами, сравнительно слабо сопротивляется кручению. А это, как вы уже догадались, увеличивает ходы подвесок, что для вездехода очень важно.

Вообще, странно, что мы начали с рамы. Традиции — это, конечно, хорошо, но самый забавный элемент Праги — это капот. Если его откинуть (кстати, на 90 градусов!) и посмотреть на машину в профиль, можно подумать, что мотора у неё нет совсем. А он есть, причём восьмилитровый дурила. Просто он стоит в кабине, между пассажиром и водителем. А из-под капота к нему добраться практически невозможно, тут есть доступ только к основному навесному оборудованию.

А вот к радиатору охлаждения невозможно добраться ни с какой стороны: его тут нет вообще. Да, тут стоит визель с воздушным охлаждением. Похоже на знакомую нам Татру 815, не так ли? Оно и понятно: на Праге тоже стоит мотор Tatra. Объём шестицилиндрового рядного дизеля Tatra T 912-2 — 8,1 л, мощность — 110 л.с. Некоторые особенности этого мотора можно оценить только на ходу, так что об этом речь пойдёт ниже.

Так как строили Прагу не для асфальта, то привод у неё, разумеется, полный. Раздаточная коробка с понижающим рядом и три карданных вала — всё, как положено. Передний мост подключаемый, есть даже межколёсная блокировка на задних мостах. Коробка передач — четырёхступенчатая, так что в нашем распоряжении есть целых восемь передач вперёд и две назад.

А вот что не совсем обычно — это наличие колёсных редукторов. Для начала пятидесятых это было ещё редкостью, но, видимо, тут сказался опыт работы с немцами: те на своих Кюбельвагенах и некоторых других машинах стали их ставить ещё до начала Второй мировой. Одним словом, внедорожный потенциал у машины завидный.

Итак, если откинуть капот, мотора не видно. Но если открыть дверь в кабину, то не заметить его невозможно. Зачем он тут? Кто мешал поставить его нормально, снаружи? Есть мнение, что такую компоновку выбрали для обеспечения оптимальной развесовки — центр тяжести тяжёлого дизеля оказался в базе, позади передней оси. Теперь двух пассажиров сюда не посадишь — с мотором тесновато.

Но вообще очень странно, что эргономика у Праги на голову превосходит многих современников. Даже заднепетельные двери, которых на грузовиках видишь реже, чем Оззи Осборна в церкви, тут оказались очень удобными. Открыл дверь назад, ухватился за поручень на передней стойке кабины, забрался на подножку — и всё, ты уже внутри. Правда, подножка почему-то под моим весом немного прогибается. То ли металл уже устал, то ли конструкция недостаточно прочная, то ли кто-то слишком много жрёт.

Посадка за рулём, разумеется, вертикальная, но достаточно просторная. Даже руль огромного диаметра не прижимает к сиденью, как это бывает на многих советских и европейских грузовиках того времени.

Все остальные органы управления тоже оказались ровно там, где их и хотелось бы видеть. А вот таблички-подсказки слегка ввели в ступор. Моих познаний чешского языка, заканчивающиеся на словах “йожин с бажин”, не хватило, чтобы понять, что такое “мотовило”, которое может быть включено или выключено, и чему “позор” на передней панели. Ну, ладно. Мы видали всякое, справимся и без подсказок. Тем более что схема переключения всё-таки понятна и она классическая. Правда, чтобы включить заднюю передачу, рычаг надо не только потащить на себя, но ещё и приподнять вверх. Это такая “защита от дурака”.

Ну, а на панели нам важно видеть лампочку давления масла и шкалу манометра тормозной системы. Нам этого хватит, чтобы не угробить мотор и не убиться самим. Попробуем?

Началась поездка с небольшого квеста “выйди на дорогу”. Машина стояла засыпанная снегом, а прямо перед мордой навалили сугроб снега. Попробуем выйти так, просто на “понижайке”.

Странно, но Прага переехала снежный завал на двух задних мостах. Не сразу, пришлось немного её раскачать, но она вышла. Это хорошо: тест-драйв состоится точно!

