Слесаренко, он же Слисаренко, он же Слюсаренко (2 фото)

Из биографии украинской творческой личности.
Слесаренко Анатолий Алексеевич (30 марта 1923, Киев — 27 января 1997). Участник Великой Отечественной войны, был ранен. Окончил актёрский (1948) и режиссёрский (1949) факультеты Киевского института театрального искусства имени Карпенко-Карого. Режиссерскую практику проходил на съемках фильма "Тарас Шевченко" (1951). Режиссёрский дебют — фильм "Гори, моя звезда" (1957). Как режиссёр-документалист снял фильмы «Сердце солдата», «Роменская мадонна», «Я принадлежу человечеству», «Генерал Петров», «Горячее дыхание» и др. Изредка снимал художественное кино. Автор книг «Продолжение радости» (1981), «Новеллы о подвиге» (1983), «100 поэзий о любви». Заслуженный деятель искусств УССР (1976). Лауреат Республиканской премии им. Я. Галана (1979). Призы и премии на кинофестивалях в Москве, Лейпциге, Кракове, Оберхаузене, различных Всесоюзных кинофестивалях.
Такая или примерно такая биография значится в справочниках об одном украинском кинорежиссере. Вычищенная, отлакированная. Когда 6 лет назад я на нее наткнулся – был изрядно смущен, потом возмущен и потратил пару месяцев жизни на борьбу с википедиками и прочей редакторской шелупонью только для того чтобы втиснуть в них хоть пару строчек, от которых ныне и осталось и того менее. За исключением, как ни странно, укропедии. Но это особый случай, ибо для страны У. сегодня факт «артист балету і драми окупаційного Рівненського міського театру, працював також у Чернігівському театрі» - это скорее заслуга. Боролся так-скать, свидомо за евроинтеграцию еще во времена кровавойсталинщины.
А теперь о подробностях.

В начале 1980-х гг на Украинскую студию хроникально-документальных фильмов, где работал заслуженный и увенчанный советский режиссер, только что шумно и богато справивший в республиканском Доме кино свой 60-летний юбилей, пришел запрос из Ровенского музея комсомольской славы. Сотрудники музея, исследовавшие историю местного театра, интересовались: не служил ли в нем в период немецко-фашистской оккупации гражданин Слисаренко? Отдел кадров УСХДФ ответил: Та ни, не може бути. В автобиографии ведь ничего об этом не написано.
Однако совет ветеранов-фронтовиков студии решил разобраться в биографии лауреата. И тут начали всплывать некие странные противоречия. Свою фамилию гражданин С. писал в разных документах по разному. «Плавал» и год рождения: от 1920 до 1923. В автобиографии Слесаренко (остановимся покамест на этой форме) утверждал, что окончил школу в 1940 году, но из Киевского института театрального искусства дали справку, чо он был зачислен на актерский факультет 27.01.1940. «Мой год был непризывным», - утверждал он, цепляясь за дату 1923. Но согласно Закону СССР 1939 о всеобщей воинской обязанности, призыву подлежали и 18-летние со средним образованием, то есть он вполне попадал под его действие. Однако в РККА почему-то не попал. Ни по довоенному призыву, ни среди добровольцев первого года Войны.
С началом немецкой оккупации студент Киевского института оказался в поселке Любеч Черниговской области – у родителей. По его утверждениям, они все участвовали в партизанском движении: отец – в Щорсовской дивизии, мать – в белорусском (!) партизанском отряде, он сам с июня 1941 состоял в отряде командира Кравченко в Гомельской области. Добавлю: в красноармейских документах с его слов указано: «с августа 1941 в партизанском отряде Полесья». Однако, архивные данные не подтвердили ни один из этих фактов. В самом деле, с какой стати жители Украинской ССР попали в белорусские партизаны?
