Виктор Цой. Последний поворот 29 лет спустя (9 фото)

Авария произошла примерно в 11:30 при ясной погоде и представляла собой лобовое столкновение «Москвича-2141» с пассажирским автобусом «Икарус-250». Виктор Цой был за рулем «Москвича», автобусом управлял профессиональный водитель Янис Фибикс. Сведений о других участниках аварии, а также о наличии пассажиров в «Москвиче» и в «Икарусе» нет. Сведения хотя бы об одном свидетеле происшедшего тоже отсутствуют. Говорить о наличии технических средств фиксации у обоих транспортных средств и в непосредственной близости от места ДТП оснований нет.

Следственный отдел РОВД бывшего Тукумского района (на территории которого все произошло) возбудил по факту происшествия уголовное дело № 480. Дело оказалось в производстве следователя Эрики Ашмане – она и выезжала на место аварии сразу после того, как она произошла.

Сегодня в Интернете можно найти лишь одно короткое видеоинтервью с Эрикой Ашмане – его записала программа «Матадор» 1-го канала в 1991 году.

Вот буквальная расшифровка ее слов:

«15 августа 1990 года в 11:30 я в составе оперативной группы выехала на место происшествия на дороге Слока – Талси, 35-й километр. На месте дознанием было установлено, что водитель автомашины «М-2141» Цой Виктор Робертович не справился с управлением автомашиной и заехал на левую сторону дороги и столкнулся с автобусом «Икарус-250». Водитель Цой на месте скончался от тяжелой тупой травмы головы, ушиба головного мозга и многих оскольчатых переломов тела…»

Несколько видеоинтервью записано со вторым участником аварии – водителем автобуса Янисом Фибиксом.
Вот расшифровки фрагментов, имеющих отношение к обстоятельствам ДТП:

«Такое чувство, что сейчас он в перила врежется… Может быть, сантиметров двадцать… Ну очень близко было, ощущение, что сейчас что-то случится. И тогда он оттуда моментально как рванул, и прямо, прямо на меня… Или проснулся, или что-то большое увидел, что автобус…» («Первый балтийский канал», 2010 год)

«Просто видел, что машина та напротив шла в эти перила, в мост. И оттуда прямо она повернула, и прямо машина мне попала в автобус посередине…» («НТВ», 2017 год )

«Вероятно, что он менял кассету. Но, если, может быть, менял что-то, но мало, что посмотрел на дорогу, уже поздно было…» («Факты», Украина, 2018 год)

Снимки получились довольно плохие, большинство слов в документах неразличимо или почти неразличимо. Из более-менее читаемых – схема ДТП с короткими аннотациями на латышском языке и выводы судмедэксперта, проводившего судебно-медицинское исследование трупа Виктора Цоя. Вот эти выводы, зафиксированные в Акте судебно-медицинского исследования трупа № 96 от 16 августа 1990 года (без подробного описания травм, которое мы упускаем из этических соображений):

«На основании судебно-медицинского исследования трупа гр-на Цой В., 1962 г.р. с учетом результатов лабораторных исследований, обстоятельств по делу, прихожу к следующему заключению:

...

2. Смерть гр-на Цой В. насильственная, наступила 15 августа 1990 г. от сочетанной тяжелой тупой травмы тела …, тяжелого ушиба головного мозга …, ушиба груди и живота…

3. Телесные повреждения на трупе гр. Цой В. прижизненного происхождения, могли образоваться непосредственно перед смертью в условиях дорожно-транспортного происшествия при нахождении потерпевшего в салоне автомобиля в период столкновения его с дорожным препятствием, например, с встречным автобусом.

Черепно-мозговая травма получена в результате ударно-травматического воздействия твердых тупых предметов, например, деформированных частей автомобиля с последующим сдавлением головы в передне-заднем направлении.

Переломы костей …, ушибленные раны тела также возникли от ударно-травматического воздействия твердых тупых предметов – выступающих частей салона автомобиля.

Множественные ссадины на передней поверхности тела причинены в результате скольжения (трения) по неровной поверхности тупых предметов.

Травмирующая сила действовала спереди назад и справа налево.

4. По своему характеру совокупность телесных повреждений у гр-на Цой В. относится к тяжким, как опасным для жизни. Между полученными повреждениями и наступлением смерти имеется прямая причинно-следственная связь.

