Как строптивый офицер-шифровальщик принимал новую должность

Мне немного повезло в том, что мой предшественник не смог убыть к новому месту, передав все дела за два-три дня, как это чаще всего бывало. За несколько дней до моего появления в этой части произошло ЧП, потребовавшее длительного и тщательного расследования с участием офицера-шифровальщика в том числе. Вот мой предшественник и тусовался всё больше там. А у меня появилось дополнительное время на то, чтобы глубже вникнуть в состояние дел.

Начал я с того, что нашёл и прочитал последний акт проверки, проведённой в шифрслужбе начальником восьмого отдела корпуса пару месяцев назад. Акт такой, что хоть дырку под орден впору винтить проверяемому за отличное состояние дел. Это меня порадовало, но по мере того как я вникал в реальное состояние вещей, мой оптимизм таял на глазах.

Начал я с техники. С шифровальной аппаратурой всё было в порядке. А вот с кодировочной, особенно той, что заложена в мобрезерв для формируемых частей, и с техникой в кодогруппах дивизионов дела были весьма плачевные; почти все машины неисправные. Посадил двух кодировщиков с наказом тщательно проверить все ЗИПы, составив перечень всего недостающего по каждой машине. Одновременно отправил во все кодогруппы дивизионов контрольную кодограмму. И что вы думаете? Ответ пришёл только из двух кодоточек. На мой вопрос своим кодировщикам о причинах этого те ответили: «А что же вы хотите, товарищ капитан? У них вся техника не работает». Вот это приехали! Даю команду везти всю технику мне. Стал проверять привезенное и просто ужаснулся. Кое-где на технике были даже следы ржавчины. Спрашивается, куда смотрели начальники?

Пока принимал новое хозяйство, чинить этот металлолом было, конечно, некогда. Но подробный перечень неисправностей, недостающего инструмента и принадлежностей составил, отправив его вместе с приёмосдаточным актом.

Мой новый шеф, получив этот акт, аж подпрыгнул в своём кресле. Ещё бы. По его актам проверок в этой бригаде тишь да гладь, да Божья благодать, а тут такое. Это же прямой подкоп под его спокойное существование. Ну и сразу наехал на меня за этот акт.

– Ты что там прислал мне? Что ты там за фигню понаписал в акте? Откуда взял все эти данные о неисправностях, недостачах, ржавчине на кодировочных машинах? Из пальца высосал?

– Все эти данные не из пальца высосаны, как вы изволили сказать, товарищ подполковник, а изложены на основании моей личной проверки ВСЕЙ техники бригады. Из сорока с лишним комплектов исправно только четыре. Если вы считаете мои данные лживыми, вы имеете полное право приехать на место и опровергнуть их в присутствии допущенных свидетелей комиссионно. Но я готов ответить за каждую цифру.

На такое шеф, конечно, не пошёл, понимая, что приехал в бригаду не мальчик-лейтенант, вчерашний выпускник училища, которого легко застращать. Такой может и сам зубы показать даже подполковнику, особенно если тот лет десять уже, наверное, мышей не ловит на своей должности. И с таким лучше не связываться. Поэтому он прекратил свои нападки, рявкнув, чтобы я прислал на имя начштаба корпуса план устранения недостатков. План я, конечно, составил, утвердил у своего начштаба и выслал. Сроки устранения, смету и прочее указал реальные. И кое-кому в штабе корпуса от этого плана просто поплохело. У начальства наконец открылись глаза на реальное состояние дел на этом хуторе. На меня сверху посыпался целый град упрёков, увещеваний вплоть до прямых угроз. Но я стоял на своём, и менять что-либо в своих бумагах отказался наотрез.

И как потом жизнь показала, всё я сделал правильно. Буквально через два месяца в корпус нагрянула проверка в лице старшего офицера восьмого отдела штаба Войск ПВО. По плану мою бригаду не должны были проверять, но, видимо, мой шеф решил меня наказать за строптивость и в последнюю минуту нацелил проверяющего на меня. Но это ему же боком и вышло. Сначала подполковник-проверяющий возмущённо чехвостил меня за неудовлетворительное состояние дел, но когда я показал ему акты проверок моего предшественника вкупе с моим приёмосдаточным актом, планом устранения недостатков и проделанной мною реальной работой за эти несколько месяцев, он резко сменил гнев на милость. Даже положительно отметил меня потом в своём акте. А вот шефу моему, судя по всему, крепко влетело за очковтирательство.

А ещё пару месяцев спустя корпус удостоил своим вниманием новый начальник восьмого отдела армии. Собрав офицеров-шифровальщиков в штабе корпуса, он в своём спиче сказал, что в будущем при проверках будет особое внимание уделяться комплектности спецаппаратуры. И если, не дай Бог будет обнаружена некомплектность без должных на то обоснований, готовьтесь, ребята, к моральным и материальным убыткам.

Встаю, прошу слова.

– А как быть, товарищ подполковник, если ЗИПы разбазарили до вступления офицера в должность? Вот, например, как у меня.

– А вы можете это чем-то доказать?

– А как же. Вся некомплектность зафиксирована в приёмосдаточном акте. Каждый лист акта и ведомости некомплекта заверен подписями сдающего, принимающего и гербовой печатью.

– Тогда никаких претензий к вам быть не может. Претензии будут к начальнику восьмого отдела корпуса за недогляд. Он-то на должности значительно дольше вас.

Мой корпусной шеф только скрипнул зубами и недобро посмотрел на меня. Ну да и ладно. Вовремя прикрыл я свою пятую точку нужной бумагой. Спасибо моим учителям.