«Великое крушение». История крупнейшей железнодорожной катастрофы в США (8 фото)

К началу XX века Соединенные Штаты Америки вышли на лидирующие позиции в мире по протяженности железнодорожных трасс. Если в России к началу Первой Мировой войны протяженность всех железных дорог едва превышала 70 000 км, то в США это показатель составлял более 400 000 километров.

Верные себе американцы использовали паровозы и поезда не только для поездок и для перевозок грузов, но и для получения острых ощущений. На специально организованные столкновения паровозов лоб в лоб (машинисты покидали свои рабочие места заранее) собирались поглазеть тысячи зрителей.
Летом 1918 года постановочный сценарий крушения превратился в реальный.

Название железной дороги Nashville, Chattanooga and St. Louis Railway в России у старшего поколения ассоциируется с песней 1941 года «Поезд на Чаттанугу», которую в фильме «Серенада Солнечной долины» исполнял оркестр Гленна Миллера.

В границах Нэшвилла эта дорога к 1918 году была преимущественно двухпутной, за исключением небольшого участка от пункта Шопс до станции Хардинг.
На этом участке длиной примерно в 7 километров встречные поезда должны были пропускать друг друга. Пропуск поездов по участку осуществлялся только с разрешения поездных диспетчеров, которые перед этим должны были удостовериться, что участок свободен от других составов.
Дополнительной сложностью было то, что дорога в окрестностях вокзала Нэшвилла изгибалась так, что поезда, идущие на юг, фактически подходили к центральному вокзалу с севера, и наоборот.
Все эти сложности и трудности не были чем-то исключительным для американских железнодорожников начала XX века. Соблюдение установленных правил должно было обеспечить безопасное движение.
Но, как часто бывает, в один из дней все пошло не так, как должно было идти...

9 июля 1918 года пассажирский поезд № 1 двигался на юг, ведомый паровозом № 281. Паровозом управляли машинист Ллойд и кондуктор Такер.
Состав из одного багажного и семи пассажирских вагонов в три часа ночи вышел со станции Маккензи, и по расписанию в 7:10 должен был прибыть на вокзал Нэшвилла.
Навстречу ему на север двигался пассажирский поезд № 4. Состав из одного багажного, одного почтово-багажного и шести пассажирских вагонов тянул за собой паровоз № 282 с машинистом Кеннеди и кондуктором Ойбанком.
После прибытия в Нэшвилл Кеннеди получил следующую телеграмму: «Отправляйтесь по основному пути и встретьте поезд № 7, локомотив № 215, а в Хардинге — № 1, локомотив № 281».
По действовавшим правилам, в случае своевременного приближения обоих составов к одноколейному участку поезд № 1 получал преимущество.

9 июля, однако, поезд № 1 отставал от графика на 30 минут. Поезд № 4 отправился из Нэшвилла тоже чуть позже положенного — в 7:07 вместо 7 часов утра.
На посту Шопс машинист Кеннеди не увидел запрещающего знака, который бы значил, что встречный поезд зашел на участок одноколейной дороги.
Дежурный поста по фамилии Джонсон в 7:15, увидев поезд № 4, доложил поездному диспетчеру о проходе.
Ответом стало требование немедленно остановить состав. Дежурный отчаянно засвистел в свисток, но Кеннеди и Ойбанк его уже не услышали.
Как мы уже говорили, поезд № 1 по расписанию в 7:10 должен был уже оказаться на вокзале Нэшвилла. Дежурный Джонсон, заступивший на службу в 7:06, ничего не знал о получасовом опоздании, и полагал, что поезд № 1 уже прошел одноколейный участок — потому с легким сердцем и отправил на него «четверку».

Радиосвязи в ту пору в поездах не было, и оставалось надеяться, что машинисты успеют вовремя заметить друг друга.
Но так уж вышло, что местом встречи поездов стало место, где окруженная лесом трасса делает изгиб. Менее чем в 300 метрах к югу над железнодорожным путем проходил автомобильный путепровод, что исключало возможность для паровозных бригад увидеть друг друга вовремя.
Ллойд и Кеннеди, будучи уверенными в полной безопасности происходящего, прибавили ход. Скорость каждого из составов составляла около 80 км в час, что было очень много для того времени.
Когда паровозы выскочили друг другу навстречу, уже практически ничего нельзя было изменить. Только на поезде № 1 успели нажать на тормоза буквально за пару секунд до удара.

Лобовой удар при общей скорости в 160 километров в час не оставил шансов машинистам — они погибли на месте. Когда искореженные паровозы слетели с рельсов, вагоны стали наскакивать друг на друга. В считанные секунды комфортная поездка превратилась в ад, где разрушающиеся конструкции вагонов отнимали жизни несчастных.
В катастрофе, вошедшей в американскую историю как «Великое крушение поезда 1918 года», погиб 101 человек (14 сотрудников железной дороги и 87 пассажиров), более 170 получили ранения.
Крушение в Нэшвилле и сегодня считается крупнейшим в истории железных дорог США.