Зато известно другое: с началом оккупации Анатоль Слисаренко поступил артистом 1 класса в Ровенский театр. По его словам: для прикрытия работы в подполье. Но документы опять-таки не подтвердили ни малейшего участия гражданина С. в советском подпольном движении. Зато пришли в комиссию другие документы: о том, что 17 января, 3 и 16 марта, 6 мая 1942 Анатоль Слисаренко числился на работе в Ровенском оккупационном театре. А также в начале 1942 был премирован махоркой за отличную работу... в Черниговском оккупационном театре. Как ему удавалось в условиях немецкой оккупации работать сразу в 2 местах и с какими аусвайсами он преодолевал 600 км между Ровно и Черниговом – тайна сия великая есть. Может, с помощью того же, чем зарабатывал свой кофе в немецких концлагерях некий Андрей Ющенко?
В агиографической книжке Ю.Дьяконова «Анатолий Слесаренко» (Киев, «Мистецтво», 1983) много рассказано о доблестной службе С. в рядах победоносной Красной армии. О ранении и 4 медалях. О личной надписи молодого бойца на Рейхстаге. Однако когда комиссия попросила объекта предъявить наградные документы – таковых не оказалось. И это понятно, ибо 132 отдельный саперный батальон 29 стрелкового полка 42 Гвардейской стрелковой Прилукской дивизии не принимал участие в штурмах ни Будапешта, ни Праги, ни Берлина. Поэтому сапер Слесаренко не мог никак получить медали «За взятие Будапешта» и «За освобождение Праги». А медали «За участие в Великой Отечественной войне» вообще не существовало в природе.
В 1986 году в "Литературной газете" вышла статья-расследование Г.Силиной "Человек с чемоданом", в которой было документально доказана фальсификация Слесаренком своей биографии с целью скрыть работу на немцев (это называется "коллаборационизм"), присвоение незаслуженных боевых наград, приписывание к участию в партизанском движении (в псевдо-мемуарных книгах), а также финансовые злоупотребления во время работы на УСХДФ.
В те незапамятные времена Галине Силиной пришлось лично забираться в Центральный архив МО СССР в Подольске, чтобы разобраться в истории с наградами. Сейчас, увы, все гораздо проще. Заходим на известный сайт http://podvignaroda.ru/ и в два клика узнаем, что Слесаренко был призван в РККА в ноябре 1943 года Ленинским райвоенкоматом г. Киева (уже не Ровно и Чернигов). Служил курсантом учебного батальона 42 Гвардейской Стрелковой Прилукской дивизии. И единственная его награда – это медаль «За боевые заслуги» согласно приказа по дивизии №34/н от 8.06.1945. То есть даже получена она была уже после окончания ВОВ. К тому же, как следует из наградного листа, даже ее курсант С. получил, вопреки названию, не за боевые заслуги, а за... активное участие в художественной самодеятельности. За что его и выдвинул на представление начальник клуба дивизии Шполянский.

21.02.1987 Слесаренко получил Орден Отечественной войны II степени, который тогда по случаю 40-летия Победы раздавали подряд всем участникам ВОВ.

Мутное коллаборационистское прошлое, изящно затушеванное службой в РККА и позднейшими сочинениями на вольную тему в автобиографиях, как видим, не помешали гражданину С. в продолжении его кинокарьеры. Хотя некоторые старые киевляне мемуарили: «фильм "Любой ценой" (1959). В нем снимался мой дядя. Со слов дяди режиссер в какой-то момент перестал платить актерам массовки (50 рублей за съемочный день), они написали на него жалобу в соответствующие органы. За это якобы его и отстранили от дальнейшей работы, а в дальнейшем посадили».
