26 мая 1829 года, 190 лет назад (4 фото)

.
Тремя днями ранее фрегат "Рафаил", которым командовал прежний командир "Меркурия" Семен Стройников, был окружен превосходящими силами противника и без боя сдался туркам. Император Николай I повелел в случае возвращения корабля предать его огню, считая его "впредь недостойным носить флаг России". Возвратившихся по заключенному в тот же год мирному договору офицеров "Рафаила" предали суду, приговорили к смерти, но после смягчения приговора разжаловали в матросы. Командира лишили званий и наград, запретив жениться, "дабы не иметь в России потомства труса и изменника". Из 200 матросов, которых он якобы пытался спасти, живыми из плена вернулись только 70 человек, на всю жизнь оставшихся с клеймом предателя.

Совсем иначе в схожей ситуации повел себя "Меркурий", ведший разведку у выхода из Босфора. Когда была замечена турецкая эскадра из 14 судов, всем кораблям маленького отряда был отдан приказ повернуть в сторону Севастополя. Не удалось уйти от погони только тихоходному "Меркурию". Турки направили к нему два самых крупных своих корабля ≈ со 110 и 74 пушками. Десятикратное преимущество противника не давало никаких шансов экипажу "Меркурия", но, предприняв в затишье попытку уйти на веслах, русские моряки решили драться. Штурманский поручик Иван Прокофьев выразил мнение всего экипажа: "Биться до последней крайности, а когда не останется никакой надежды, зажечь порох и взорвать бриг". Перед крюйт-камерой (пороховым погребом) Казарский положил заряженный пистолет, чтобы последний оставшийся в живых член команды мог исполнить это.

Бой продолжался более трех часов. Бриг получил 22 пробоины и 297 повреждений парусов, рангоута, такелажа. Четверо матросов были убиты, вдвое больше ранено, но команда искусным маневром затрудняла ведение прицельной стрельбы противнику, а сама отвечала метким огнем. Главным было лишить противника хода, уничтожить его паруса и такелаж. Первым лег в дрейф флагманский корабль турок, а со второго стали прыгать в воду, когда турки решили, что русские моряки решили взорвать себя вместе с противником. На следующий день у входа в Севастопольскую бухту считавшийся погибшим корабль встречал весь Черноморский флот.

Турецкий офицер так описал бой: "Дело неслыханное и неимоверное , мы не могли принудить его сдаться. Если древние и новые летописи являют нам опыты храбрости, то сей последний затмит все прочие, и свидетельство о нем заслуживает быть начертанным золотыми буквами в храме славы". Бриг вторым, после флагмана российского флота линейного корабля "Азов", отличившегося при разгроме турецкого флота в Наваринском сражении, был награжден кормовым Георгиевским флагом и вымпелом, а его матросам установили ношение на бескозырках черно-оранжевой георгиевской ленты: черный цвет означал цвет пороха, оранжевый - цвет порохового пламени. Памятник с надписью "Казарскому. Потомству в пример", открытый в 1839 году, стал первым, воздвигнутым в Севастополе.

Офицер был включен в свиту императора, но трагически погиб четыре года спустя в день своего 36-летия. Он был отравлен, когда вскрыл факты казнокрадства руководством флота. Напоследок трагическая романтическая нота. Стройников и Казарский не только служили на одном корабле, но и были соперниками в любви. Их избранница, молодая вдова, выбрала первого, но после постигшего его бесчестья ушла в монастырь замаливать грехи жениха.