5. Непосредственно перед смертью гр-н Цой В. был трезв, что подтверждается отсутствие этилового спирта в крови трупа (акт № 2594 от 21.08.90 г. – судебно-медицинское химическое исследование крови)…»
На этом доступные сегодня объективные свидетельства той аварии заканчиваются. Мы знаем, что:

Виктор Цой погиб 15 августа 1990 года около 11:30 в результате дорожно-транспортного происшествия с участием двух транспортных средств – «Москвича» и «Икаруса»;
на момент ДТП за рулем «Москвича» был Виктор Цой, за рулем «Икаруса» Янис Фибикс;
следователь Эрика Ашмане пришла к выводу о том, что Цой не справился с управлением и выехал на встречную полосу;
водитель автобуса Янис Фибикс говорит о том же самом;
эксперт подтверждает, что Виктор Цой мог получить смертельные травмы в результате этого ДТП, и констатирует: он был трезв.
Остальное относится к предположениям, самые растиражированные из которых два:

Виктор Цой уснул за рулем;
на момент ДТП он ехал со скоростью около 100 километров в час.
Оба предположения опубликованы со ссылкой на следователя Эрику Ашмане и, в принципе, не противоречат тому, что она рассказала в своем единственном видеоинтервью.

Откровенно говоря, тут можно бы поставить точку, смирившись со злым роком, традиционно преследующим российских поэтов, когда бы не одно «но». Мы видим его на схеме ДТП, которую по фотографии того времени восстановили специалисты Института безопасности дорожного движения Санкт-Петербургского государственного архитектурно-строительного университета:

Обозначения (перевод с латышского языка):

Повреждение асфальта 10х15
Повреждение асфальта 13х7
Повреждение асфальта 3х5
Маслянистая жидкость
Линейное повреждение асфальта
След бокового заноса а/м
След покрышек а/м
В схеме того дорожно-транспортного происшествия есть одна странная кривая линия. Она располагается горизонтально в нижней части схемы, обозначена цифрой «7» и аннотацией на латышском языке: «След покрышек а/м». Судя по приведенным на той же схеме размерам, этот «след покрышек а/м» располагается на обочине и длится 23,6 метра, после чего переходит в кривую линию, обозначенную цифрой «6» с аннотацией «След бокового заноса а/м». Указанная на схеме длина второй кривой – 11,5 метра.

Проще говоря, из схемы следует, что Виктор Цой последние 35,1 метра до столкновения ехал по обочине. Любой автомобилист понимает, что это ненормально – речь идет о проселочной дороге, обочина которой не имеет асфальтового покрытия.

Попробуем взглянуть на происшедшее внимательно и чуть под другим углом зрения. Начнем с простого – с места ДТП, каким оно было в реальной жизни, а не в дошедших до нас нескольких плохих фотокопиях из материалов уголовного дела.

Оно отлично видно на фотографии рижанина Дмитрия Зелентова, которую он сделал в октябре 1990-го – через 2 месяца после аварии:

Как следует из милицейской схемы, Виктор Цой выехал на обочину через 7,5 метра после конца расширения проезжей части у автобусной остановки и 20 метров ехал по обочине до моста, проехал мост и через 11,5 метра покинул обочину. В этом месте точка пересечения линии № 6 с милицейской схемы («След бокового заноса а/м») и края дорожного полотна. Это место, где Виктор Цой вернулся на проезжую часть, после чего произошло стоившее ему жизни столкновение.

В реальной жизни спустя менее 20 метров располагается тот самый поворот, из-за которого навстречу Цою выехал автобус. В 1990 году перед поворотом росли большое дерево и куст – они хорошо видны на еще одной фотографии того времени, сделанной через 3 месяца после трагедии и опубликованной газетой «Знамя октября» в ноябре 1990 года. Дерево с кустом непосредственно перед слепым поворотом фактически занимали ту самую обочину, по которой ехал «Москвич» музыканта – стоит ли удивляться, что за полтора десятка метров до них он покинул её?

Сегодня это место выглядит так же, как 29 лет назад. Можно предположить, что дерево стало чуть больше:

Что заставило Виктора Цоя свернуть на обочину и проехать по ней 35,1 метра, мы, наверное, не узнаем никогда. Но ответ на еще один вопрос найти можно:

почему в составленной сотрудниками Тукумского РОВД схеме ДТП отсутствуют дерево с кустом – препятствия, напрямую влиявшие на последнюю в жизни Виктора Цоя траекторию движения?

Эксперты Института безопасности дорожного движения СПбГАСУ добавили в восстановленную ими схему ДТП недостающие элементы – дерево и куст у поворота дороги:

Вроде ничего не изменилось. Но – согласитесь – воспринимается по-другому. Виктор Цой принял вправо, выехал на обочину и вернулся на проезжую часть, когда увидел, что обочину загораживают дерево и куст – то есть, когда понял, что двигаться по ней дальше не представляется возможным.