И тут мы подходим ко второму случаю, когда ФИО Слесаренко оказалось засвечено, и в крайне негативном плане. В 1960 году на съемках его очередной кинокартины «Так никто не любил» произошел несчастный случай, в результате которого погибла известная актриса Инна Бурдученко. Нынешним зрителям это имя мало что скажет. Но в конце 1950-х после выхода знаменитого фильма «Иванна», разоблачавшего деятельность украинских националистов-униатов, она стала настоящей звездой. Фильм получил 2 премию на Всесоюзном кинофестивале 1960 года в Киеве и стал одним самых кассовых в СССР — за первый год проката ленту посмотрело 30,2 млн зрителей. Он был выпущен для демонстрации за рубеж и произвел такой резонанс, что в 1960 году после проката в католической Польше, был предан анафеме Папой Римским Иоанном XXIII «во избежание отрицательного воздействия его на верующих». В зарубежной церковно-пропагандистской печати появились угрозы в адрес авторов-безбожников. И здесь появляется богатый материал для конспирологов. Ибо в том же 1960 актрисе предложили роль аналогичного плана в фильме "Так никто не любил". Это роль вырвавшейся из когтей секты девушки. А снимал его бывший артист Ровенского оккупационного театра Слесаренко.
30 июля во время съёмок картины, которые проходили на Донбассе, в одной из сцен героиня Инны спасала из горящего барака знамя. Во время съёмок деревянный барак, в котором находилась Инна, обрушился. Снимавшийся в массовке шахтёр Сергей Иванов бросился спасать Инну и вынес её, получив сильные ожоги. Несмотря на все попытки врачей ожогового отделения Сталинской городской больницы (ныне г.Донецк), личное распоряжение министра культуры СССР Е.Фурцевой об уделении Бурдученко повышенного внимания и всенародную поддержку доноров, сдававших для актрисы кровь и кожу, 15 августа 1960 Инна скончалась от ожогов, будучи на 3 месяце беременности. Фильм доделывал уже Сергей Параджанов, выпустив в 1962 под названием «Цветок на камне».
А что же гражданин Слесаренко, заставивший беременную актрису сниматься в горящей декорации вопреки всем правилам ТБ ? После трагической гибели Инны он был отстранён от съёмок, судим и приговорён к пяти годам лишения свободы. Однако уже через два года был освобождён по амнистии. И вот что странно: несмотря на сформулированный в приговоре запрет работать в сфере кино 5 лет, уже в 1964 Слисаренко вернулся к работе на Украинской студии хроникально-документальных фильмов. Ему явно оказал протекцию кто-то из Госкино УССР, ибо взять на работу на киностудию условно-досрочно освобожденного уголовного преступника, да еще с нарушением норм приговора...
Из воспоминаний старых киевлян: «этот деятель не пропускал ни одной юбки. Слесаренко не только отнял жизнь у талантливой актрисы, но также сделал её невыносимой, навязывая любовные ухаживанья. Поэтому я придерживаюсь той версии, что гибель Инны Бурдученко была не случайной».
Во время суда в 1961 «Вечірній Київ» опубликовал о нем статью «Проходимец с претензиями», в которой писалось: «Вот он сидит на скамье подсудимых – самоуверенный, надутый и пренебрежительный. На Киевской студии, вместо того, чтобы правильно оценить весьма скромные способности этого режиссера и поставить на место чванливого, склонного к авантюризму работника, начали создавать ему дутый авторитет. И он решил, что ему все дозволено. Пожарный делает Слесаренко замечание, что нельзя курить в павильоне, а тот бьет рабочего человека и это сходит ему с рук. Артиста (имярек), которого знает и уважает весь город, он ругает последними словами. Общественному инспектору по технике безопасности кричит: «Сейчас я вас ударю!» Администратора выгоняет вон. Он получал наслаждение, издеваясь над людьми».
