Почему Василий Шукшин снял "Калину красную" (9 фото)

Однажды Лидия Федосеева-Шукшина спросила мужа, какая у него мечта. Тот ответил, что хочет поставить "Степана Разина". Но сначала – написать сценарий на основе нескольких рассказов - "Калину красную".

Разрешения на постановку "Разина" Шукшин так и не дождался и, словно чувствуя, что времени остается не так много, поспешил начать съемки другого фильма, название которого взял от старинной русской песни начала XX века "Калина красная". Под эту песню летом 1964-го произошло знакомство Лидии Федосеевой и Василия Шукшина, а через десять лет уже законные супруги появились вместе в главном фильме своей жизни

Как рассказывает сестра Василия Макаровича Наталья Зиновьева, фильм "Калина красная" появился после посещения режиссером бийской детской колонии. "Как он переживал! Ходил по залу, руки в карманах, желваки ходуном ходят, ему их жалко и досадно: "Вот же, говорит, черти стриженые, что же им на воле то не жилось. Это же болото, оно затягивает. Не я буду, если не поставлю о них фильм"

Сценарий "Калины красной" Шукшин написал за две недели ". Как только работа оказалась в экспериментальном объединении, начались затяжные обсуждения. Шукшин шел на уступки, но возражения появлялись вновь, и тогда он обратился за помощью к Сергею Бондарчуку. И уже весной 1973 года в Вологодской области началась работа над картиной.

Что касается актеров, то они у Шукшина в основном были "насмотрены". Главные роли исполнил сам режиссер и его супруга Лидия Федосеева-Шукшина. Возрастные роли достались Ивану Рыжову (отец Любы), Марии Скворцовой (мать Любы) и Марии Виноградовой (Зоя). Роль матери главного героя исполнила обычная пожилая крестьянка Ефимия Быстрова.

Что касается актеров, то они у Шукшина в основном были "насмотрены". Главные роли исполнил сам режиссер и его супруга Лидия Федосеева-Шукшина. Возрастные роли достались Ивану Рыжову (отец Любы), Марии Скворцовой (мать Любы) и Марии Виноградовой (Зоя). Роль матери главного героя исполнила обычная пожилая крестьянка Ефимия Быстрова

Так вспоминает это время киновед Валерий Фомин: "Смены в тон-студии казались нескончаемыми - по двенадцать и более часов в сутки. Но буквально через каждые два-три часа у Василия Макаровича начинался очередной приступ терзавшей его болезни. Он становился бледным, а потом и белым как полотно, сжимался в комок и ложился вниз лицом прямо на стулья. И так лежал неподвижно и страшно, пока боль не отступала. Он стеснялся показать свою слабость, и его помощники, зная это, обычно уходили из павильона, оставляя его одного. Тушили свет и уходили.

Сидели в курилке молча. Проходило минут двадцать-тридцать. Из павильона выходил Шукшин. Все еще бледный как смерть. Пошатываясь. Как-то виновато улыбаясь. Тоже курил вместе со всеми. Пытался даже шутить, чтобы как-то поднять настроение. Потом все шли в павильон. И снова приступ..."

Об одном из первых просмотров фильма вспоминал Сергей Бондарчук: "Это было в Госплане СССР. Так случилось, что до последней минуты мы не знали, будем показывать фильм или нет. Все были очень напряжены, особенно Шукшин. Просмотр все-таки состоялся. Когда фильм окончился, зрители аплодировали и на глазах у многих были слезы, Шукшин все повторял мне: "Ты видишь, им понравилось!" Он ликовал"