Нельзя не отметить, что восьмилитровый дизель, пусть и невеликой мощности, на первой передаче тащит этот грузовик просто фантастически. Пока мы переваливались через снежный завал, как Суворов через Альпы, он ни на секунду не попытался заглохнуть. Конечно, я предполагал, что военные не приняли бы совсем дохлую машину, но но для своих лет дизель впечатляет. Впрочем, тут стоит обратить внимание на одну деталь: наша машина выпущена в начале 80-х и немного отличается от тех, которые выпускали в 1953 году. И главное отличие — как раз-таки мотор. Первые моторы Tatra T 912 имели объём 7,4 л, представляли собой половинку V-образного мотора Татра-111 и был с ним очень сильно унифицирован. Наш мотор — более поздний, но единственное его существенное отличие — выросший объём. Хотя и первый мотор выдавал 98 л.с., так что разница не слишком большая.

А вот дальше начинается путаница. На первых Прагах тормозная система была одноконтурная, позжа стала двухконтурной. У нас она как раз такая. Но вместе с тем на машины стали ставить ГУР, а у нас его нет и никогда не было. К тому же на последний V3S могли уже стоять пневматические кресла, а у нас их тоже нет. Скорее всего, такие новшества вводили постепенно. А может, у них были своеобразные “комплектации”, и нам достался какой-то “барабан эдишн”. Спросить сейчас об этом уже не у кого.

Выезд на дорогу дался тяжело: нужно было крутиться среди припаркованных машин. Эх, с ГУРом было бы полегче… Да и манёвренность не слишком хорошая. Зато обзор великолепен: чуть наклонившись вперёд, можно увидеть передние крылья. Так что отсутствие длинной “морды” а-ля Краз-256 жизнь облегчает. Ещё б мотор под рукой не орал бы…

Наконец мы выехали на дорогу общего пользования. Да, ловить на себе взгляды и улыбки встречных водителей — это, конечно, приятно. Но одновременно я поглядывал в зеркало заднего вида. Вряд ли обоз машин позади меня так радовался наличию на дороге старого вездехода. А всё потому, что он к таким дорогам, увы, не приспособлен.

Максимальная скорость по паспорту — 60 км/ч. Но быстрее 50 лучше его не разгонять. Потом барабанные перепонки окончательно вдавливаются в череп и повреждают остатки мозга.

Прага очень хорошо слушается руля и практически равнодушно относится к манипуляции педалью тормоза. Под ней будто лежит кирпич. Хорошо, что скорость машины такая, что можно обойтись и без тормозов, работая исключительно педалью газа, а тормозом пользуясь только для полной остановки.

Но есть у машины очень неприятная особенность — не вполне удачно подобранные передаточные числа третьей и четвертой передач. Для успешного перехода на четвёртую мотор приходится очень сильно раскручивать, а в итоге после переключения их оказывается всё равно маловато — просится пятая передача между третьей и четвёртой… Очень похожая ситуация была на “пазике”. Но тут ещё раз удивил “воздушный” дизель. В отличие от своих собратьев по любви к солярке, этот мотор очень уважает большие обороты. Его маслом не корми, дай хорошенько раскрутиться. Наверное, это семейная черта дизелей Tatra — иметь немного “бензиновый” характер. И к этому надо привыкнуть.

Теперь скажем пару слов об истории нашей машины. Никто не знает, как и когда она появилась в СССР. Но точно можно сказать, что это — передвижная флюорографическая установка. Во-первых, именно в таком виде Праги чаще всего попадали сюда из братской Чехословакии, во-вторых, об этом говорит кунг. Правда, предыдущий владелец был знатным сибаритом: вся медицинская начинка была выкинута, а внутри стояли похабного вида диванчики. Со временем здоровье, видимо, стало его подводить, и диванчики были завалены за ненадобностью всяким хламом. Не хотел бы я видеть, кто и как тут развлекался, но люк на крыше — это лакшери. Как и “вёсла” стеклоподъёмников — такое в кунге вообще редко встретишь.

Эту машину купили, как это часто бывает с грузовыми раритетами, “от забора”. На ней долго никто не ездил, колёса окончательно “оквадратились”, проводка сгнила, генератор умер. Аккумулятора не было вовсе. И всё же Прага до места назначения проехала сама, а это — только представьте — полторы тысячи километров! И ехала она без генератора. Олдскульному дизелю он вообще не нужен: его один раз надо запустить, а дальше он молотит сам по себе, требуя лишь воздух и солярку. АКБ садилась исключительно из-за фар — без них, согласно ПДД, ездить нельзя.

Кстати, гаишники по дороге этой машиной очень интересовались. Останавливали, делали селфи и отпускали. Но один всё-таки оштрафовал за отсутствие ОСАГО. Видимо, инспектор понял, что другого шанса оштрафовать водителя Праги у него не будет, и решил оторваться по полной. Что поделать: хоть как-то он в историю попал. Поздравляем!