И покатилась тихой колеей дальше карьера документалиста: фильмы "Мой дом - 1/6 света", "Свет нашей жизни", "Приговоренный к расстрелу", "Комиссар милиции" и др. Награды, премии, наследственность, связи. Его сын Игорь закончил тот же режиссерский факультет КГИТИ и работал на той же студии «Укркінохроніки». Оператором на фильм «Мина-22» (1980) Слесаренко взял парторга студии В.Шувалова. В этом же фильме снял своего многолетнего консультанта Ф.Данченкова. Весьма положительные рецензии от доктора искусствоведения И.Рачука, профессора Ю.Кобылецкого. «Мина-22» была признана на студии лучшей работой, ее создателям была выплачена денежная премия. А для подделки своего «партизанского прошлого» он начал фабриковать «свидетелей»: снял в одном из фильмов липового «партизана» Крицкого. Возмущенные односельчане последнего требовали удалить эти кадры.
Со временем начали накапливаться проблемы. Та же «Мина-22», благосклонно повествующая о бывшем нацистском летчике Вальтере Лицманне, кавалере Рыцарского креста, бомбившем Киев, а ныне приглашенном сюда в гости, вызвала при демонстрации протесты многих киевлян и в конце концов приказом Госкино СССР была снята с экрана как идейно порочная. Была снята с экранов и следующая картина «Приговоренный к расстрелу» - о самосуде на войне. А потом начали появляться отчеты о финансовых злоупотреблениях: перерасход 3,5 тыс рублей (полновесных советских рублей!) на съемках фильма «Мой дом – 1/6 света», перерасход в 4 тыс рублей на «Свете нашей жизни». Загуляли по студии эпиграммы: «Эх, жизнь моя, монета звонкая! Мужчина толстый я, но шельма тонкая».
Круговая порука Киевского «застоя» до времени сдерживала негатив. Но началась «перестройка», а потом грохнула статья в «Литературной газете» от 19.03.1986. Само ее название «Человек с чемоданом» возникло из воспоминаний об одном случае: когда произошла заминка с банком, Слесаренко явился на студию с чемоданом денег, чтобы одолжить бухгалтерии несколько тысяч рублей. И это во времена СССР с его 120-рублевыми зарплатами! «Человек с чемоданом денег» настолько потряс местную общественность, что практически вошел в студийный фольклор.
Однако, как я уже говорил, начинались «перестройка», «обновление», «гласность» и другие слова, модные в конце прошлого века. Партбюро КПСС и профком УСХДФ по требованию ветеранов В.Тройко и Ф.Карпинского выразили недоверие режиссеру Слесаренко и предложили вынести вопрос о его моральном облике на обсуждение коллектива. После выхода статьи в "ЛГ" Коллегия Госкино УССР влепила «строгий выговор» директору Укркинохроники В.Деркачу, указав на слабый контроль за кадрами. А на общем собрании Студии 17.04.1986 был поставлен вопрос об увольнении Слесаренко с УСХДФ, лишении его почетных наград и званий и исключении из Союза кинематографистов.
Однако, как уже известно, «перестройка» плавно переросла в перестрелку, «гласность» - в повальное очернение всего советского, а «национальне видродження» – в оголтелый нацизм бандеровского пошиба. Слисаренко, как и многие сволочи, оказался весьма живучим. Еще в 1995 он успел в Киевском Доме кино провести творческий вечер «одного из старейшин украинского кино, участника войны, заслуженного деятеля искусств, лауреата премии им.Т.Г.Шевченко» и прочая, о чем с придыханиями сообщила известная как рупор Вашингтонского обкома газета «Дзеркало тижня» №22, 2 июня 1995 в статье с высокопарным названием «Глоток чистого воздуха». В финале оной обтекаемыми словесами сообщено: «Не просто складывалась жизнь Анатолия Алексеевича Слесаренко. Было много взлетов, была большая любовь, но были и падения, и казалось наступал полный крах... И сейчас Анатолий Алексеевич в работе. Планируется к изданию его книга «100 поэзий о любви», пишется книга воспоминаний «Разговор с самим собой», закончен сценарий художественного фильма «Ад». Мастеру есть о чем рассказать».
Бывший оккупационный актер, фальшивый партизан, убийца Инны Бурдученко, растратчик и "подпольный миллионер" умер 27.01.1997.