Кто лежит в Мавзолее: кукла, мумия или восковая фигура (6 фото)

Родственники Ленина и некоторые члены руководства были решительно против мумификации тела на долгие годы:

«Я подумал, как бы сам Владимир Ильич отнёсся к этому, высказался отрицательно, будучи совершенно убеждён, что он был бы против такого обращения с собой и с кем бы то ни было» (Владимир Бонч-Бруевич)

«Отношение к Ленину, как к революционному вождю, было подменено отношением к нему, как к главе церковной иерархии. На Красной площади воздвигнут был, при моих протестах, недостойный и оскорбительный для революционного сознания мавзолей. В такие же мавзолеи превращались официальные книги о Ленине. Его мысль разрезали на цитаты для фальшивых проповедей. Набальзамированным трупом сражались против живого Ленина» (Лев Троцкий)

«Большая у меня просьба к вам: не давайте своей печали по Ильичу уходить во внешнее почитание его личности. Не устраивайте ему памятников, дворцов его имени, пышных торжеств в его память и т. д. — всему этому он придавал при жизни так мало значения, так тяготился всем этим. Помните – так много ещё нищеты, неустройства в нашей стране.» (Надежда Константиновна Крупская)

Советский биохимик академик Борис Ильич Збарский и его сын в лаборатории

.

Несмотря на мнение близких, 5 марта 1924 года на заседании Комиссии по организации похорон начали обсуждение с учеными-патологоанатомами и врачами о принципиальной возможности сохранения тела вождя на неопределенно долгий срок. Аналогов в мировой практике для такого эксперимента еще не было – бальзамирование по принципам Древнего Египта не подходило, так как те мумии теряли до 70% влаги и черты их сильно искажались. Заморозка тоже была недостаточно надежным вариантом. В первый момент ученые не смогли дать гарантию, что работа по такой мумификации, какая требовалась для Ленина, будет успешной. Они начали эксперименты без уверенности в успехе.

При проведении временного бальзамирования ученые перерезали крупные кровеносные сосуды, так как ни о какой мумификации на долгие годы речи тогда не велось. Позднее академик Абрикосов очень сокрушался и говорил о том, что, если бы планы о длительном хранении тела были озвучены сразу, артерии несомненно нужно было бы сохранить – по ним бальзамирующие жидкости легко транспортировались бы ко всем участкам.

Ученый за мониторами компьютеров, контролирующих параметры среды в Мавзолее

.


Работы по бальзамированию начались 26 марта, спустя два месяца после смерти Ленина.

1. Пропитать все тело формалином — формальдегид фиксировал белки в теле, превращая их в полимеры, предотвращавшие распад, и одновременно убивал все ненужные микроорганизмы.

2. Обесцветить бурые пятна, появившиеся на коже, с помощью перекиси водорода.

3. Пропитать тело растворами глицерина и ацетата калия, чтобы ткани сохраняли влагу и находились в равновесии с окружающей средой.

Кажется, что все понятно, но на самом деле абсолютно неясно было, как обеспечить оптимальное соотношение веществ внутри тела, чтобы не началось вытеснение, и как обеспечить все ткани бальзамирующими растворами.

Работы продолжались четыре месяца, с марта по июль. Формальдегид вводили через артерии, в ткани с помощью инъекций, а потом и вовсе полностью погрузили тело в ванну с раствором. От трупных пятен ученые избавлялись, разрезая кожу и впрыскивая перекись водорода, уксусную кислоту и аммиак.

Чтобы бальзамирующие вещества лучше проникали, труп надрезали, сверлили дыры в черепе (отверстия зашивали и маскировали). Лицо было зафиксировано швами, скрытыми под бородой и усами, в глазницы вставили глазные протезы. От отеков тканей на лице и руках избавлялись с помощью спиртовых примочек.

Слухи о том, что тело Ленина ненастоящее, стали циркулировать уже в первые дни после смерти вождя. Спустя несколько месяцев, в конце лета 1924 года, Мавзолей открылся для первых посетителей, и Москва снова начала говорить, что там лежит восковая мумия. Слухи не прекратились даже в конце 1930-х годов, когда их повторение было особенно опасным. В письменном доносе в ГПУ молодая москвичка утверждала, что ее знакомая в приватной беседе заявляла, будто в Мавзолее лежит всего лишь восковая кукла.

В первые годы это повторялось и в зарубежной прессе. Чтобы развеять слухи, в середине 1930-х годов партийное руководство пригласило представителей западных СМИ в мавзолей. Американский журналист Луис Фишер писал, как в их присутствии Борис Збарский, который вместе с Владимиром Воробьевым первыми бальзамировали тело Ленина, открыл герметически закрытый стеклянный саркофаг, взял вождя за нос и повернул его голову влево и вправо, чтобы показать, что это не восковая фигура.

После развала Советского Союза слухи о том, что тело Ленина является искусственной копией, возобновились. В ответ на них Илья Збарский, сын первого бальзамировщика, писал: «Я проработал в мавзолее 18 лет, и я точно знаю, что ленинское тело сохраняется в отличном состоянии. Всевозможные слухи и выдумки об искусственной кукле и о том, что от тела сохранились только лицо и руки, не имеют никакого отношения к реальности».

Для ученых ленинской лаборатории, которые уже 92 года занимаются поддержкой этого тела, всегда было важно сохранять его динамическую форму — то есть физический вид, вес, цвет, эластичность кожи, гибкость суставов. Даже сегодня суставы в ленинском теле сгибаются, торс и шея поворачиваются. Оно не затвердело, не превратилось в высохшую мумию, поэтому называть его мумией, как это постоянно делается в СМИ, неправильно.

Однако вопрос о том, кто же на самом деле находится в Мавзолее – уже достаточно философский и спорный. Дело в том, что в процессе проводимых процедур и замены некоторых тканей и жидкостей, от первоначального тела Ленина осталось чуть больше 20%. Биологические материалы с каждым годом все больше заменяются на искусственные, но внешняя форма тела при этом сохраняется неизменной, так что сегодня перед нами, несомненно, лежит мумия вождя пролетариата, но подвергшаяся очень серьезной модификации.

Для того чтобы поддерживать это тело в гибком состоянии, его на протяжении многих лет подвергают уникальным процедурам, в результате которых биологические материалы заменяются на искусственные. Процесс этот идет медленно, постепенно. С одной стороны, на уровне динамичной формы тело, безусловно, является настоящим, с другой стороны, на уровне биоматериалов, из которых состоит, это скорее копия — все зависит от точки зрения.